Пусть это и выглядит несколько странно и неправдоподобно, но порой мне кажется, что с некоторой долей вероятности многие прошедшие с нами события были организованы, или спровоцированы Высшим Разумом, представителями ВЦ, с какой-то определенной целью, о которой мы вообще можем никогда не узнать…
Дожди в Пермской области почти не прекращались, дороги развезло настолько, что даже «железные кони» — трактора не могли одолеть их. Одного такого «погибшего» смельчака мы встретили на полпути — брошенный гусеничный трактор, до кабины погруженный в засосавшую его грязь, красноречиво предупреждал о грозившей и нам участи, если…
Увы, назад хода нам не было. Даже если в тот момент мы бы и знали, что до реки Сылвы по этой непроходимой грязи добираться почти 12 километров. Там, в аномальной зоне, нас должна была ждать Вия со своей группой, выехавшая туда на сутки раньше. За несколько дней до отъезда она позвонила мне и сказала, что я просто обязан быть в «треугольнике» вместе с Амуни. При этом коротко заметила, что предстоящие в зоне события касаются истории исчезновения двух девушек в горах Кавказа в августе 1989 года. Я с трудом вспомнил, что Вия о чем-то подобном мне говорила год или два назад. Деталей я не знал и на всякий случай уточнил:
— Из новичков в горах?
— Нет, опытные горные туристы, — возразила Вия. — К тому времени они уже во многих труднодоступных местах побывали — на Урале, Кавказе, в Хибинах, Средней Азии…
— Так они живы?
— Для кого как…
Последние слова Вии, произнесенные ею с некоторой долей иронии, очевидно, в мой адрес, объяснили мне сразу все.
— Думаешь, похищены НЛО?
— Да, — сдержано ответила она, — хотя все оказалось гораздо сложнее, чем можно было предполагать. С нами в зону едет мать одной из похищенных девушек. Там должна состояться ее третья встреча с дочерью — МОИ вроде бы договорились, — Вия на секунду замолчала, потом тихо произнесла: — Глория… Тебе это название ни о чем не говорит? — и повесила трубку.
Существует ли тайна хестны?
… Мы сидели за столом — напряженные и озадаченные. Вия и Амуни сосредоточенно смотрели на меня, ожидая нового вопроса. Я же молчал, потому как не мог поверить в то, что они буквально несколько минут назад сказали. Вия и Амуни просто не знали, что вопрос о возрасте Солнца был у меня последним, даже в некоторой степени случайным, однако ответ, который я услышал… Нет, надо все перепроверить с самого начала, подумал я, и, вздохнув, как можно спокойнее произнес:
— Давайте на всякий случай уточним еще раз… И проверьте ваши телепатические каналы, мало ли…
— Да чисто, — вяло отозвался Амуни, а, Вия лишь устало и недоуменно пожала плечами.
— Ну и прекрасно. Тогда продолжим. Ученые утверждают, что нашему светилу где-то около пяти миллиардов лет.
— Да нет, — торопливо проговорил Амуни. — Полный возраст Солнца — 21 миллиард лет, но светит оно лишь 6 миллиардов.
— Однако, МОИ говорят, — возразила Вия, — что именно Солнцу исполнилось 4,94 миллиарда лет. 21 миллиард — это когда у Солнца светимости еще не было, а светит оно действительно всего 6 миллиардов лет. МОИ вот добавляют, что существовал такой период в эволюции Солнца, когда у него не было светимости, как таковой, оно еще только разогревалось. Этот период и равен миллиарду лет, чего наши ученые не учитывают.
Амуни, до этого погруженный в себя, вдруг очнулся и замахал рукой.
— Тут вот какое дело, оказывается, — напряженно заговорил он. — Именно в этот период на земном небосклоне было два светила — одно уже угасало, другое лишь разгоралось — только начинало светить самостоятельно.
— Совершенно верно, подтверждают, — кивнула Вия. — Происходило это как раз в тот самый миллиард лет, когда одно солнце возгорало, а другое гасло.
— Это точно? — я никак не мог в такое поверить. — Наша планетная система имела двойную звезду? Вы ничего не напутали?
Минутное замешательство — и дружное отрицательное качание головами.
— И второе светило именно угасло, — не унимался я, совершенно не обращая внимания на их недоуменные взгляды, — угасло, а не взорвалось?
— Да, угасло, — тихо проговорила Вия, не сводя глаз с биолокационной рамки в руке.
— Значит, это светило взорвалось позже? — я замер в ожидании.
— Гораздо позже…
— Первое, обозначим его так, Солнце, — перебил ее Амуни, — взорвалось 4 миллиарда 100 миллионов лет назад. Я верно СВОИХ понял?
— Да, верно…
А ведь подобное предположение о том, что в Солнечной системе ранее существовало две звезды, допускал еще в V веке до н. э. крупнейший представитель пифагорейской школы Филолай из Кратона. Ученик А. Эйнштейна Б. Гоффман в своей книге «Корни теории относительности» пишет: «Филолай с поразительной прозорливостью предвосхитил современные представления. Однако в центре мироздания он поместил не Солнце, а Центральный Огонь, вокруг которого вращались не только Земля с Луной, но еще и Солнце, и пять звездоподобных планет». По утверждению Филолая, Солнце, как и Земля, обращаясь вокруг Центрального Огня — Хестны, играло лишь роль зеркала, отражая его блеск. А за Хестной, прямо в противоположной точке пространства Солнечной системы двигалась Антиземля — планета, во всем похожая на нашу.
Но не намудрил ли чего Филолай, помещая на земной небосклон, так сказать, два Солнца, два светила? Однако вот что пишет в своей книге «Наблюдения визуально-двойных звезд» известный французский астроном Поль Куто: «Большинство звезд входят в двойные или кратные системы, а одиночные звезды, такие, как наше Солнце, составляют меньшинство». Получается, что наоборот, скорее двойные системы Звезд во Вселенной (предположим, на начальных этапах развития мироздания) можно считать правилом, законом как бы эволюции.
Очевидно, подобные размышления позволили уже современному исследователю Петру Никифоровичу Елистратову создать научную гипотезу, согласно которой Центральный Огонь был в далеком прошлом ядром планетной системы. Но эта массивная эрруптивная звезда на определенном этапе эволюции взорвалась. Однако если это так, размышлял далее П. Елистратов, то в результате подобной космической катастрофы в Солнечной системе должны были произойти кардинальные изменения; чтобы их оценить необходимо четко представить себе, как же выглядела Солнечная система до взрыва ее ядра. И вскоре с помощью математического расчета он эту задачу решил. Результаты оказались поразительными. До взрыва Центрального Огня Солнечная система состояла из пяти супергрупп «во главе» небесных тел: Урана, Нептуна, Сатурна, Юпитера и Солнца, — которые и обращались вокруг эрруптивной звезды. В подсистемы (супергруппы небесных тел), возглавляемые планетами-гигантами, входили их спутники, а в подсистему Солнца — так называемые планеты земной группы: Луна, Меркурий, Венера, Земля, Марс, гипотетический Фаэтон. В результате взрыва Центрального Огня планета Фаэтон разлетелась на куски (а может и не она одна?), остальные тела отброшены на огромные расстояния на новые орбиты. В этом отношении наиболее пострадавшими оказались Плутон и Харон — их отбросило, по расчетам П. Елистратова, аж на 6 миллиардов километров. Как предполает исследователь, эта космическая катастрофа произошла где-то 12,5—13 тысяч лет назад. И, по мнению многих сегодняшних ученых, есть немало доказательств тому, что в указанный период истории действительно случился космический катаклизм подобных масштабов.
Однако именно такие сроки взрыва Центрального Огня, высказанные П. Елистратовым, заставили меня усомниться в их правильности. Вот почему при очередной рабочей встрече с контактерами я и запланировал на всякий случай этот вопрос. Ответ Вии и Амуни поразил меня, что называется, вдвойне. Взрыв Центрального Огня действительно имел место и произошел 4100 миллионов лет назад. Да только к этому моменту у нас уже достаточно много было контактной информации о Луне, поэтому предположение П. Елистратова о том, что до взрыва Центрального Огня, то есть 4 миллиарда 100 миллионов лет назад, в подсистеме Солнца среди планет земной группы могла присутствовать Луна, для меня уже было «необоснованным», так как на земном небосклоне Луна появилась где-то два миллиарда лет назад. Значит, в число планет Земной группы входила не Луна, а… какая-то иная планета. Какая?
На этот счет буквально фантастическое предположение пришло ко мне после того, как я перечитал более ранние материалы контактов по статье кандидате физико-математических наук, астронома Кирилла Бутусова «Двойник Земли — Глория». Статья эта вся целиком была пронизана тревогой о судьбе нашей планеты, которой может грозить если не столкновение с гипотетической Х-планетой, то их существенное сближение привело бы к чудовищной катастрофе — страшному опустошению из-за приливных волн как на Земле, так и на Глории. Глорией автор назвал это мифическое небесное тело чисто условно. По утверждению К. Бутесова, оно должно находиться за Солнцем в либрационной точке (астрономия предсказывает возможность скопления вещества в таких точках на орбите Земли), в которой положение тела довольно неустойчиво. Когда-нибудь и Земля окажется «в либрационной точке этого тела, и тогда вопрос об их взаимоположении будет уже не так прост». Короче, неминуемость катастрофы станет очевидной.
