Вынув стрелу, постаравшись её не сломать или повредить наконечник, ведь у меня их было всего десять штук, я внимательно осмотрел своё окружение. Лес недалеко от нашего хутора, как и все земли вокруг Эшмарка и Золотого тракта, всегда славились своей дичью. А где есть дичь, там есть и охотник, который может легко стать добычей. Из-за этого даже не отходя от "цивилизации" дальше нескольких километров приходилось внимательно смотреть в оба глаза на все вокруг. Эту привычку старый охотник (Мир его праху) в меня вбил в первую очередь. Ведь волки, появляющиеся здесь и готовые отобедать красивым шестилетним мальчиком, не редкость. Вытерев стрелу от крови и животного жира, чтобы она не заржавела и послужила мне как можно дольше, я быстро, отточенным десятки раз движением, сделав надрез на шее, слил кровь кроля, что бы тот не испортился, и положил его в свой импровизированный "рюкзак". Вспоминая сколько сил и терпения мне понадобилось, чтобы превратить простой мешок для зерна в подобие охотничьей сумки с кармашками для улова, у меня начинал дёргаться глаз.
«Нет, сам процесс мне понравился, но постоянные шуточки Эйриса кого угодно доведут до ручки, и неважно, сколько ему лет». – Вспоминая этого маленькую язву, которая старше этого тела всего на два года, у меня непроизвольно наползла улыбка на лицо. На Земле я был единственным ребенком в семье, и у меня никогда не было братьев или сестёр. Из-за этого мне всегда было грустно, когда приходилось видеть других людей, не обделенных этим счастьем. И злиться, когда видел, что многие этого не ценят. А сейчас, понимая что дома тебя ждут старший брат и две маленькие сестры, улыбка сама появляется на моём лице.
- Пора проверить силки. – Каким бы хорошим стрелком для своего возраста я не был, больше всего дичи получается ловить только с помощью ловушек. Да простых, сделанных на коленке и из нескольких мотков верёвки, которые я научился делать в первые дни ученичества, ловушек. Эшфордский лес конечно не так огромен, как знаменитые Королевский или Волчий лес, но непуганого зверья здесь очень много. За всё надо сказать спасибо Тайвину Ланнистеру. После того как он уничтожил Рейнов и Тарбеков и хорошенько пограбил их земли, количество охотников посещающих этот лес сильно уменьшилось – без головы охотиться тяжело. Из-за этого зверья стало гораздо больше. Настолько, что оно начало селиться на окраинах леса.
Так прогуливаясь по девственным, почти нетронутым человеком лесам, постепенно собирая сегодняшний улов с силок, я искренне наслаждался этим прекрасным и незагрязненным воздухом, тёплым и ярким солнцем и почти полным отсутствием комаров, потихоньку направляюсь в сторону дома.
А ведь я до сих пор не могу до конца поверить, что переродился в новом мире.
Первые два года я ничего не делал. Вёл себя как обычный младенец, не считая того что говорить и ходить начал гораздо раньше срока. Хотя с последним не спешил – не хотелось бы всю жизнь иметь кривые ноги. Плюс еще маленькие физические тренировки, по типу напряжения и давления на мышцы. Но как только за мной перестали присматривать в два года, дав возможность изучать все, что находится за пределами четырех стен и мест куда меня брали родители, плотину моего терпения прорвало.
Бытие определяет сознание. Только такой причины я могу объяснить, почему человек проживший 78 лет и не считающиеся идиотом, выедал чайной ложечкой мозги у всех окружающих, как настоящий ребёнок. Долго это терпеть не могли и незатейливо послали куда подальше. Я тогда, посидев на информационном голоде две недели, был готов лезть на стену, сделал то, что никто не ожидал. Напросился в ученики травнице. В 3 года. То, что обычно делается лет в 12. В шоке были все жители хутора, в том числе и сама травница, которую каким-то образом уговорил мелкий мальчишка. Сам тогда от себя такого не ожидал. Таланта к ораторскому искусству у меня никогда не было. Вот что необходимость с человеком делает. Не успели остальные отойти от моей выходки, как в четыре года я стал учеником охотника. Там слов уже было мало. Пришлось экспроприировать из заначки соседа, которую он прятал от жены, бутыль хорошего дорнийского вина.
«Где только достал? Оно же вроде 15 оленей стоит»
Итогами остались довольны – я, старый охотник и жена нашего соседа, которая всё-таки узнала про заначку и что там было спрятано. И вот уже три года я изучаю искусство трав, для создания лекарств и настоек под руководством старой травницы. С охотой дела сложились хуже – учеником у старого егеря я был намного меньше времени, чем хотелось. Охотник, к сожалению, умер полгода назад, оставив после себя мне неплохой ивовый лук, десяток боевых стрел и огромный пласт знаний, связанный с лесом и его обитателями, сказав перед кончиной, что у меня огромный талант и нельзя прекращать его оттачивать.
«Да благословят его боги»
Остальное отошло его родственникам, считавших его беспросветной пьянью, хоть и было за что.
«О, это Звездчатка?» – Наткнувшись на кустик невысокой травы, с маленькими фиолетовыми цветочками, я отвлекшись от грустных мыслей, не думая сорвал его, заранее подкопав корешок. Старая Хлоя только спасибо скажет за такой подарок. Надо же оплачивать своё обучение?
Так, собирая по дороге ягоды и травы и складывая их во внутренние кармашки моей курточки, и я дошёл до дома.
Наш безымянный хутор, состоявший всего из семи домов, в которых жили пять семей, бурлил своей повседневной жизнью. Слышались удары молота по наковальне в местной кузнице, где работал Берн – старый кузнец из северных земель, к которому я думаю пойти в ученики, когда повзрослею. Ведь пока молот мне даже двумя руками не поднять. По центральному пустырю бегали дети, игравшие в рыцарей и певшие недавно ставшую популярной "Рейнов из Кастамере". Остальных взрослых не было видно. Все мужчины и большинство женщин трудились на своих фермах и загонах, ведь в хуторе проживали достаточно зажиточные крестьяне, имеющие свои поля и скотину. Старая Хлоя, местная травница и по совместительству мой учитель, опять заперлась у себя дома, создавая очередное лекарство. А несколько старушек сидели на лавочке, в полглаза, присматривая за бегающей ребятнёй.
Идиллия.
Сразу вспоминаю как в год, когда научившийся говорить и ходить и мог нормально общаться с остальными, я стал исследовать всё. Каждый домик, каждое дерево, каждую скалу окружающую это место. Хотя дальше нескольких метров от родителей меня не отпускали. А с каким восторгом я слушал рассказы отца о Семи Королевствах и народах в них проживающих.
Признаться, когда я понял что попал в мир Песни Льда и Пламени или Игры престолов, как его знают большинство людей, моё состояние можно было назвать только шоком. Я никогда не увлекался этой вселенной, лишь слышал несколько комментариев от знакомых и смотрел несколько серий сериала вместе с внучками, которым очень нравились эта атмосфера волшебного средневековья. Сам я был человеком более старой закалки и привык к другому произведению похожего толка – Сильмариллион, Властелин колец и Хоббит.
Поэтому мне стало ясно, куда я попал лишь когда услышал фамилию правящей династии. Таргариены. Всадники на драконах. Кровь от крови Древней Валирии.
«Бывшие»
Много об этой вселенной я не знал. Помню лишь, что в 298 году умрёт Роберт Баратеон, захвативший власть в Вестеросе за 16 лет до этого. Вроде бы он избавил королевство от Таргариена, сошедшего с ума, и сам стал править. После этого началась дикая катавасия. Война 5 королей, которых я не могу вспомнить, постоянные смерти этих королей, появление войска ледяных зомби за местным Адриановым валом, погром в Эссосе, здешним втором континенте, устроенном двумя оставшимися потомками местных наездников на драконах. И всё
Можно делать выводы. Я знаю, когда на эту землю придет белый пушистый зверёк, знаю что лучше не присоединяться ни к какой стороне, поскольку эти "стороны" дохли как мухи, и знаю что от Севера лучше всего держаться подальше.
