— Я повторюсь, я готов рискнуть. Тем более, если удастся их уничтожить. Петухи должны кануть в небытие за все те беды, что они принесли моему роду и всем остальным.
— Даже если я и согласен, как мы найдем тварь? — теребя бороду, смотря в окно, спросил задумавшийся герцог.
— Вот это и есть проблема, которую я не знаю, как решить.
— Я знаю! — сказал я раньше, чем подумал.
Собравшиеся внимательно на меня посмотрели, и я добавил:
— Баал сможет его найти.
Я, конечно, не совсем был в этом уверен, но догадывался, что такая химера, как он, сможет найти своего более сильного собрата.
— Уверен? — спросил герцог.
— Скажу честно, уверен только на три четверти, — под внимательными пронзительными взглядами таких людей было очень неуютно отвечать.
— Баал? — спросил мужчина.
— Еще одно его создание. Думаю, он тебя удивит, — хмыкнув, сказал Хъю Гроссвенор
— Вопрос — как найти химеру — решили, ну что, вы согласны? — сказал мужчина.
Хъю Гроссвенор сразу не ответил, постукивая пальцами по столу, старый воин думал. Риск очень большой, но в случае победы многое будет на кону. Уничтожения Фениксийцев, ближайших агрессивно настроенных соседей с его территории, даст возможность немного свободнее дышать. Как стало известно герцогу, именно этот род и был зачинщиком войны, всячески уговаривая императора. Старые счеты тоже требовали свершить месть. И Хъю Гроссвенор решился.
— Я согласен, сделаем это вдвоем и с химерой
— Отец!
— Я пойду один, пока у тебя не будет сына, — при этих словах герцог на секунду перевел взгляд с Вольфа на меня. — В таких опасных затеях участвовать не будешь. Я все сказал. Если тварь еще не свершила начатое, то завтра ночью отправимся, — утвердительно сказал герцог и посмотрел на лысого гостя, на что тот кивнул. — Но сегодня у нас еще одно незавершенное дело, — добавил, уже смотря на меня.
— Маг первого ранга Джо! За заслуги перед родом Гроссвенор и за твои выдающиеся деяния тебе присуждается титул Барона, а также с сегодняшнего дня и по окончании времен тебе даруется баронство Логрок. Поздравляю, Барон Джо Логрок!
Достав баронскую цепь с жетоном, герцог встал и начал подходить ко мне.
Я, в прямом смысле слова, подпрыгнул с кресла, так как понял, что я в такой момент, все еще вольготно развалившись в кресле, сижу. Наверное, к тому моменту, когда герцог подошел ко мне, я стал цвета вареных раков, хотя и переход с обсуждения атаки и методов ее реализации на внезапное награждение был несколько неожиданным.
Герцог снял старый жетон, а потом одел новый, серебряный, в серебряной оправе, с синим магическим кольцо, а по центру и с гербом баронства Логрок. Красивая штука, ничего не скажешь, но увесистая. Возможно, торжественность момента я бы и испытал, но в свете полученных сведений мне было как-то не до этого. Так что я что-то несильно прочувствовал момента.
Герцог сверху вниз посмотрел на меня, а потом засмеялся:
— Хе-хе-хе! Понимаю, думаешь, с чего это вдруг так внезапно? Завтра запланировано важное событие! Лучше я все то, что задумал, решу сейчас, ибо всякое может быть, — и замолчал. А мне вот его слова совсем не понравились.
Герцог обвел всех присутствующих взглядом и заговорил:
— Так что давайте все сейчас немного попируем, но недолго, завтра на дело все же идти.
Прошли в небольшой банкетный зал, в котором нас уже ожидала еда и напитки. В нем мы посидели несколько часов, все ели, говорили, была неплохая атмосфера. Я, конечно, чувствовал себя не в своей тарелке, но как мог, когда спрашивали, старался поддержать беседу.
А после окончания застолья ко мне подошел Герцог и сказал:
— Перед тем, как мы будет отправляться, к тебе наведается посыльный с указанием, где быть Баалу. Оттуда мы и двинемся в путь.
— Вас понял, господин! — герцог кивнул. — Но господин, я бы хотел вам еще кое-чем помочь. А также вашему другу.
— Чем ты хочешь помочь мне?
— Я могу применить к вам то же, что и применил к Сабине, в предстоящей схватке это будет не лишним.
— Разумно, ну что же пойдем, позовем и его, — герцог позвал мужчину, который так и не представился, его имя вообще никто при мне не называл. Может, еще не настолько мне доверяют или чего-то опасаются, не знаю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Зайдя с герцогом и его другом в отдельную комнату, применил комплекс восстановления к каждому из мужчин, а затем хорошенько прошёлся исцелением. Мужчины молча перенесли восстановление, лишь иногда то у одного, то другого расширялись глаза. Видимо, они чувствовали позитивные изменения в организме.
Закончив с процедурами, я покинул дворец иотправился уже в свой дом. Конечно, обомне позаботились, и в сопровождении двоих воинов герцогадоехал без проблем.
За время моего отсутствия дом уже, как могли, убрали, многие расходные вещи мы в небольшом количестве взяли с собой, чтобы в последний момент не бегать в поисках. Так что с простынями, подушкамии всем остальным проблем не было, но вот в дальнейшем нужно будет прикупить все необходимое с запасом.
Похвастался перед Зигфридом и Петрой своим новым баронским жетоном, сделанным чисто под меня. Также герцог мне выдал весь перечень документов, подтверждающий титул и право на землю. Вместе с ними съели праздничного поросенка, я пить, конечно, не стал, пил только сок, но вот Зигфрид и Петране побрезговали. Немного посидевв компании уже откровенно «своих», ярасслабился и даже немного отдохнул. Уже довольно-таки стемнело, и первой нас покинула Петра, а оставшись наедине с Зигфридом, я, как обычно, решил не таиться и поделился новостями.
Капитан внимательно меня выслушал, а потом сказал:
— Сложно что-то гадать, время покажет. Если тварь была настолько сильна, что смогла победить двоих легатов, какую силу она приобрела, пожрав тело Аврелиана. Я тебе говорил, что он сильнее Марка, но и мне самому неведомо, насколько его мощь велика. Не знаю, конечно, если все получится, как они задумали, род Гроссвенор только выиграет. Вот только кто получит земли Фениксийцев, большой вопрос. Не поменяют ли они шило на мыло. Нет Имперского рода, который был бы дружен с родом Гроссвенор. А бы кого похуже не приобрели, но им виднее. Говоришь еще и герцога исцелил?
— Я подумал, если смогу поспособствовать победе еще хоть как-то, почему бы и нет.
— Правильно, еще один плюс перед герцогским родом в твою сторону. Скажу тебе: думаю, тебя проверяют, друг, во всем и везде. Насколько честный, насколько полезный, насколько верный. Думаешь, двадцать тысяч для них — деньги, и они сразу тебе не могли подарить дом в городе? С легкостью могли, но почему-то этого не делают. Скорее всего, не делают тебе подачки, чтобы, когда в чем-то убедятся, сделать предложение, от которого ты, скорее всего, не откажешься, — призадумавшись, сказал Зигфрид.
— Что ты имеешь в виду? — Что-то я не понял, к чему клонит Зигфрид.
— Я тут на досуге думал, что вокруг тебя происходит, и кое-что понял, а именно: какую ты ценность представляешь, особенно если применить твои навыки в правильном русле. В баронстве, когда мы били, что-то мне здравые мысли несильно лезли в голову, а потом ты меня целить начал. Может, и мозг лучше работать стал, не знаю. Но вот что я понял. Я думал, с тобой поначалу возятся из-за того, что химер создаешь, ну, сам понимаешь, если нужно будет войско, не к наемникам побегут, а к тебе. Или вообще попросят химер наподобие Баала делать. Но когда ты мне старую болячку исцелил, понял. Наивысшая ценность твоя именно в исцелении. Джо, я не говорил тебе, сначала хотел убедиться, но у меня после последнего твоего исцеления начались внутренние перемены. Что-то происходит с моим средоточием, не знаю, как описать, словно оно от рождения было дефектным, а тут его немного вправили, и оно начало развиваться, как надо, со всеми вытекающими последствиями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— И тут я понял: чужая сила в чужом теле — это, конечно, хорошо, — увидев мое непонимающее выражение лица, Зигфрид добавил:
— Это я про твоих химер. Но реальную ценность представляет именно твое исцеление, на примере дружинников можно уже сделать выводы о его пользе. Ты вообще видел, как что бабы, что мужики похорошели после твоего исцеления? Кривые спины ушли, всякие старые болячки пропали. Что от мужиков, что от баб, повеяло породой. А до этого были все деревенские заморышами.
