ошарашено посмотрела мне в лицо. В широко распахнутых синих глазах не было страха, лишь удивление. И тем не менее, стоило мне ослабить хват, как девушка выскользнула из моих объятий и рванула прочь, позабыв про свою булку и, кажется, про всё на свете.
Даже спасибо не сказала…
Я разочарованно посмотрел ей вслед, чувствуя какую-то странную незавершенность, недосказанность. И непонятно откуда взявшееся желание последовать за незнакомкой. Даже на мгновение забыл о том, куда вообще направляюсь. Что меня ждут дела, и что градоначальник не станет ждать, если я опоздаю.
Последняя мысль вернула в реальность. Я тряхнул головой. Присел на корточки, собирая рассыпанные бумаги, и мученически застонал, поняв, что часть листов испачкалась.
Вот же проклятье! И как я теперь отдам это управляющему? Невезение какое-то!
А кому-то сегодня, кажется, напротив, повезло…
* * *
Несмотря на утренние неприятности, встреча с градоначальником прошла весьма неплохо. А главное — мне всё же удалось продлить лицензию. Заветная писулька обосновалась во внутреннем кармане сюртука.
Домой я возвращался в приподнятом настроении, да и полуденная жара спала. Солнце клонилось к горизонту, раскрасив облака нежно-розовыми всполохами. Я завернул на торговую улицу, зашел в пекарню, из дверей которой, даже в это время суток, пахло ароматным хлебом и сладостями. Отказывать себе в удовольствии сегодня не стал. Прикупил пару сырных лепешек и хрустящих кренделей, обсыпанных сахаром.
Из пекарни я вышел с увесистым бумажным пакетом под мышкой, раздумывая съесть ли лакомство по дороге или все же дотерпеть до дома. Остановился на втором, решив, что запачкать единственный приличный костюм будет совсем некстати.
Однако, вместо того, чтобы добраться до дома чистым широким проспектом, ноги вдруг понесли на ту грязную улицу, где с утра я разнимал трактирщика с нищей девчонкой.
Хотя ещё неизвестно, такая ли уж она нищая… В голове вновь всплыло дорогое платье, мелькнувшее в вырезе балахона. А еще взгляд, который девчонка кинула на откатившуюся булку. Может, она так до сих пор и ходит голодная. И от этой мысли мне отчего-то сделалось совестно. Хотя никакого отношения ни к этой девушке, ни к её бедственному положению я не имел.
Но что-то терзало изнутри. Заставляло бродить по бедняцкому кварталу, всматриваться в густые тени между домами.
Помнится, ещё мой учитель, доктор Айзек говорил, что я принимаю всё слишком близко к сердцу. Слишком много думаю о других, тогда как стоило бы для начала устроить свою жизнь. И что моя отзывчивость непременно принесет мне одни беды. Наверное, так оно и есть. Последние пару лет, с тех пор, как я занялся собственной практикой, я еле свожу концы с концами. Денег только-только хватает на оплату счетов и пропитание. Лёгкий летний костюм — и тот не могу себе позволить.
И, тем не менее, вместо того, чтобы сейчас спешить домой, где наверняка ждет работа и нетерпеливые пациенты, я брожу по грязным улицам и разыскиваю утреннюю незнакомку. Ну точно сумасшедший. Но интуиции своей я привык доверять. И она не подвела меня.
Девушку я нашел у очередной помойки, попавшейся на пути. Усмехнулся, увидев с какой аккуратностью она поддевает крышку мусорной бочки. Заглядывает внутрь, выгнув тонкую шейку. Нет, грязные побирушки себя так не ведут. Не боятся испачкаться. И уж точно не носят аккуратные туфельки на танкетке, а именно такие сейчас были на ногах у моей незнакомки.
Кто же ты такая, девочка? Потерялась, ушла из дома?
В груди родилось любопытство и жгучее желание докопаться до истины. Вот только девушка, завидев меня, испуганно отскочила от бочки и поспешила скрыться за ближайшим поворотом.
— Эй, погоди! Постой! — окликнул я и кинулся следом, свернул на соседнюю улицу и поймал взглядом тень, растворившуюся в расщелине между домами.
Ну что за девица? Как что — сразу прятаться… Интересно, она всегда такая пугливая? Или после встречи с трактирщиком стала шарахаться от людей? Я ж вроде и не страшный совсем. Даже наоборот.
— Эй, ты здесь? Не бойся. Я не обижу, — заглянул в тёмную расщелину. И сперва ничего не разглядел, лишь по шороху понял, что девушка там. А после, когда глаза привыкли к тусклому свету, различил и тонкую фигурку, закутавшуюся в балахон, сидящую на корточках, в попытке казаться меньше и незаметнее.
— У меня ничего нет! — порывисто выдохнула девица, осознав, что попалась.
И правда — в этом тесном закутке она оказалась в ловушке, ведь я перекрывал единственный путь наружу.
— Мне и не нужно ничего, — ответил как можно доброжелательнее.
— Тогда зачем гоняетесь за мной? — нахмурившись, спросила незнакомка.
А я… Проклятье, я не знал, что ответить! Потому что и сам не понимал, зачем побежал за ней. Зачем искал. Что собирался делать, когда разыщу беглянку.
— Я… Я подумал, ты есть хочешь, — на выручку пришёл бумажный пакет из пекарни.
Протянул его незнакомке. Та колебалась несколько секунд, но пахло из пакета так, что устоять было просто невозможно. Я заметил, как она тяжело сглотнула, глядя на мою подачку. А потом, пусть и с опаской, встала на ноги и взяла пакет.
— Это всё мне? — спросила неверяще и сунула нос внутрь. Прикусила губу, явно борясь с желанием немедленно запустить руку в пакет.
— Ну, если ты все съешь… — усмехнулся я.
Девица предвкушающе облизнулась и выудила наружу теплую сырную лепешку. Сразу впилась зубами, чуть ли не застонав от удовольствия. Интересно, как давно она не ела? Судя по тому, как бросается на еду — с утра в желудке не было и крошки.
— Не спеши. Не отберу ведь. — Я привалился плечом к стене дома, с интересом наблюдая за девчонкой. Та целиком съела лепешку. Облизала каждый палец.
К слову, пальчики у нее были тонкие, ухоженные. А зубы, которыми девушка вцепилась уже в бок сахарного кренделя — белые и ровные. И во мне вновь вспыхнуло любопытство.
— Как тебя зовут? — спросил осторожно, не уверенный, что она захочет говорить.
— Айрель, — на удивление легко ответила она. Кажется, страх прошёл вместе с голодом.
— Давно на улице?
А вот теперь незнакомка напряглась. Отвлеклась от кренделя и подняла на меня внимательный взгляд.
— Так заметно?
— Очень… — я опустил взгляд на её туфли, и девушка неловко переступила с ног на ногу.
— Да уж, не очень подходящая обувь для городских подворотен, — констатировала Айрель. — Но другой нет, — виновато пожала плечами и сунула в рот последний кусочек кренделя.
Протянула мне пакет.
— Остальное — ваша доля.
Вот как… Решила разделить угощение пополам. Хотя ясно же, что не наелась.
— Пропустите? — поглядела мимо моего плеча, собираясь выбраться из своего
