но уже успевшие стать легендой.
Эта коварная лисица леди Иньес, шакал сир Шаи и одинокий волк сир Гор, безжалостный убийца, уже перерезавший горло грате Виктории, жене кронпринца. Откуда только он взялся, этот Гор? Говорят, он бился на площадях за деньги, потом Ранмир приблизил бродягу к себе. И они, ты подумай! Стали друзьями!
- Он первый в моем списке, сразу после Ранмира, - мрачно сказала Гота. – Он убил грату. Я добьюсь казни Алвара Гора.
- Пока жив Ранмир, вряд ли, - вздохнул Линар.
Позавтракав в одиночестве, он решил спуститься в сад, чтобы посмотреть, как справляются в походном госпитале для легкораненых, разбитом в саду, окружающем роскошный дворец наследника Дома. Раз уж Гота ушла инспектировать дворцовые кухни.
- Это же принц Линар!
- Наш принц…
- Какой же он красивый!
- Лина-ар…
К нему отовсюду тянулись женские руки. Горящие глаза смотрели, как принц идет по саду. Строгий камзол, без кружев и вышивки Линару необычайно шел, в такой простой раме его совершенная красота только выигрывала. Женщины во все глаза смотрели на этот осколок прежней счастливой жизни и грезили о таком же безоблачном будущем, где праздники сменяют один другой.
Линар почувствовал себя сломанной игрушкой, его красота и изящество были сейчас совершенно бесполезны, картинки мод остались в прошлом, кому нужны портреты низвергнутого божества, когда не удалось спасти Чихуан от разрушений?
- Мой сьор, у нас не хватает бинтов, прикажете стирать уже использованные? – низко присела перед ним одна из сирр, упакованная как в чехол в глухое темное платье. Так сейчас одевались все женщины в Чихуане. Не до красоты.
- Вы и без меня прекрасно знаете, что делать, - с досадой сказал Линар.
- Но нам придется переделать ваши покои под прачечную. Прикажете использовать для этого одну из гардеробных? А куда девать ваши костюмы и обувь?
- Выкинуть, - разозлился Линар. – Так же, как и декорации. Представление закончилось, мы в суровой реальности.
Он резко развернулся и стремительно пошел прочь. Необходимо чем-нибудь заняться. Хотя бы фехтованием. Линар невольно застонал, вспомнив Аксэса, с которым они всегда стояли в паре. Средний брат был прекрасным фехтовальщиком, и Линару часто от него доставалось. Теперь Аксэс мертв. Неразлучных братьев Закатекасов осталось только двое…
- Линар!
Он не сразу понял, кто эта женщина, внезапно повисшая у него на шее. Как она посмела?! Линар хотел, было отцепить ее руки, жадно его обнимающие, но тут на него словно небо обрушилось. Такая бездонная синева была в глазах лишь у одной женщины в мире, бывшей любовницы принца Линара. Которой он был верен до самой своей свадьбы, и даже брачную ночь провел не с женой. А с Китаной, которую сейчас узнавал с трудом.
Ее огненные волосы были убраны под строгий темный платок, лицо еще бледнее, чем обычно, под глазами залегли почти, что черные тени. Линар заметил, что Китана похудела, его руки невольно сжали узкуюспину, ладони почувствовали выпирающие позвонки. Линар машинально провел руками до самой талии и, огладив ее, невольно стал ласкать крутые ягодицы Китаны. Она прижалась крепче. Он вздрогнул и отстранился.
- Что ты здесь делаешь?!
Китана зарыдала. Руки она расцепила, но по-прежнему стояла, прижавшись к Линару, ища у него защиты. Он почувствовал, как намокла рубашка на груди: Китана плакала.
- Ты потеряла близких?
- Отца… Всех…
- Но почему ты никогда не говорила мне, что у тебя есть отец? Я считал тебя сиротой.
- Я только твоя, мой принц. Когда мы встретились, я забыла обо всех своих родственниках. Ты был моим домом, моей семьей… Всем, Линар, - прошептала Китана.
Он вдруг опомнился. А как же Гота? Стоит в саду, обнимает чужую женщину. Позволяет ей себя гладить, еще немного, и Китана его поцелует!
- Я женат, - резко сказал Линар и застыдился собственной грубости. Он ведь бросил Китану, а надлежало ее обеспечить. Он же предпочел забыть о ее существовании.
- Ну, успокойся, - он погладил ее по плечу, ощущая под пальцами его хрупкость и невольно вспоминая их первую ночь. Его тело помнило Китану, они так долго были вместе. Одно время Линар даже считал, что это любовь.
Сейчас его сердце разрывалось от нежности и сострадания. Китана вовсе не пытается его соблазнить, она всего лишь не знает, что ей теперь делать. Когда все ее близкие погибли. И Чихуан лежит в руинах.
- Я обещаю не попадаться на глаза твоей жене. Она поклялась меня убить. Если и ты хочешь моей смерти, я выпью яд.
- Перестань, - он поморщился. Показалось вдруг, что это один из спектаклей, в которых они с Китаной играли когда-то главные роли. Слишком театрально.
- Линар, мне некуда пойти, - отчаянно сказала женщина. – Я хотела сказать, мой сьор. Я не имею больше права называть тебя по имени. Я все понимаю. И прошу позволения лишь остаться здесь, во дворце. В госпитале при нем. Я буду ухаживать за ранеными, пока в этом будет надобность. Потом уйду. В борделях Чихуана всегда найдется местечко для брошенной женщины, если она красива. Это пристанище разбитых сердец. А тело мое после тебя все равно, что умерло. Потому что с тобой никто не сравнится. Но дай мне немного времени. Пищу и кров. Я большего не прошу.
- Моя женщина не пойдет работать в бордель.
Китана невольно вспыхнула от радости.
