— Ну, в приговоре было сказано не совсем так, хотя смысл ты передал верно. — Отблески пламени, пробивавшиеся из под повязка, значительно усилились. Украшенные внушительными когтями мускулистые руки сжались в кулаки. — Меня назвали предателем, хотя предавал я только демонов, пытавшихся покорить нашу родину. Обвинили в том, что извратил свою суть чуждой магией. Ну, тут возражать не стану…Но кто из по-настоящему сильных чародеев не менял себя?! Мой брат, в далеком прошлом близнец, не родился с деревянными рогами! А Кенарий, несмотря на полубожественное происхождение, вообще доколдовался до почти полного превращения в козла! Скотина! А ведь когда-то я всерьез считал его учителем!
— То-то мне этот момент всегда казался несколько натянутым. Чтобы оправдать вечное заключение личности, фактически сохранившей жизнь своей расе, та должна была устроить крайне зверский геноцид. Быть вконец свихнувшимся маньяком, пожирающим детей на завтрак. Причем жарить их подобная персона стала бы лишь в огне пылающих городов. — Пробормотал человек и потер подбородок. — Оп-па! Я что, уже свободен?
— Нет. — Улыбнулся бывший эльф, обнажив острейшие клыки. — Просто назад уже удрать не сможешь. Ты хотел узнать правду? Так вот, правда в том, что моя бывшая любовь решила стать владычицей остатков нашего народа. А в перспективе всего мира! И, может быть, только не его одного. Да только я хоть и любил её, не собирался становиться тираном. Меня никогда не интересовала власть как таковая. Только сила. Только магия…
— Однако в войну с демонами и гражданский конфликт среди своей расы вы ввязались. — Не счел нужным промолчать человек.
— Драконов надо давить, пока они еще ящерки. — Хмыкнул Иллидан. — Я все-таки не какой-нибудь кабинетный архивариус, думающий будто древние свитки важнее всего и мир за пределами его родного дома не существует. Не вступил бы тогда в конфликт, стал бы сейчас вместе со всеми другими эльфами шестеркой Пылающего Легиона. Хотя в его рядах лично мне бы было лучше, причем намного…
— Если бы… — Вздохнул печально человек и передернул плечами. — Если бы знал, что так выйдет, вообще бы в этом месяце спать не ложился. Так что тогда случилось на самом-то деле?
— Я, создал Колодец Вечности. А они посадили в него созданный Кенарием зародыш, который паразитируя на доступной магии развился в Древо Жизни. Эта дрянь изменяет исторгнутую из себя манну так, что нормально ей пользоваться могут лишь психованные на всю голову друиды! Материальное доказательство правильности религии, которую насадил этот козлиный полубог вместе с Тиранд и моим завистливым братом. Однако скрытый под корнями изначальный источник силы творение моих рук, и в его водах всегда будет течь вечно живая кровь создателя. Именно она подпитывает находящееся в тюрьме тело и не дает ему умереть. — Иллидан пытался сдержать свою гордость, но не слишком преуспел. — Малфурион никогда не отличался ни силой, ни талантом. Но оставался моим братом-близнецом, способным обмануть благодаря одинаковой крови почти любую защиту. И он вполне был готов удовольствоваться ролью консорта Тиранд. Они предали меня. И засадили в тюрьму. Навечно.
— Почему не убили? — Заинтересовался человек. — Это было бы логичным поступком.
— Не смогли создать свой аналог Колодца Вечности. И знали, что никогда не сумеют этого сделать. Магия это не ремесло, а искусство. Можно научить его азам даже самого тупого гоблина, но чтобы создать истинный шедевр надо быть великим мастером. — Уныло пробормотал Иллидан, вновь подпирая голову кулаком. Мало-помалу его вид возвращался к прежнему состоянию, во всяком случае крылья уже истаяли как дым. — Я в молодости очень не хотел умирать. И предусмотрел почти все. Используя свое знание демонической магии, создал аналог чар, возвращающих с того света сраженных в битве архидемонов. Если физической тело окажется уничтожено, то Колодец Вечности удержит душу и вырастит своему создателю новое.
— Почти абсолютное бессмертие. — Задумчиво пробормотал себе под нос человек. — Даже лучше, чем у вампира или лича. Тело то вполне живое, со всеми его плюсами. Да к тому же такую филактерию не каждой орбитальной бомбардировкой снести получится. Неудивительно, что вас возненавидели те, с кем вы отказались поделиться своим бессмертием.
— Я отказался?! — Человек захрипел, удерживаемый за шею громадной рукой. Сейчас в Иллидане опознать эльфа вряд ли бы кто сумел. Увеличившийся в размерах полудемон мог поспорить шириной плеч с минотавром. Или, как их называли а Азероте, тауреном. — То же самое относится к Тиранд и Малфуриону! Первым и единственным из тех, с кем я поделился своим секретом! Мог бы и других ночных эльфов сделать по-настоящему вечными! Им только и надо было достигнуть определенной ступени в развитии магического дара! Чтобы Колодец мог зацепить их ауру!
— Тогда тем более понятно, почему вас засунули в тюрьму. — Человек прекратил хрипеть и вырываться. Более того, заговорил нормально. — С такой властью, черта бы с два кто другой оказался лидером вашего народа. Вернее, лидером бы он стал. Но вынужден был постоянно оглядываться на скромного ученого, продолжающего разгадывать тайны Вселенной. И являвшегося истинным хозяином в
— Точно, вокруг ведь еще сон. — Иллидан разжал руку и вновь вернулся к нормальным размерам. — Мы дышим только по привычке, хотя и не обязаны этого делать. Мои извинения, кстати. Раньше я не был таким вспыльчивым и жестоким, но…Вечность в каменном мешке никого не красит.
— Почти абсолютное бессмертие. — Задумчиво проговорил человек. А потом подумал и добавил. — Почти абсолютная тюрьма. На камере звукоизоляция, которая мешает поговорить с охранниками и подкупить их? Ну, так и думал. Да еще и инспекции такого ценного узника, уверен, устраивают регулярно.
— Маэв и без того фанатична до безумия. — Поморщился Иллидан. — А также вся её свора. Даже если бы мы могли поговорить, их бы ни в чем убедить не получилось. Её брат, отец, мать, сын и муж были убиты. Якобы мной. И она в это искренне верит. С остальными похожая история. Вот как, спрашивается, можно было перебить столько народа, если Древо я создавал в укромном месте? Специально, чтобы никто не мешал и не попал под удар в случае чего! Забрался в самую глушь. Да в населенных местах мне бы заняться делом и не дали, задергав не вопросами, так советами! Увы, эта секретность обернулась против меня. Меня оклеветали и обрекли на вечное одиночество! И никому из тех, чьи жизни и магию я спасал, не было до этого дела! Я гнию в тюрьме, в то время как предатели наслаждаются жизнью!
— Вроде бы кто-то из ваших учеников и последователей добрался до соседнего континента и основал там государство светлых эльфов. — Заметил человек, с любопытством взирая на вновь разбушевавшегося Иллидана. — Кстати, а сами то вы понимаете, что сейчас под определение вменяемого существа подходите не сильно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
