Качаю головой, уже понимая, что спокойного вечера ждать не стоит.
Идем следом, за объектом вожделения ненаглядной сестренки. Мне кажется, она забыла о моем существовании. Семенит за ним, бодро перебирая лапками, чуть ли не подскакивает от радости.
Ладно. Ждала начала новой жизни? Пожалуйста. Идем знакомиться с остальными.
Проходим по небольшому коридорчику, отделенному от остального зала темно-синими нитчатыми шторами, поднимаемся по винтовой лестнице на второй этаж и оказывается в холле, из которого ведут несколько дверей с табличками «кабинет», «для служебного пользования» и еще что-то там. Прочитать все надписи не успела, потому что мы подошли к самой ближней из дверей.
Женя, распахнул ее перед нами и бодро произнес:
— Смотрите, кого я привел.
Угу, смотрите. На меня как раз давно не смотрели. Прямо соскучилась по этому делу. Просто хлебом не корми, дай покрасоваться.
Ворчу, прекрасно понимая, что это все от усталости. Мне по-прежнему кажется, что лучшее времяпрепровождение на сегодня было бы на диване в обнимку с подушкой, книгой и печеньками.
Помещение, в которое мы попадаем, больше всего напоминает небольшой приватный зал. Стол, заставленный демократичной едой — пицца, роллы и прочие заказные штучки, вокруг него углом стоят диваны, в углу пара бильярдных столов, для любителей погонять шары и помахать кием.
Здесь собрались человек десять, не считая нас и нашего провожатого Евгения.
— Измайлов! Тебя нельзя никуда отправлять, всегда с девчонками возвращаешься, — слышу веселый голос одного из гостей.
— Завидуй молча! — беззлобно огрызается Женя.
Подходим ближе, и он начинает нас всех знакомить:
— Так, это Аня, — легонько за плечи выдвигает ее вперед, — думаю, некоторые уже с ней знакомы.
— А то, как же, — иронично произносит темноволосый парень, вольготно развалившийся на диване, — уж не первый год. Да, Ань?
— Миш, привет! — сестра подходит к нему и по-дружески целует в щеку, — с прошедшим тебя.
— Спасибо!
— А это Злата, моя двоюродная сестра, — Анюта радостно машет мне рукой.
Парень переводит взгляд на меня, и я невольно чувствую, как в груди колет.
Глаза у него карие, теплые-теплые, шоколадные, и в них притаилась усмешка.
***
— Привет! — произносит он, мимолетом пройдясь взглядом по моим ногам.
Тут же понимает, что я перехватила его взгляд, и в ответ лишь невозмутимо поводит плечами.
Не слишком ли ты самонадеян, товарищ?
Понимаю, что пока рассматривала виновника торжества, нам представляли всех остальных. Естественно, никого не услышала, никого не запомнила. Кроме Краева. Но улыбаюсь всем в тридцать два зуба, источая тонны обаяния.
Женя предлагает нам присесть. Свободных мест, как назло, всего два. Одно рядом с Мишей, и еще одно ближе к Жене. Туда, естественно, устремляется дорогая сестра, а мне не остается ничего иного, как идти к Краеву. Он сидит, расслабленно разметав руки вдоль спинки дивана. Смотрит на меня. Ждет.
Не то чтобы я была против такого соседства, но что-то внутри напрягается, особенно когда, сев рядом с ним, чувствую тепло и легкий аромат мужской туалетной воды.
Аня тотчас включается в общий разговор, а я лишь изредка вставляю короткие фразы. Не в моих правилах отмалчиваться и сидеть в уголке, но сегодня действительно нет сил. Я реально устала, и с трудом удерживаю нить разговора.
Да, еще этот тип рядом сидит.
Пользуясь тем, что он отвлекся, исподтишка рассматриваю его. Темные коротко стриженные волосы, правильные черты лица, проницательные глаза.
В груди разливается приятное возбуждение.
Э, нет! Сердито фыркнув, отворачиваюсь. Никаких увлечений, пока разберусь с универом, с работой и со всем остальным. Сначала дела, потом все остальное.
Краев что-то обсуждает с Женей, а я чувствую, как от его голоса у меня вдоль спины мурашки спускаются.
Невероятно.
Не могу удержаться и снова бросаю в его сторону быстрый взгляд.
Черт! Черт! Черт! Смотрит в ответ, в упор, не моргая.
Смущаюсь оттого, что застал меня за подглядыванием. Недовольно хмурюсь и, гордо задрав нос, снова отворачиваюсь, дав себе строгую установку больше не смотреть в сторону Миши.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Хватает ровно на три минуты. Сижу как на иголках, чувствуя, как внутри гудит напряжение, и взгляд, предательски тянется в его сторону.
— Кто следующий поздравляет именинника? — бодро интересуется одна из присутствующих девушек.
Смотрю по сторонам, в ожидании добровольцев, и тут слышу внезапное:
— Может, наша новая знакомая речь толкнет? Что скажешь, Злат?
Резко поворачиваюсь к нему. В ответ лишь хитрый взгляд и насмешливо поднятая бровь.
— Я не люблю произносить тосты!
Вторая бровь тоже насмешливо поднимается.
— Ну, тогда хоть пожелай мне чего-нибудь.
— Без проблем. Желаю тебе здоровья! — салютую ему бокалом с шампанским, — крепкого, сибирского.
Смеется, качая головой.
Блин, какая у него улыбка!!! Обалдеть! Кто-нибудь уведите меня отсюда, пока я не натворила глупостей.
Однако, уводить меня никто не собирается. Аня смеется, не сводя сияющих глаз с Измайлова, до меня ей вообще никакого дела нет. Предательница!
— Не рановато ли с такими пожеланиями? — уточняет, по-прежнему улыбаясь, — Мне всего двадцать шесть. Мужчина в самом рассвете сил.
— Нормально, — ворчу, отводя взгляд в сторону, — здоровье еще никому лишним не было.
Весь мой внутренний мир сводится к одному. К грохоту собственного сердца. Кажется, оно бьется в горле, душит, не давая нормально дышать. Нервно облизываю пересохшие губы. С каждой секундой все хуже. Что-то внутри меня тянется к этому человеку, не взирая на доводы разума.
Снова взгляд притягивается к нему. Скольжу по горловине белой футболки, открывающей крепкую загорелую шею. По просматривающимся сквозь ткань рельефам груди. Ловлю себя на мысли, что хочу прикоснуться к нему.
Надо уходить. Мне не хватает воздуха.
— Злата, — слышу его голос. Он обволакивает, проникая под кожу. Выдыхаю и смотрю в глаза. Темные, с густыми ресницами. Красивый. Он манит пальцем, призывая, склонится ближе, — иди-ка сюда, я тебе кое-что скажу.
Как зачарованная наклоняюсь в его сторону, хотя знаю, что не следует этого делать.
***
Легким движением отводит в сторону прядь волос, почти невесомо касаясь шеи. Тут же толпа безумных мурашек несется по груди. Дергаюсь, пытаясь, отстранится, но в тот же Краев зарывается всей пятерней в волосы и притягивает к себе.
— Любишь играть в гляделки? — чуть хриплый шепот, от которого внутри все сладко обрывается.
— Отпусти, на нас смотрят.
— Никто не смотрит, расслабься, — снова шепот, перекручивающий все в груди.
— Миш! — шиплю, — не забывайся!
— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — чувствую, что улыбается, и хочется улыбнуться в ответ.
Да, что со мной такое? Я его первый раз в жизни вижу!
Обхватываю пальцами крепкое запястье, и тяну его руку от себя. Он не сопротивляется, отпускает. И в тот же миг моя внутренняя, неизвестно откуда появившаяся озабоченная кошка, начинает активно протестовать, требуя вернуть будоражащие кровь прикосновения.
Сажусь ровно, поправляю волосы, пытаясь справиться с дыханием и сердцебиением.
Краев смотрит на меня, не отрываясь. Скользит взглядом по губам, спускается вниз, по шее.
— Прекрати!
— Я ничего не делаю, — разводит руками.
— Прекрати на меня так смотреть! — сердито шепчу, опасаясь, что услышат остальные. Хотя за столом веселье, все болтают, смеются, им не до нас.
— Как? — продолжает рассматривать меня, чуть склонив голову на бок.
— Сам знаешь как!
— Не знаю, — снова улыбается, той самой улыбкой, которая доказывает обратное.
Внутри все замирает от какого-то тягучего предвкушения.
Опять напоминаю себе, что пока не решу все свои проблемы — не до отношений. Да и не пахнет тут отношениями. Просто внезапное притяжение, которое может вылиться лишь в небольшую интрижку.
