– отличный повод начать хоть какой-то разговор. То ли это инстинкт, то ли воспоминание о Луне, рассказывающей в автобусе о метеоритах и астероидах, то ли ее пижама, украшенная яркими созвездиями, отражающимися в свете экрана Ирис, кто знает…
Поэтому Хана решает сосредоточить свое внимание на Луне, игнорируя невнятные призывы к тишине, которые Мариан шепотом бросает каждый раз, проходя мимо их палатки. Однако, разговор был испорчен не этим.
– Оказывается, падающие звезды на самом деле не звезды, ты знала об этом, Ирис? – спрашивает Хана и подталкивает подругу локтем, чтобы та подыграла, отчего ее спальный мешок слегка поскрипывает.
– А, правда?
«Актриса из нее ужасная», – думает Хана. «Жаль, что она не пошла со мной в театральный кружок, сейчас бы это пригодилось».
– Ага, представь! Это… обломки астероидов, которые… ну… Луна, как там ты говорила? Ты лучше объяснишь.
Ответ Луны предельно лаконичен – она перекатывается на другой бок в своем спальном мешке, демонстративно отвернувшись.
– Хана, отстань от нее, пусть спит, – шепчет Ирис и наконец-то выключает телефон.
И тут Хана замечает светящийся экран в руках Луны.
– С кем ты говоришь?
– Тебе какое дело?
– Просто интересно.
– Ни с кем, – Луна резко обрывает разговор, и по ее тону ясно, что продолжения диалога быть не может.
Да и сама Хана не осмеливается задавать еще вопросы. Она даже начинает сомневаться в своей суперсиле.
Тишина опускается на палатку, и теперь снаружи слышны все шорохи и скрипы. И даже чье-то хихиканье. Хана готова поспорить, что остальные одноклассники выбрались из своих палаток и направляются в лес. Идут развлекаться. Без нее.
Как только Хана решает высвободиться из спальника, надеясь подглядеть, что же именно там происходит, Луна поворачивается и шепчет:
– Вы еще не спите?
Внутренний голос велит Хане промолчать, и она всегда его слушается. Обычно чутье ее не подводит (ночи перед экзаменами – не в счет, когда этот самый голос настойчиво твердит: «Нет, тебе незачем повторять Первую мировую, тебя не спросят о чем-то настолько очевидном, как Первая мировая»). Но сейчас Хана не на экзамене, поэтому она не издает ни звука и всеми силами старается телепатировать Ирис, чтобы та тоже промолчала.
– Я, да, – говорит подруга, и Хана в очередной раз убеждается, что Ирис так себе телепат.
– М-м-м, окей… я в туалет, – слегка замешкавшись, бормочет Луна. Не дожидаясь ответа, она дергает за молнию и ускользает из палатки.
Да, Ирис, конечно, никудышная актриса, но по сравнению с Луной она прям Дженнифер Лоуренс.
Как только брезентовая дверь снова закрывается, Хана выпрямляется, а Ирис вздрагивает от испуга. Внутрь палатки просачивается только лунный свет, вокруг практически ничего не видно, но это не самая большая проблема. Благодаря занятиям в театральной студии Хана отлично знает свое тело и чувствует каждое свое движение… Но не тело Ирис, спальный мешок которой оказался гораздо ближе, чем она ожидала. Хана много чего знает о своей подруге, но этой ночью копилка пополнилась новым любопытным фактом: Ирис не любит, когда на нее наступают во время сна.
– Тс-с-с-с, прости, прости, прости, пожалуйста… Я тебя не заметила!
– Надо же, – отвечает Ирис, поднимаясь на локтях. – Ты куда?
– Если Луна действительно просто вышла в туалет, то я – Селена Гомес! Она так странно вела себя вечером, я хочу посмотреть, куда она пошла.
– Хана, она всегда такая. И если даже мне кажется, что она странная… – спешит объяснить Ирис, убирая за ухо прядь голубых волос.
– А ее телефон? С кем она болтала весь вечер? Почему мне не сказала, кто это был?
– Эм-м-м, потому что это не твое дело?
– Глупости. Она что-то замышляет, и я хочу знать что, – пока Хана говорит, Ирис включает фонарик на телефоне, тоже садится и начинает что-то искать в рюкзаке, лежащем у нее в ногах.
– Ты со мной? – взволнованно спрашивает Хана.
– Пусть Луна делает, что хочет. Но раз уж ты все равно меня разбудила, пойдем, я сделаю пару фоток.
Ирис вешает на шею камеру. С такими камерами нужно обходиться предельно осторожно: они могут сломаться от одного неловкого движения, потому Хана старается держаться от нее как можно дальше (насколько это позволяет палатка), в то время как подруга набрасывает на плечи поверх пижамы огромную джинсовую куртку.
Пробраться мимо Мариан и Йона оказывается проще, чем Хана могла представить. Раскладные стулья, предназначенные для наблюдения за ребятами, пустуют. Вокруг тоже не видать никого, кроме парочки, болтающей под фонарем в конце тропинки, ведущей к туалетам. На всякий случай (и потому что так острее ощущения) Хана опускается на четвереньки и ползет между палатками. Конечно, они идут так тихо, что одноклассники вряд ли обратят на них внимание.
Спрятавшись за палаткой около дорожки, Хана понимает, что есть одна проблема.
– Она сворачивает вправо, Шерлок! – подсказывает Ирис, стоя за ее спиной.
Эта девчонка не чувствует весь драматизм момента!
Но в противоположную сторону от фонаря, под которым сидит парочка, в самом деле направляется фигура, подозрительно похожая на Луну. Хана резко набирает скорость и мчится за ней – зрелище поистине изумительное с учетом того, что она бежит на цыпочках. Осторожность превыше всего.
Она быстро обгоняет Ирис. Лунного света вполне достаточно, чтобы без труда следить за подозрительной фигурой, но вскоре та скрывается за деревьями и вовсе теряется из виду. Хана успевает добраться до нужного места, но Луны уже и след простыл. Интересно, заметит ли кто-нибудь, если включить фонарик? Поймет ли Луна, что ее преследуют?
Хана делает пару шагов вперед, прощупывая почву. Чуть не врезавшись в дерево, она понимает, что риск быть раскрытой вполне оправдан. Она опускает руку в карман пижамы, чтобы достать телефон. И все бы хорошо, вот только карманов у нее нет, а телефон остался в палатке. Отлично. Хана всегда полагалась на удачу, потому и сейчас она глубже и глубже заходит в лес, вытянув руки, как мумия. Или жалкое подобие Франкенштейна.
Она не спешит двигаться вперед. Когда ты идешь в полной тишине, можно услышать миллион самых разных звуков – слышно, как шелестят под ногами листья, стрекочут сверчки, между кустов шныряют мелкие зверьки, просыпающиеся по ночам, ухает сова. И, наконец, становятся слышны голоса. Они раздаются очень далеко, но Хана уверена, что они ей знакомы: Эрин (точно она!), и Алекс, и, может быть, Нора, и еще кто-то. «Я так и знала! Они сбежали, чтобы устроить вечеринку в лесу».
Однако голос Луны она распознать не может. Хотя, честно говоря, будь Луна там, Хана бы очень удивилась. Она не особо дружит с компанией Эрин. И ни с одной компанией вообще.
Неожиданно в тишине леса раздается щелчок, напоминающий… камеру Ирис. Хорошо, что она где-то рядом. «Надо бы ее найти, она точно взяла с собой телеф…»
– Все сбежали из палаток, чтобы подурачиться в лесу
