и предупредила, что обновит только после успешного выполнения приказа. «Драконья кровь», кристалл алого цвета в форме капли размером с фалангу большого пальца, наделял носителя более быстрыми рефлексами и увеличивал силу, но его заряда хватало на две-три недели, после чего начиналось действие самого ошейника – агрессия, сменяемая слабостью и видениями, и смерть в финале. Смерть можно отсрочить, если убивать когтем, но не избежать. Потому кристалл приходилось периодически менять, чтобы продолжать жить. Две из отпущенных недель уже прошли, а он так и не смог подобраться к цели, слишком хорошо она себя защитила. Действие «крови» подходило к концу, отсюда и видения с приступами агрессии. Они мешали думать и сменялись слабостью. Убийство Кэтасом на время помогало, но цена такой отсрочки, если пользоваться ей постоянно, все равно смерть. Впрочем, если не пользоваться, тоже смерть, только более мучительная.
И все же чем-то не нравилось Рони это дерево. Что-то с ним не так, только жажда не позволяла понять, что именно, мысли путались. Он обнаружил его вчера, когда в очередной раз обходил особняк. Он помнил, как сетовал на дрянную погоду – солнце осенью – вот с какой стати, если обычно в это время небо затянуто свинцовыми тучами и льют дожди?! Вчера его отвлек порывом ветра местный кэтас-жандарм в спину, когда Рони задумался и не сразу уступил ему дорогу. Как же он разозлился! Если бы не необходимость соблюдать маскировку, жандарм остался бы лежать там же. А потом внимание переключилось на зеленого дракона в небе. Да, драконы не все время проводили в человеческой форме, но летать над городами им запрещалось. Только курьеры и только в исключительных случаях могли пролететь над зданиями к месту назначения. Интересно, что же произошло, подумал Рони в тот раз и переключился на дерево и план проникновения.
Что же не так?.. Или это уже навязчивая мысль? И все же не имеет значения, даже если интуиция не врет, выбора у него нет – лезть в дом придется. И либо он попадет в ловушку и погибнет, либо погибнет от жажды «крови».
Приступ прошел. Рони дождался, когда слабость отступит, оттолкнулся от стены храма и пошел к дереву. С кошачьей грацией он поднялся по стволу и замер на ветке над оградой послушать и посмотреть. Стражи нет ни на двух, ни на четырех ногах. Магии в саду тоже не заметно. Странно. Маркиза так пеклась о своей безопасности вне дома, что оставила сам особняк без охраны? Не логично. Но жажда гнала вперед. Даже если это ловушка, он предупрежден и найдет ее, решил Рони и спрыгнул в тень куста, стриженного в форме куба.
Луна продолжала заливать сад голубым светом и мешать. Приходилось тщательно выбирать путь от тени к тени и вскоре обнаженное плечо коснулось холодного камня дома. В саду по-прежнему царила оглушающая тишина, какая бывает только осенью. Отлично. Теперь нужно попасть внутрь и найти спальню Морганы. Скорее всего она на третьем этаже, размышлял Рони пока искал открытое по случаю теплой ночи окно или что-то еще.
Неожиданно перед глазами поплыло и тут же вернулось в фокус. Рони тряхнул головой и вернулся к осмотру окна. Заперто. Еще и магией. Как и следующее… и третье, и еще, и еще. Такие трогать без знания открывающего слова нельзя, может парализовать до прихода стражи, а то и убить.
С каждой новой неудачей поднималось раздражение, оно перерастало в злость, а та в ярость. В желание разнести тут все. За каким бесом ему скрываться?! Местная челядь: все эти кухарки, горничные, лакеи, даже охранники ничего не смогут ему сделать! Он кэтас! Он сильнее их всех! Так чего скрываться?! Надо просто войти через парадную дверь и идти к своей цели! И убивать каждого, кто попадется на пути! Да, убивать! И наслаждаться теплой кровью, что будет литься рекой из их тел. Рони как наяву увидел это. Левая рука снова сжалась в кулак, высвобождая стальной коготь. Кэтас выпрямился во весь рост и пошел к главному входу в дом, но успел сделать всего несколько шагов. Эйфория закончилась столь же неожиданно, как началась. На место ей пришла слабость, такая же внезапная и абсолютная. Кулак разжался и коготь исчез. Рони прислонился к стене и медленно сполз на землю. В душе поселилась пустота, сил не осталось даже на то, чтобы отползти обратно в тень. Мысли разбрелись стайкой глупых голубей на площади, перед внутренним взором замелькали неясные образы. В груди снова защемило от горькой тоски. Рони попытался сфокусироваться хотя бы на одном из них… как всегда ничего не вышло. Осталось ощущение, что это образы каких-то людей из прошлого и мест, где он когда-то бывал. Но все это осталось в другой жизни, где он еще был свободным. Как ни старался, но вспомнить то время не получалось. Он даже не помнил, кем был. И не важно, эти сведения не помогут ему выжить. Нужно убить маркизу. Ее смерть – залог его жизни.
С трудом Рони вернулся в тень дома. Такого сильного приступа жажды он еще не испытывал никогда. Как же страшно… особенно слабость, словно напоминание о жизни до рабства. Все, что он помнил из нее – это именно слабость. Из-за нее он попал к драконам, попал к хозяйке, а она не убила его и сделала сильнее. За это Рони будет вечно предан ей. И за «кровь». И за это же будет вечно ненавидеть – за бесчеловечное обучение и за обращение как с вещью…
Еще несколько минут он лежал и приходил в себя. Когда же силы вернулись, начал осматриваться. Пришло понимание, что лежит он не просто в тени, а в тени балкона. Отличный вход. Даже мысли не возникло, что и там дверь может быть закрыта.
Закрыта дверь, но без магии, просто на засов, но просто подцепить кинжалом не получится. Придется применять магию, хоть это и опасно. Оставалось надеяться, что столь незначительный импульс маркиза не заметит на таком расстоянии. Рони склонил голову на бок и сосредоточился на засове. Искорка магии разгорелась в груди, за мгновение перетекла в руку и сорвалась с пальцев тонким невидимым лучом. Под его воздействием пластинка засова откинулась в сторону и освободила проход.
Рони быстро прошмыгнул внутрь и плотно притворил за собой дверь. Но не на засов – вдруг придется быстро убегать. Прислушался, не почуял ли кто использование магии, особенно сама Моргана. Рони не знал, насколько чуток ее сон. Вот его хозяйка вполне
