— Сержант, — позвал Ковин заместителя командира штабного взвода, когда кавалькада графини скрылась из виду на просёлочной улице, — Отправь кого-нибудь из парней в трактир, пусть поторопит Хорста. А ты, — обернулся он к приободрившейся после отъезда графини жене старосты — довольно молодой, около сорока, пышущей здоровьем полнотелой красотке, начавшей вновь строить глазки имперскому генералу, — забирай свою рабыню и до обеда не появляйся. И отмой девчонку. Она у тебя что, без лопаты свинарник чистит?
Разведчики явились быстро, и четверти часа не прошло.
С кадрами из ниндзей, этих удивительных воинов, в обучении которых принимал участие лично император Олег, в корпусе Ковина дела обстояли ещё хуже, чем с магами, и, пожалуй, не только у него.
Выпускники школ ниндзей направлялись в основном в имперские службы разведки и контрразведки, а армии практически ничего не доставалось. Из шестнадцати этих специалистов тайных операций, имевшихся в корпусе Ковина, одиннадцать служили офицерами в егерском полку, а пятерых генерал оставил при своём штабе.
Ведомство генерала Агрия конечно же подкидывало военным информацию, но имперская разведка, в целом, выполняла более широкий круг задач, а командирам требовались сведения, касающиеся конкретных участков, здесь и сейчас. Поэтому, добывать данные о противнике военным чаще приходилось своими силами.
— Докладывай, лейтенант, — Ковин показал явившемуся ниндзе на лавку, стоявшую возле стены, а сам сел за стол, с которого уже убрали остатки завтрака, — Собик, не топчись сзади, или иди по своим делам, или пристрой свою задницу где-нибудь, — сказал он приятелю.
— Подробно, с момента нашего отъезда? — уточнил Хорст.
— Куда нам торопиться? — пожал одним плечом генерал, — Продолжение маневров у нас только с завтрашнего утра. Так что, докладывай обо всём.
Со слов разведчика получалось, что оросские наймиты не только не отказались от своих намерений продолжать грабежи новых псковских территорий, а ещё и обнаглели сверх меры. Их лагерь переместился к Даулаве, большому озеру всего в трёх километрах от глаторской границы. Наёмники на территории королевства Дорвинг чувствовали себя в полной безопасности, а огласки своих враждебных намерений по отношению к южным соседям не боялись — всем и так давно всё было ясно.
Кроме неожиданного приближения отрядов солдат удачи, Ковина неприятно удивила и их резко возросшая численность. Если раньше, как докладывала разведка, в Дорвинге находилось примерно такое же количество наёмников, что и в Нерчире — до двух тысяч мечей — то сейчас уже речь шла о более, чем шести.
— Не только из Нерчира присоединились, — словно бы прочитал мысли командующего Хорст, — Но и новые добавились. Второй наш пленник был из отряда Гнилозуба.
— Этому-то чего в Синезии не сиделось? — скривился Ковин при имени известного своей удачливостью командира большого — до полутысячи вояк — наёмного отряда, — Мародёрил бы по прежнему в лесах возле Ирменя.
— Видно, много больше предложили, — Собик всегда являлся непревзойдённым мастером произнесения банальностей, вот и сейчас не смог молча сидеть на платяном сундуке, — А ведь он когда-то с Кувалдой в наших краях промышлял. Помнишь?
— Помню. Тоже, видишь, изменил свою судьбу, — генерал встал и знаком приказал подчинённым не вскакивать, — Из обычного разбойника в капитаны солдат удачи выбился. Однако, это уже не важно.
Он прошёлся по кабинету. Мелькнувшая у него в голове идея внезапно атаковать врага вначале показалась ему сасому безответственной — вторгаться на территорию другого государства, пусть враждебного и открыто покровительствующего диверсиям против Пскова, без приказов он был не вправе. Вот только, слишком уж удачный момент. Наёмники подставлялись, устроив свой лагерь вблизи от проводившего учения северного армейского корпуса, и, судя по всему, о столь опасном соседстве пока не подозревали.
Однако, долго капитаны солдат удачи в неведении пребывать не будут. Слухи и сведения легко просачивались через границы, и, если всё же принять столь смелое решение, то реализовывать его надо быстро.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Они на одном берегу Даулавы? — Ковин остановился напротив лейтенанта, — Или размазались вокруг?
— На одном, — Хорст опять попытался встать, но генерал его остановил, положив руку на плечо, — Их в полтора раза больше, чем нас, — напомнил ниндзя, мгновенно поняв, с какой целью командующий уточняет местоположение противника.
Псковские полки численно примерно соответствовали таким же формированием других государств, только, если у противника в полку из полутора тысяч человек воинами являлись тысяча, а остальные представляли обслугу из крепостных и рабов, никогда в сражении не участвующих, то в армии императора Олега оружием учили владеть всех, и своё место в бою мог занять каждый. То есть, Ковин на данный момент имел под командованием четыре с половиной тысячи обученных бойцов. Это конечно меньше, чем у его нынешнего противника, но на стороне псковитян будет внезапность и организованный строй.
Да, наёмники хорошо владеют мечами в индивидуальных боях, только против сомкнутой стены щитов их умения им не сильно помогут.
Генерал понял, что свою идею он уже готов реализовать. А там, пусть королева Гортензия отписывается по своей дипломатической линии. Если что, может свалить на самоуправство командующего корпусом.
Ковину вспомнилась интересная фраза его прекрасной покровительницы госпожи Ули: "семь бед — один ответ", которую та произнесла, когда при исцелении раненых стала расходовать свой магический резерв до самого дна. Побледнела при этом как мел, с трудом остановила кровь, выступившую из её носика, и почти лишилась чувств, а ведь брат категорически запрещал госпоже Уле расходовать более двух третей её магии. Зато ни одного раненого в тот вечер после сражения она не отпустила на встречу со Смертью.
Можно сказать, благодетельница показала, что решения, принимаемые на месте, могут отличаться в более правильную сторону от тех, что когда-то придумывались при других обстоятельствах.
А ещё, государь Олег и сам являлся сторонником внезапных и решительных наступательных действий. Ковин не раз слышал от него, что сидя в обороне войну не выиграть, и ситуация в северном пограничье Глатора полностью подтверждала правоту слов императора.
Постоянно и часто безуспешно отражать многочисленные вылазки со стороны подлых соседей надоело не одному только командующему, а сейчас появился хороший шанс покончить в этих краях с безобразиями надолго.
Упускать такую возможность не хотелось. Государь Олег, особенно в последние годы, стал резко негативно относиться не только к ошибкам и просчётам своих подчинённых, но и к их бездействиям, когда не предпринимались необходимые меры или принимались с опозданием.
Нет, император не рубил головы и даже не лишал званий и титулов, но всегда могло случиться так, как это произошло с бароном Юль-Нисом. Господин лишь посмотрел на него, кивнул своим мыслям, развернулся молча и ушёл. После чего блистательная карьера, начатая бароном, навсегда завершилась. Сейчас Юль-Нис, насколько слышал Ковин, командует каким-то отдалённым гарнизоном в таркской глуши, а ведь вполне мог тоже получить генерала, вовремя ударь он своим полком в спину армии мятежников-инсургентов.
— Так, Хорст, — генерал достал карту приграничья из стоявшего на полу ранца — говорят, что конструкцию такой сумки придумал сам император, враньё это или правда, Ковин не знал — и развернул её на столе, — Покажи, где их лагерь. Говоришь, регулярных частей Дорвинга поблизости нет?
— Нет, — подошёл лейтенант и ткнул пальцем в юго-восточную оконечность озера, — Вот тут наёмники собрались. А насчёт дорвингцев, я думаю, командир, они специально ушли из этих мест. Даже пограничных егерей почти всех убрали. Оставили только в крепости Синьва, на тракте. Поэтому могут на все наши претензии по поводу творимого наёмниками только улыбаться, дескать, королевство тут не при чём. Сами страдают.
