Не глядя в сторону девочки, красавица улыбнулась.
Улыбнулась какой-то грустной улыбкой, в которой в то же время чувствовалось ощущение превосходства, как будто ей было ведомо что-то такое, чего не знал никто другой.
Наутро среди пассажиров самолета, летевшего над океаном, Матева-младшая обнаружила ту же красавицу. Обнаружила в салоне, где показывали детские фильмы. Странным ей показалось не то, что эта женщина летела этим же рейсом, а то, что сидела в салоне, где находилось всего лишь двое представителей уважаемого взрослого населения планеты: Марта Матева и эта особа.
К тому же летела она без ребенка. Она сидела в конце салона, в руках у нее был высокий бокал с торчащей из него соломинкой. Женщина не принимала никакого участия в выборе фильмов, в то время как Марта Матева, чувствуя себя в родной стихии, раздавала советы направо и налево. Марта умело забавляла детей, которые буквально заглядывали ей в рот, смеялись, осыпали вопросами, приходили в восторг от ее ответов, жевали конфеты и пирожные, перебрасывались скатанными в шарики обертками и постоянно лезли к добрейшей тетеньке с ласками и поцелуями.
В антрактах Марта, ко всеобщему удовольствию, затевала веселые игры, поэтому часы полета проходили незаметно, и вот уже стюардесса беззаботным голосом сообщила:
- А теперь, дамы и господа, я попрошу вас пристегнуть ремни, так как мы пролетаем сейчас над пресловутым Бермудским треугольником. Разумеется, никаких причин для беспокойства нет, однако можно понять и журналистов - им нужны сенсации, иначе на что же они будут жить?
Игривым тоном стюардесса принялась кормить пассажиров байками о безопасности полетов и о буйной фaнтазии некоторых журналистов.
Марта начала зевать. Дети тоже. Марта сказала:
- Ведь среди нас нет ни дам, ни господ? Мы все здесь равны, верно?
И дети разных стран и национальностей в один голос подтвердили:
-Да, Марта, мы все равны!
- Тогда вернемся к нашим занятиям.
И веселье продолжилось с еще большим накалом.
И только дама с высоким бокалом, из которого тор чала соломинка, смотрела поверх голов тоскующим взглядом. Но если ей было так скучно, что удерживало ее в этом салоне?
Внезапно беззаботная болтовня стюардессы оборвалась. В самолете наступила тягостная тишина, в которой гулко, как в пустой пещере, раздался шепот мужчины: - Белая бездна океана!
И в этом шепоте было столько безысходности, что все дети разом остолбенели и с ужасом уставились на Марту.
Марту охватило желание защитить сгрудившиеся вокруг нее маленькие существа. Она чувствовала: случилось что-то ужасное, справиться с чем не в ее силах.
В памяти всплыли строчки опубликованного в газетах последней радиограммы пилота японского самолета, потерпевшего в этих широтах аварию некоторое время назад: "Самолет потерял управление, приборы не работают. Под нами белая бездна океана". Призвав на помощь все свое мужество, Марта пересохшим от волнения голосом сказала: - Спокойно, дети! Подойдите ближе. Незачем отказываться от игры из-за капризов взрослых.
Однако детей объял панический страх. Самолет завалился набок. Глянув поверх детских голов в иллюминатор, Марта увидела стремительно летящие навстречу пенистые гребни волн, такие высокие, как будто кипящий океан задумал слизать с неба облака.
Потом иллюминатор затянуло белой пеленой, тело гигантского авиалайнера застонало, однако никто не почувствовал никакого удара, никакого сотрясения.
Самолет провалился в белую пену как иголка, скользнувшая в пышные кружева.
Марта притянула к себе как можно больше детей, стоявших рядом, и запела во всю мощь своего голоса:
Голу-голу-голубица
с белой шейкой,
как у Нельки,
и с косынкой,
как у Нинки,
Научи меня летать,
Чтобы мир мне повидать...
Затем в салоне забрезжил голубоватый свет, охваченные ужасом пассажиры внезапно впали в какое-то сонное оцепенение, а странная особа продефилировала из конца салона к Марте и совершенно спокойно предложила:
- Оставьте детей. Нам нужны только вы.
- Как это я оставлю детей? - крикнула ей Марта. - Это мои дети!
Дама сговорчиво уступила:
- Хорошо, возьмите с собой дочь.
- Куда я ее возьму? - все больше раздражаясь, сварливо поинтересовалась Марта.
- Туда, где вам следует быть!
Марта внезапно решила, что гневаться на бесцеремонность этой особы ниже ее достоинства и, беря себя в руки, с вызывающим спокойствием заявила:
- Я останусь здесь, с детьми! Что бы с нами ни случилось.
Дама снисходительно усмехнулась.
- Вы хотите вовлечь детей в опасное предприятие, касающееся только вас одной?
- Да перестаньте вы! - воскликнула Марта, забывая, что решила не обращать внимания на бесцеремонный тон собеседницы. -Я вовсе не собираюсь участвовать в опасных предприятиях.
- Не собираетесь, но придется! - безапеляционно отрезала дама и повторила свой вопрос: - Так вы берете с собой дочь или нет?
- Я с мамой! - закричала малышка, цепляясь за Марту.
Всё вокруг погрузилось во мрак.
Вдалеке забрезжил неяркий холодный свет, и через мгновение таинственная дама, Марта и ее дочь оказались окутанными какими-то парами, которые, оседая на их телах как иней, облекли их в серебристые тонкие одежды. Свет стал ярче, осветив две гибких фигуры, постоянно менявшие свои очертания. Потом они услышали:
- Вы уже здесь?
- Где это - "здесь"? - высокомерно спросила Марта.
Раздался смех.
- А она и впрямь соответствует описанию.
- Ничего более подходящего нам не найти даже в будущем.
Марта придала своему лицу то же выражение, с каким она выходила на сцену в роли своенравной принцессы Турандот.
- Мне кажется, я что-то спросила? - надменно процедила она, на всякий случай покрепче прижимая к себе дочурку.
Дама подала какой-то знак. Таинственные фигуры разошлись в стороны, и действующие лица оказались на удобном диване, перед столом с неровной поверхностью, на котором красовались словно на выставке диковинные плоды.
- Не смей ничего трогать! - шепотом предупредила дочь Марта.
Опять последовал приступ смеха, а дама сказала:
- Наверное, вы хотите знать, кто мы такие? Мы те, кого вы создадите.
- А! Будущие монстры нашей планеты, - неожиданно быстро догадалась Марта. Наслаждаясь вызванным недоумением, она продолжила: - Неплохое развлечение вы себе придумали - прогулки во времени, а до того, что меня ждут в Ла-Касе, Ла-Пасе, Ла-Дасе или как там его - вам и дела нет. Да еще и ребенка мне перепугали. И всех пассажиров самолета застращали до смерти. Знаете, где вам придется отвечать за это?
- Перед судом времени, - тяжело вздохнул один из собеседников. - Но поймите - у нас не было другого выхода.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
