Ночь снова не принесла мне долгожданный сон. Сквозь тонкий матрас чувствовалась фанера, подложенная под него. Болели бока от долгого лежания, я решила пройтись по коридору. Часы показывали 00:30, когда я проходила мимо сестринского поста.
Подходя к туалету, увидела, промелькнувшую тень.
"Может кто-то зашёл" — предположила я и остановилась перед дверью. Подождала несколько минут, постучала, никто не отозвался, я вошла.
Выйдя из кабинки непроизвольно дёрнулась, у дверей стояла девочка. Холодный липкий пот выступил на теле, а сердце затрепыхалось в груди, готовое остановиться от увиденного.
Мертвенно-бледная кожа, милые черты лица, вздёрнутый носик, золотистые волосы. Её можно было принять за ангела, если бы она так сильно не была похожа на призрака. Я молча смотрела на неё. На шее чёрным кольцом, будто плетёная фенечка, виднелся вдавленный след от рук.
Хриплый, сдавленный детский шёпот разнёсся по туалету.
— Когда придёт козлорогий, глаза не открывай.
— Кто ты?
— Только так можно спасти детей, — продолжила девочка.
— Кто ты такая? Кто такой козлорогий? — мне нужно было понять, разобраться о чём она говорит.
Ощущение нереальности происходящего, окутывало меня, туманило мозг.
Девочка все так же стояла у двери.
— Пожалуйста, объясни, я не понимаю, — я шепнула еле слышно, уже не веря, что получу ответ.
— А разве ты не знаешь?
— Нет.
— Спроси Надежду.
Я моргнула, девочки у двери уже не было.
Как до палаты долетела не помню, запрыгнула на кровать с середины комнаты, укрылась одеялом. Руки тряслись как при паркинсоне.
"Что за бред? Какие призраки? Какой ещё, нафиг, козлорогий? Может мне всё это снится?"
Я ущипнула себя и отдёрнула руку.
"Больно! Значит, не снится. Я же не Константин, чтобы призраков видеть. Никогда подобного за собой не замечала. Почему же сейчас? И что это за девочка? Почему я должна о ней знать?”
Одни вопросы и ни одного ответа. Надо успокоиться. Надо успокоиться.
Про сон я забыла, да и не смогла бы сейчас уснуть даже если бы постаралась. Что я знала о подобных случаях только то, что видела в фильмах ужастиках. Чаще всего призраки связаны с местом где умерли. Может поспрашивать работников о маленькой задушенной девочке. Должен же кто-то знать об этом… Кажется, она сказала "спроси Надежду".
С трудом дождавшись утра, я соскочила с кровати, как только услышала голос медсестры.
— Доброе утро, Ирина Валерьевна! — я пыталась держаться непринуждённо.
— Что случилось? Плохо? — вместо приветствия забеспокоилась дежурная медсестра.
— Нет, нет. Всё хорошо. Просто спросить хотела, — затараторила я, пытаясь успокоить медсестру, но вызвала ещё больше подозрений.
— Давай-ка я тебе давление померяю, что-то не нравится мне твой вид.
Пришлось согласиться.
Пока медсестра накачивала манжету воздухом, я попыталась расслабиться и как бы невзначай, спросила:
— А вы давно работаете?
Ирина Валерьевна взглянула на меня поверх квадратных очков.
— Сомневаетесь в моей компетенции?
— Что вы? Просто интересно, — я попыталась улыбнуться.
— Так и есть, давление зашкаливает. Ну-ка милочка, пойдём ка в палату.
Она подхватила меня под руку и повела по коридору.
— Сейчас принесу таблетки и не вздумай подскакивать.
Девушки-соседки уже проснулись и во все глаза смотрели на меня.
— Аника, с тобой все в порядке? — Маша села рядом на кровать.
— Всё хорошо, просто давление.
Позвали на завтрак.
— Девочки, вам принести? — заботливо спросила Маша.
Я кивнула.
— Надя, а тебе?
Новая соседка, погруженная в телефон, ответила лёгким кивком через несколько секунд.
"Надя! Надежда!
Надо улучить момент и спросить. А что спросить?"
Мысли лихорадочно кружились, спотыкались, я никак не могла сосредоточиться и ухватить нужную. Зашла медсестра принесла таблетки, то ли среди маленьких кругляшек было успокоительное, то ли тело сдалось после бессонной ночи, но я постепенно расслабилась и уснула, пропустив завтрак и обед.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сквозь сон доносились голоса, соседки обсуждали последние новости. Я приоткрыла глаза — Надя лежала на противоположной кровати.
— О, соня проснулась. Мы не стали тебя будить, ты так крепко спала. Тарелка с едой стоит на тумбочке, — Машина забота удивляла. Я никак не могла понять делает ли она это искренне или с каким-то умыслом.
— Спасибо, Маша! — я села на кровати и обратилась к Наде. — Не успела тебя поприветствовать, так что привет, я Аника!
— Надежда, очень приятно, — она ответила искренне улыбаясь.
— Я краем уха слышала ты не первый раз здесь лежишь.
Надя кивнула.
— Я хотела спросить… — и замялась, не зная как правильно задать вопрос, чтобы не показаться сумасшедшей. — Э-э-э, слышала ли ты когда-нибудь историю о задушенной девочке.
Чувствовала себя глупо, но к моему удивлению Надя опять кивнула.
Я чуть не подскочила от радости.
— Расскажи, пожалуйста. Мне кто-то давно рассказывал, а я забыла детали.
— Да, я помню эту девочку. Это было три года назад, я тогда тоже лежала на сохранении, а она лежала здесь с мамой, дочку оставить не с кем, а скоро роды. Хорошая девочка. Ласковая. Юлей звали. Мы её угощали, играли с ней. Я даже не понимаю как это произошло, почему врачи не заметили, что у женщины не в порядке с головой. И просто в один момент ночью задушила дочь. Её вроде в психбольницу отправили, она ничего не понимала и только твердила: "я не дам ему своего ребенка".
А Юлечку похоронили на Старо-северном кладбище. Жаль девочку.
Кажется я стала немного понимать, но мне нужно поговорить с Юлей. Я вышла в коридор, её не было. До отбоя я просидела на диванчике перед палатой, но она так и не появилась. Медсестра отправила меня в палату.
Я стояла в длинном коридоре, в луче света. Ни начала, ни конца, словно это был не коридор, а тоннель. Попробовала идти, но оставалась на месте. Внезапно передо мной появилась девочка. Я узнала её — это Юля, но не та, которую я видела в туалете, а живая. Она подошла ко мне и сказала:
— Зачем ты искала меня?
— Хотела узнать кто тебя убил.
— Он.
Она смотрела пристально, не отводя взгляд.
— Значит, это была не твоя мама?
— Нет.
— Зачем?
— Он собиратель невинных душ.
— Почему именно здесь?
— Разве это не очевидно? Место где много боли и смерти, где гибнут нерожденные дети, притягивает злые силы. Ребёнок, от которого отказалась мать, больше не находится под её защитой.
— Почему тогда ты здесь? Если он убил тебя, должен был забрать. Разве нет?
— Он забирает только невинные души, я к ним не относилась.
Я молчала, последние слова словно удар под дых: лишил меня сил.
— Это всё, что ты хотела узнать?
Юля шагнула назад.
— Нет, нет, не уходи. Ещё один вопрос
Она молчала.
— Почему я вижу тебя?
— У тебя дар, но ты им не пользуешься.
— Дар? Но я никогда не чувствовала ничего особенного.
— Время пришло. Ведьмак ищет тебя, подумай о своём решении, на чьей ты будешь стороне. Завтра придёт козлорогий. У твоей соседки жизнь малыша угасает, он в любом случае не выживет, но ты можешь спасти его душу, как и души многих детей. Выбор за тобой.
— Ведьмак? Кто такой ведьмак?
— Он наблюдает за тобой и ждет, когда ты сделаешь выбор. Черная магия от ведьмы уже просыпается в тебе и набирает силу, но светлая магия тоже может победить. Выбор за тобой.
Я словно очнулась от долгого сна. За окном уже светало, часы на телефоне показывали пятнадцать минут шестого. Но я чувствовала, что это был не сон, будто разговор произошёл в реальности, возможно, в другой, но я ощущала, что мне это не приснилось. Я не знала, кто этот козлорогий, но уже ненавидела его всей душой. Мысль, что Надя в очередной раз лишится ребёнка не давала мне покоя. Неужели против него нет другой силы способной справиться с ним? Я всегда верила — добро побеждает зло, но оказавшись перед перед выбором, не знала как поступить. И кто этот ведьмак вообще? Какая старуха оставила мне темную магию? Оказывается я совсем не знала ни своих корней, ни своей силы, которая якобы у меня была. Или может надо её как-то активировать?
