Читаем без скачивания Утро генеральской казни - Кирилл Казанцев

Именно такая картина, только в смысле финансов, и получалась у полковника Павлова, когда он сопоставил оказавшиеся по долгу службы на его столе бумаги, касающиеся реализации жилищной программы для российских военных. Государство сделало благородный и давно ожидаемый жест – выделило огромные деньги для того, чтобы в течение нескольких лет обеспечить жильем всех нуждающихся российских военнослужащих. Вот и появились первые «ласточки». Генерал-лейтенант Анатолий Никодимович Рубинов – заместитель начальника одного из департаментов тылового обеспечения Минобороны РФ, под началом которого и служил полковник Павлов, почему-то решил начать исполнение жилищной программы в гарнизоне Первомайский. Хотя вроде бы и округ не самый важный. Гарнизон расположен в Карелии, строительство жилья планируется вести на территории артиллерийского полигона, неподалеку от финской границы. С одной стороны, вроде и правильно. Места экологически чистые, можно даже сказать, курортные: озера полны рыбой, девственный лес с дичью, грибами да ягодами, никогда здесь не было промышленности, пестицидами и нитратами землю не отравляли, да и Выборг неподалеку.

Вот только в то, что генерал-лейтенант Рубинов искренне решил соорудить за госсредства рай на земле для простых офицеров, полковник Павлов поверить не мог. Особенно удивило его то, что в качестве подрядчика Рубинов решил задействовать не российскую организацию, а немецкую строительную фирму «Дас Хаус». А ведь мог выбрать вариант подешевле – не нравятся ему отечественные строители, пригласил бы белорусов или украинцев. Но странным образом в тендере приняли участие всего три компании. Две из них были российские, почему-то заявившие запредельную и явно нереальную цену квадратного метра. Вот так и получилось, что тендер в результате выиграли немцы. Но полковник прекрасно знал, как такие тендеры с заведомо известным результатом проводились, проводятся и будут проводиться в России. Отмести честных участников тендера несложно – крючкотворцы по заказу тут же отыщут в поданных документах ненадлежащим образом оформленные страницы. Причем сделают это за день-два до проведения тендера. Времени на исправление уже не останется. Настораживало другое – строились не стандартные многоквартирные дома, а самые настоящие западные особняки с гаражами, и их площадь в квадратных метрах измерялась трехзначными числами. Трудно себе было представить офицерскую семью, въезжающую в такой дом. Ко всему прочему гарнизон Первомайский, где располагались учебный некадрированный артполк, склады боеприпасов с отдельной ротой охраны и отдельный инженерный батальон, входил в состав бригады, которой командовал генерал-майор Васьков. Тот самый Владимир Павлович Васьков, давний приятель генерал-лейтенанта Рубинова. Они еще вместе в Суворовском учились.

«А ведь строительной фирме «Дас Хаус» предстоит освоить двадцать пять миллионов евро бюджетных денег, – подумал полковник Павлов и тут же решил: – Не иначе как рука руку моет».

После этого предположения он, как честный служака, и начал собственное расследование: копировал попадавшие к нему в руки документы, как бы невзначай расспрашивал сослуживцев, втайне от начальства собирал информацию. Вскоре картина сложилась очень четкая и прозрачная. На многие неясные вопросы получили толковые ответы. Все свидетельствовало о том, что генерал-лейтенант с дружком Васьковым решили обкатать новую коррупционную схему в программе обеспечения нуждающихся военнослужащих жильем.

Полковник Павлов не был наивным правдоискателем. В конечном результате он рассчитывал передать документы или министру обороны, или же самому главнокомандующему. Ведь в любом другом случае, обратись он в инстанции пониже, проверку вскрытых фактов поручили тому же генерал-лейтенанту Рубинову, а он в свою очередь не преминул бы расправиться с дотошным полковником из своего тылового департамента.

Павлов еще продолжал собирать компрометирующую информацию, когда стали проявляться странные вещи. Как-то он обнаружил, что в его служебном столе, а также в сейфе копались в его отсутствие. Потом кто-то пытался взломать систему защиты на его рабочем компьютере. С этого момента полковник стал чрезвычайно осторожным. Он уже не рисковал оставлять в своем кабинете бумаги и носители информации. Все, что касалось строительной фирмы «Дас Хаус» и гарнизона Первомайский, он хранил теперь только на ноутбуке, с которым приходил на службу и с ним же уходил домой. Дважды на домашний телефон посреди ночи кто-то звонил и вкрадчивым голосом советовал «поберечь свое здоровье». Павлов на всякий случай отправил семью отдыхать.

До окончания расследования оставалось совсем немного. Полковнику даже удалось записаться на прием к министру обороны. Встреча была назначена через неделю. Вот за несколько дней до нее все и случилось…

Утром полковник Павлов, как всегда, вышел из дому, чтобы отправиться на службу. Он шел обычной дорогой к охраняемой автомобильной стоянке, чтобы взять свою машину. Июньское солнце успело подняться высоко, согрело воздух. Полковник шагал по пустынной улице. С одной стороны тянулся сетчатый забор стоянки, с другой – казавшаяся бесконечной серая бетонная ограда промзоны. В руке Павлов сжимал портфель с ноутбуком. Изредка по проезду проезжали, дребезжа пустыми кузовами, строительные самосвалы. Проезд был старый, необустроенный – асфальтовая полоса дороги и гравийные обочины вместо тротуаров.

Павлов услышал за спиной хриплое гудение мощного двигателя. Мотор грузовика работал неровно, постукивая. Он обернулся. К нему приближался старый разболтанный «КрАЗ». В плоских стеклах кабины зеркально отсвечивало слепящее солнце. Полковник хотел сойти на обочину, но водитель «КрАЗа» сам принял влево и прибавил скорости. Павлов еще успел в знак благодарности кивнуть ему за то, что уступил дорогу, как грузовик, почти поравнявшись с ним, резко вильнул вправо. Широкий бампер ударил полковника. Павлова бросило на бетонную ограду промзоны.

«КрАЗ» резко затормозил. Из-под сдвоенных скатов, скользнувших по обочине, повалила густая пыль. Фуражка, слетевшая с головы Павлова, подпрыгивая, катилась по асфальту. Водитель грузовика соскочил на землю, быстро осмотрелся. Свидетелей ДТП поблизости не наблюдалось. Он подбежал к упавшему в пыльную траву Павлову. Из разбитой головы густо текла кровь. Остекленевшие глаза смотрели в выцветшее летнее небо.

Водила-убийца не походил на обычного работягу, хотя и был одет в строительный комбинезон: холеные руки, бородка-эспаньолка, аккуратно и коротко подстрижен. Выправка выдавала в нем военного, а судя по годам, он, скорее всего, являлся офицером запаса.

Убийца, убедившись, что Павлов мертв, склонился над ним, воровато схватил портфель с ноутбуком, торопливо проверил – на месте ли компьютер, и тут же исчез в кабине грохочущего «КрАЗа». Тяжелый грузовик, подняв клубы пыли, снова выехал на асфальт и вскоре скрылся за поворотом.

Тело полковника, лежавшего в густых зарослях у бетонного ограждения промзоны, обнаружили ближе к обеду. Прибывшая милиция быстро «восстановила» подробности гибели военного финансиста. «КрАЗ», сбивший пешехода, стоял на пустыре за два квартала отсюда. Грузовик угнали с ближайшей стройки, скорее всего, еще ночью.

С профессиональной деятельностью гибель полковника никак не связали. Просто несчастный случай. Скорее всего, молодые люди угнали «КрАЗ», чтобы покататься, не справились с управлением и совершили наезд. Они скрылись с места ДТП, а потом испугались, бросили машину и убежали, догадавшись стереть в кабине отпечатки пальцев. Получилась, в общем-то, банальная история. Даже родные полковника Павлова не заподозрили, что убийство умышленное. О пропавшем вместе с портфелем ноутбуке никто даже и не вспомнил.

Глава 2

Андрей Ларин всегда помнил о том, что, работая в тайной организации по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти, он постоянно подвергается опасности. В недрах МВД и ФСБ одновременно работало несколько групп, пытавшихся противостоять этому «ордену меченосцев». Иногда им кое-что удавалось. Пару раз сыскарям посчастливилось выйти на пятерки в нижних звеньях. Но тех, кто их направлял, интересовали члены организации высшего уровня и «боевые копья» – каратели, типа самого Ларина. Но даже в этих группах силовиков и спецслужб имелись люди, преданные Дугину. Они вовремя и информировали руководителя об опасности. Благодаря этому, а еще своим умениям и предельному чутью Андрею уже не раз удавалось избежать ареста.

Бывший наро-фоминский опер иногда нарушал инструкции Дугина, но неизменно придерживался одного правила – не оставлять на конспиративных квартирах, которые приходилось менять не реже раза в месяц, ничего, что могло бы вывести на след организации: ни документов, ни носителей информации.