Коинос улыбнулся. Он прервал молодую девушку:
— Ровно четырнадцать миллионов миль, сударыня… Радиоплан, на котором мы находимся, движется вперед, благодаря безостановочному распространению волн Герца, со скоростью трехсот тысяч километров в час. Продолжительность путешествия между землей и Марсом составляет таким образом с точностью до нескольких минут, семь дней, семь часов, семь минут. Мы в данный момент находимся на сорок восьмом часу нашего путешествия… Между тем вот уже четыре дня, как вас похитили из вашей комнаты.
— Четыре дня! Я спала четыре дня?!
— Да, сударыня. Потому что мне нужно было два дня, чтобы перенести вас из Парижа в центральную Африку, где находится радиодвигательная станция, сообщающаяся с островом Аржир.
— Остров Аржир! Где он?
— На планете Марс.
Наступило молчание. Снова Ксаверия почувствовала в мозгу водоворот беспорядочных мыслей. Она решила шаг за шагом проследить эти головокружительный события.
— Сударь, — сказала она, — это вы…
Но с внезапным ужасом руки ее сжали ручки кресла, все тело ее оцепенело.
— Помогите! — закричала она инстинктивно.
Что же она увидела?
Там, направо, горящая масса катилась с невообразимой быстротой на встречу радиоплану… Ксаверия почувствовала себя объятой, смятой, захваченной огненной бурей.
— Успокойтесь, сударыня, — сказал невозмутимо Коинос. — Это болид.
Он проследил за раскаленной массой, вычислил ее траекторию, повернул руль и исправил направление радиоплана… Огненный болид прошел очень далеко, окруженный ярким блеском… И снова настала тишина в междупланетном пространстве.
Ксаверия несколько минут чувствовала себя подавленной. Потом силы и хладнокровие, мало помалу вернулись к ней.
Она поймала нить своих мыслей, овладела своими чувствами и сказала, возвращаясь к прерванному вопросу:
— Это вы меня похитили?
— Да, сударыня.
Это было сказано просто, без иронии, без резкости, без хвастовства — это было корректное «да», как будто дело шло о самом банальном вопросе. Но молодая девушка вздрогнула и взглянула на своего похитителя.
Высокого роста, широкоплечий, он производил впечатление человека, обладающего большой физической силой; а его бритое лицо, с квадратным подбородком, с выдающимися скулами, с орлиным носом и большими черными, властными глазами, свидетельствовало о могучей энергии.
Коинос был красив. Но Ксаверия чувствовала к нему ужас и глубокую, все возрастающую ненависть, в которой не было, тем не менее, никакого отвращения. Между похитителем и пленницей началась борьба, и Ксаверия выразила это в словах, полных бессильной ярости:
— Каков бы ни был повод, по которому вы меня похитили, я вас презираю и ненавижу.
Коинос не отвечал ни слова.
Молодая девушка подумала о своем отце, о своей младшей сестре Ивонне, о своем женихе Лео Сэнт-Клер, о всем том счастливом существовании, отныне потерянном… Будущее представлялось ее сердцу и уму как нечто ужасное… Эта планета Марс… Но нет! Это безумие!.. Она хотела бороться с действительностью, выйти из этого ужасающего кошмара. Но она была привязана к креслу из белого металла, в хрустальном колпаке, движущемся с головокружительной быстротой в междупланетном пространстве, и красное светило там, впереди, все увеличивалось и увеличивалось… Это была действительность, от которой ей некуда было уйти!
Невыразимая тоска сжала ей сердце, схватила за горло; нервная дрожь потрясла ее всю, и она опять потеряла сознание, опрокинув свою восхитительную головку на спинку кресла…
— Альфа, — сказал спокойно Коинос: — дай ей эликсиру… пусть она спит до момента спуска… Ты будешь ее питать прописанными вспрыскиваниями каждые четыре часа.
Человек налево нагнулся, открыл ящик, взял небольшой флакон; потом, раздвинув тихонько лопаточкой зубы Ксаверии, он влил на язык бывшей в обмороке девушки несколько капель эликсира. Затем он вытащил из ящика тампон из ваты, пропитанной спиртом, которым сильно потер руки молодой девушки.
Под кожу, сделавшуюся таким образом нечувствительной, он вспрыснул посредством шприца Праваца несколько центиграммов новой жидкости. Несколько минут спустя, краска жизни и молодости вернулась на лицо Ксаверии, и ее прелестные, полуоткрытая губки пропустили легкое, правильное дыхание.
И так протекали часы и дни. Три раза на радиоплане VI помощник Альфа заменял у руля Коиноса. Вместо питания они делали себе каждые четыре часа подкожные вспрыскивания. И в то время, как один спал, другой бодрствовал.
Движимый вперед волнами Герца, беспрерывно посылаемыми радиодвигательной станцией, расположенной в центре Африки, радиоплан VI приближался к планете Марс. За ним один за другим скользили в эфире четырнадцать других радиопланов. И каждый, кроме двух человек экипажа, нес еще спящую молодую девушку. Такие события переходят границы всякого воображения и можно подумать, что они плод пылкой фантазии романиста. А между тем нет ничего реальнее, как эти из ряда вон выходящие факты. Они произошли в течение двадцать пятого года, следовавшего за тем, в котором славный памяти «Иктанэр» взволновал весь цивилизованный мир.
Беспроволочные телеграф и телефон, управляли на расстоянии автоматическими торпедами Габэ, опыты с которыми увенчались полным успехом на Сене в Мезон Ляфит, близ Парижа, 31 августа 1909 года, все это было только началом радиотехнических изобретений, самым логическим выводом из которых являлся радиоплан таинственного общества XV-ти. С другой стороны, никто в цивилизованном Мире не сомневался в открытиях астрономов, касающихся планеты Марс и условий ее населяемости, которые были изложены и объяснены французским ученым Камиллом Фраммарионом. Вся земля была еще взволнована марсовским нашествием, ареной и жертвой которого стала Англия, и которое подробно передал английский ученый Х. Г. Уэллс в своем произведении The War of the World (Борьба миров), вследствие чего американский астроном W. H. Pickering (В. Г. Пикеринг) пытался, но безуспешно, сообщаться помощью системы оптического телеграфа, с жителями Марса.
И вот 25 лет спустя, в году, названном в истории человечества годом Иктанэра, таинственное никому неизвестное общество XV-ти использовало вышепоименованные исторические события и научные открытия.
Как бы ни казалось невероятным положение, в котором находилась Ксаверия, но через четыре дня после своего загадочного похищения, она, так же как и прочие четырнадцать молодых девушек, была перенесена новоизобретенным таинственным радиопланом через междупланетное пространство в страну этих чудесных, но вполне жизненных Марсиан, которых так точно описал ученый историк и физиолог Х. Г. Уэлльс (H. D. Wells). Описание это, между прочим, вполне соответствует образчику марсовской расы, хранящемуся в Естественно-историческом музее в Лондоне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
