– А… – только и смогла выдать Юля. – А сейчас я в деревне?
Она покосилась на широкую плиту, которую явно топили дровами. Но это оказалась не единственная странность в кухне, где вся мебель и утварь были словно из другого века. Ни электрических лампочек, ни газовой плиты, ни вытяжки. Нет ни холодильника, ни микроволновки. Даже водопровода нет. Его заменяло ведро воды.
– Вы в своем особняке, леди! – фыркнула Агнешка. – Неужели и это забыли?
– Д-да… – протянула Юля в полной растерянности. – Что-то такое припоминаю…
На самом деле она отлично помнила, что вчера вечером ей пришлось остаться на ночное дежурство, потому что у дежурного воспитателя заболел ребенок. Помнила, как разогнала по комнатам непослушную малышню, как сделала внушение старшеклассникам и припугнула самых дерзких двойной отработкой. Потом с чувством выполненного долга растянулась на кушетке в кабинете дежурного.
А теперь сидит здесь, в незнакомом доме, и ничего не может понять.
Где-то за стенами кухни прозвенел колокольчик.
Юля вздрогнула:
– Что это?
Агнешка досадливо проворчала:
– Жених ваш, наверное, подоспел. Только он один в неурочное время и ходит!
– Жених?! – Юля округлила глаза. – Ты же сказала, он умер!
– Так не тот, другой. Столичный. Лорд Десмонд, – вздохнула служанка, вытирая руки передником.
Колокольчик зазвенел снова, на этот раз требовательно и нетерпеливо.
– Ох, пойду открою, пока веревку не оборвал!
С недовольным видом Агнешка вышла из кухни.
Юля пару секунд слушала, как служанка тяжело топает по паркету, затем поднялась и, придерживая одной рукой лед на затылке, приблизилась к окну.
Ей повезло. Из окна кухни открывался живописный вид на крыльцо и мужчину, который стоял на этом крыльце.
Юле было достаточно бросить на него один взгляд – и сердце девушки затрепетало. Таких элегантных красавцев она в жизни не видела! Разве что на картинках в модных журналах.
Лорд Десмонд оказался высоким, атлетически сложенным блондином в идеально сидящем смокинге. Его золотистые локоны спускались на плечи из-под блестящего цилиндра, пальцы в перчатках сжимали трость с хрустальным набалдашником, а идеальные черты лица портило лишь несколько высокомерное выражение.
Впрочем, такому красавчику это простительно. За ним, небось, все женщины бегают.
И это ее жених? Ох, ничего себе новости!
Юля жадно всмотрелась в блондина.
Тот щелкнул пальцами по цветку в петлице, поднял голову и окинул ленивым взглядом окна фасада.
Девушка едва успела спрятаться за занавеску. Ее сердце забилось как сумасшедшее, кровь застучала в ушах, а шишка заныла в два раза сильнее.
Последний роман у Юли с физруком среднего звена не сложился. Уже почти год она и думать забыла о личной жизни. Решила, что в свои двадцать семь еще все успеет, и полностью отдалась школьной карьере. А тут такой красавчик – ее жених! Не сон, а мечта. Вот бы подольше не просыпаться!
Снизу донесся скрип двери и недовольный голос Агнешки:
– Милорд, леди сегодня не принимает.
– А давай я это спрошу у нее, – ответил блондин чарующим голосом.
Но при этом его губы брезгливо скривились, что не укрылось от Юли.
Похоже, эти двое друг друга на дух не переносят.
Она нахмурилась, вспоминая странную фразу, оброненную Агнешкой: “Вот говорила я вам, пейте поменьше этих новомодных капель, которые вам лорд Десмонд насоветовал! Мне знакомый аптекарь сказал, что они на память плохо влияют!”
Может, этот красавчик с червоточинкой? Надо бы поумерить пыл и присмотреться к нему, пока либидо мозги не затмило.
Глава 2
Увидев, что лорд вошел в дом, Юля поспешно вернулась в кресло, откинула голову на спинку и придала лицу усталое выражение. Таким она обычно встречала претензии вышестоящего руководства.
Но вопреки ее ожиданиям, в кухню вошла Агнешка.
– Явился-таки! – пробурчала она.
– И где он? – удивленная Юля даже лед, забывшись, опустила на колени.
– Так как обычно. В Зеленой гостиной ждет. Потребовал бокал лучшего вина и верденский сыр!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ага… – нахмурилась Юля, пропустив мимо ушей незнакомое слово.
За окном белый день, а жених вино требует ни с того ни с сего. Алкоголик? Какая досада!
Что ж, если это ее сон, ее служанка и ее особняк, то она на правах хозяйки берет власть в свои руки!
– Агнешка! – заявила Юля, поднимаясь. – Вина лорду… э-э-э…
– Десмонду! – бойко подсказала служанка.
– Точно. Вина лорду Десмонду не давать. Чай у нас есть? Или кофе?
– Обижаете, госпожа, даже какао имеется! Вы же сами приказали, чтобы всегда запас зерен был, хотя я, признаться, ума не приложу, как вы эту горькую гадость пьете?
– Отлично, свари нам две чашки эспрессо.
Агнешка вытаращилась на госпожу так, что Юля испугалась, как бы глаза бедняги не выскочили из орбит.
– Эпро… эспре… простите, госпожа, глупую Агнешку, только я в толк не возьму, чего вы хотите.
Юлия глубоко вдохнула, приказывая себе не нервничать, затем выдохнула и нарочито ласково произнесла:
– Кофе. Черный. Без сахара. Но сначала проводи меня в эту гостиную.
– Черный, черный, – пробурчала Агнешка. – А он что, зеленый бывает?
Сопровождаемая ворчащей служанкой, Юля пересекла холл. Двери в гостиную оказались слева от лестницы. Огромные, двустворчатые, покрытые филигранной резьбой и отполированные до зеркального блеска.
Юля не разбиралась в ценных породах дерева, но ей показалось, что это одна из них.
Двери бесшумно распахнулись, пропуская ее в небольшое уютное помещение, отделанное в зеленых тонах. Первым делом в глаза бросился камин, облицованный малахитовой плиткой. Затем два стрельчатых окна, уходящих под потолок. И только потом Юля обратила взгляд на столик, украшенный эмалью и позолотой, по обе стороны от которого расположились два кресла, обитые зеленым бархатом.
В одном из кресел вальяжно раскинулся лорд Десмонд. Но, увидев невесту, он моментально собрался, встал и с завораживающей улыбкой шагнул ей навстречу:
– Джулиана, радость моя! Служанка сказала, что вы сегодня не в духе. Неужели плохо себя чувствуете?
Юля на миг растерялась. Красавчик выглядел таким живым, настоящим. И вблизи он оказался еще привлекательнее, чем из окна. От него шел одуряющий запах дорогого одеколона, на щеках играли ямочки, а в голубые глаза хотелось нырнуть с головой. И он так мило исковеркал ее имя! “Джулиана” определенно звучало лучше, чем “Юлия”.
Но все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Даже во сне.
Помнится, последний ухажер так сладко пел, а на деле…
Юля потрясла головой, отгоняя и неприятные воспоминания, и дурман.
Лорд Десмонд застыл перед ней, вытянув руку с раскрытой ладонью. Она машинально вложила в нее пальцы. Блондин легонько их сжал и вдруг приложился губами к чувствительному запястью.
Его губы были теплыми, поцелуй – коротким, но от этого прикосновения Юлю прошиб удар тока. Она вздрогнула, делая шаг назад, а в голове словно открылась потайная дверца, откуда потоком хлынули разрозненные картинки.
Она увидела себя – нет, не себя, Джулиану! – кружащейся в вальсе с этим мужчиной. Затем себя с ним в открытом ландо. Прогуливающейся в парке… Сидящей за столом, где были еще какие-то люди, одетые так, будто сошли со страниц исторического романа…
Картинки мелькали одна за другой, словно кусочки мозаики. Но постепенно их становилось все больше, они заполняли память и обретали смысл.
Их было так много, что Юля тихо охнула и осела на пол.
– Джулиана, Джулиана! – сквозь шум в ушах донесся взволнованный мужской голос.
– Ох, моя бедная госпожа! Говорила я вам, что она не готова к визитам! – причитала рядом служанка.
Юля смутно ощущала, что ее куда-то несут, но сил воспротивиться или ответить уже не осталось. Только когда в голове прояснилось, она поняла, что ее усадили в огромное зеленое кресло, жених стоит рядом со скорбным лицом, а служанка, шмыгая носом, протягивает стакан воды.
