что Владик тебе не помешает. И нет, лечь я не могла – я не в силах больше так жить, Денис! Не могу тревожиться каждую секунду, даже когда сын спит.
Последние слова я чуть ли не выстонала. Стало так ужасно себя жаль, что я даже всхлипнула. Но тут же пришла в норму, приказав себе мысленно собраться. Сделаю так, как задумала. И точка!
– Эля, ты гипертрофируешь, – начал Дэн, но эти слова лишь меня подстегнули.
Кивнув на сына, я отчеканила:
– На это время есть молоко и памперсы. Я домой спать. Как только совесть тебе позволит его привезти – буду ждать.
И пулей вылетела из кабинета мужа.
Муки совести настигли не мужа, а меня. Хоть я и оставила ребенка с отцом, мне сразу, как только села в такси и поехала домой, стало совестно. Во-первых, Дэн взял на себя все заботы по обеспечению нас в финансовом плане. Мои заработки до того, как я стала его женой, были не в счет – получала я откровенно мало. Во-вторых, детям такого возраста, как Владик, вообще никто не нужен, кроме мамы. Для них женщины, которые произвели их на свет, – это весь мир.
Но я взаправду больше не могла! Перед родителями было стыдно, что я такая никчемная, раз не справляюсь. Перед мужем, который умудрялся выдавать претензии полумертвой от усталости жене, тоже. Но я-то у себя одна… И пусть вынуждена признаться, что я не осилила материнство, значит, придется с этим смириться и как-то жить дальше.
Приехав домой, я стащила одежду, упала на кровать, и прежде, чем вырубиться, прикинула варианты. Первый – Денис не задержится на работе и привезет сына сразу следом за мной, и тогда мне понадобятся очень серьезный разговор с мужем и дальнейший план. Второй – Колесников проникнется глубиной проблемы и все же даст мне хоть пару часов сна, о которых я готова была молить.
Надеясь на то, что Дэн какой угодно, но только не жестокий, я провалилась в забытье.
Подскочила в тот момент, когда осознала, что просто идеально выспалась. Господи, неужели мне так мало было нужно для счастья? Каких-то сто двадцать минут на то, чтобы просто отключиться и перезагрузиться? Об этом я подумала сразу, а следом пришло жуткое осознание – я провалялась в коматозе почти до рассвета. По крайней мере, если судить по тому, что за окном забрезжила полоска зари.
Но как так вышло, что я не только не проснулась, когда вернулись Денис и Влад, но и продрыхла все ночные кормежки?
Поднявшись с постели, я первым делом метнулась к кроватке. Сына в ней не было. Тогда мне в голову стрелой влетела ужасная мысль, от которой я почти потеряла сознание.
По дороге из офиса Дэн попал в аварию, и они с сыном погибли! Тогда я бросилась к телефону, но на экране не было миллиарда пропущенных вызовов, которые бы там непременно оказались в случае жутких известий.
Набрав номер мужа, я услышала в ответ равнодушное «Абонент не в сети». Стала названивать родителям – сначала своим, затем Денисовым. Они не подходили, наверняка поставив телефоны на ночь в беззвучный режим. Тогда пришлось сделать то единственное, что пришло в голову.
Я напялила на себя первые попавшиеся вещи и помчалась к родным…
Мама была заспанной и испуганной. Когда увидела меня, стоящую на пороге их с отцом квартиры, только и смогла, что выдохнуть:
– Господи, Эля, что случилось?
И я осознала в этот момент, что Дэна у них с папой нет и быть не может. Это снова всколыхнуло внутри такие волны ужаса, что я прошелестела одними губами:
– Тебе Денис не звонил?
Поняв, что лучше бы я попыталась подобрать слова, раз уж стала виновницей всех этих событий, поспешно добавила:
– У нас все хорошо! Просто мне нужно знать – Денис и Владик не здесь?
Глаза мамы стали круглыми, как две плошки. А когда в дверном проеме замаячил отец, видимо, разбуженный голосами, я чуть ли не застонала от бессилия.
– Элечка, да что произошло, ты можешь сказать?
Меня проводили на кухню, где я поведала всю свою невеселую историю, которая казалась абсурдной. Точнее, таковыми были мои действия, когда я не выдержала и сотворила кощунство… И вот теперь расплачивалась за свои грехи!
– Дочь… что же ты молчала раньше? Мы могли организовать дежурство! – воскликнула мама, которая начала хлопотать на кухне.
От того, что она совершала точные действия, ставя чайник, пытаясь дозвониться до родителей Дениса, к которым я уже готова была мчаться, стало как-то спокойнее.
С Дэном и Владиком все в порядке! Просто муж так решил наказать меня за мой поступок. Но Колесников же совсем скоро появится на работе. Даже если он нашел, где переночевать с младенцем, в офис же он его не потащит!
– Дежурство? – усмехнулась я в ответ невесело. – Чтобы я окончательно себя ощутила бесполезной?
Я отпила глоток травяного чая, который поставила передо мною мама.
– Какие глупости! – отрезал отец. – Сейчас найдем Владюшу и будем собирать совет, как тебе помочь.
От таких искренних и душевных слов на глазах моих сами по себе выступили слезы. Я отерла их и поблагодарила родителей:
– Спасибо большое… Наверно, мне нужно было просто попросить помощи. Но сейчас я на месте не могу сидеть, не зная, что с моим ребенком!
Вдруг все стало таким неважным – моя бессонница, вся эта злость на мужа из-за придирок. Он отличный папа и он тоже устает. Вот увижу его и скажу об этом. И все у нас с Дэном наладится, ведь через тяжелые времена проходят все родители.
А сын у нас самый лучший на свете…
– Пап… отвезешь меня к Анне Юрьевне и Георгию Николаевичу? – попросила отца, уверенная в том, что если где и были Денис с Владиком, так это у родителей мужа.
– Конечно, отвезу! – отозвался папа, и через пару минут мы ехали к дому свекров.
Новости у родственников мужа меня ждали самые неутешительные – ни мама, ни папа Дениса знать не знали, где их сын. В последний раз они созванивались за пару дней до этого, а сейчас даже при мне не смогли с ним связаться.
«Не нужно волноваться! – заявила Анна Юрьевна, невысокая сухая женщина, в прошлом учитель, не растерявшая свой специфический менторский тон даже при выходе на пенсию. – Денису можно доверять. С внучком ничего не случилось!»
Она говорила уверенно, а мне хотелось выть в голос. Но я не могла бездействовать, потому, попрощавшись со всеми и договорившись тут
