обе надоели. Как же я мечтаю поскорее окончить кулинарный техникум и съехать на съёмную квартиру. Осталось совсем чуточку. Я уже делаю торты и пироги на заказ, они всем нравятся. Заработок от этого пока небольшой, так как заказы редкие. Не хватает времени, пишу диплом.
— Ну и чего ты тут разлеглась? — мачеха, как обычно ввалилась в мою комнату без разрешения. — Я же просила тебя уйти сегодня вечером куда-нибудь.
— Ага, просила. Приказала! — Я развеселилась, глядя на выражение лица мачехи. — На улице холодно. Давай, я просто не буду выходить из комнаты. Зачем я вообще должна уходить из своего дома? Ты так и не объяснила.
— Так надо. Я хочу, чтобы Лев Алексеевич всё внимание уделял Кирочке. Ей давно пора замуж. А тут такой жених! Влиятельный, состоятельный, вдовец! — восхищалась Алла.
— Всего-то неделю, как вдовец, — подколола я.
— Надо брать, пока другие не позарились! Много ты понимаешь. Хорошо, что мы дружили с его женой. Я теперь у Лёвы самый близкий человек, которому можно поплакаться.
— Ничего, что он старый для Киры? Двадцать лет разница.
— Зато какой красавец! Я уверенна, он покорит сердце Кирочки!
— А Кира хоть знает? Или ты уже за неё всё решила, как обычно?
— Как ты со мной разговариваешь? Что за злые и ироничные высказывания? Завидуй молча! Собирайся давай, собирайся. Раньше девяти вечера не появляйся здесь! — мачеха раздула ноздри и выскочила из комнаты, напоследок зыркнув уничтожающим взглядом.
Мне стало легко и весело. Я натянула любимые чёрные джинсы, жёлтый свитер. Ни за что бы не ушла из дома по приказу Аллы. Но сегодня я обещала забежать на работу к Тарасу. Как же я его сильно люблю! Как только представлю любимого, поднимается настроение, сердце пускается в пляс. Я так сильно соскучилась, обнять и раздавить его в объятиях хочется. В шиномонтажке Тарас работает за двоих. Старается для нас. Летом мы собираемся жить вместе в съёмной квартире.
Я поспешила вниз, на кухню.
— Куда набираешь? Опять к своему нищеброду голодному намылилась?
— Я эти пироги сама пекла. Я же на три часа ухожу, мне поесть захочется.
— Охотно верю, — скривила губы Алла. — Нашла, с кем связаться. Семью позоришь. Он же нищий, необразованный. С Кирой моей учился, из двоек не вылезал, уроки постоянно срывал. Он же и девяти классов не закончил! А родители его. Ужас, на кого похожи, алкаши. Ни на одном собрании в школе у сына не были.
— Тарас не нищий. Он работает, в отличии от некоторых, — я с удовольствием смотрела на побледневшую Аллу. — Зарабатывает хорошо. Профессия у него простая, но мы тоже не из высшего общества. Папа мой — водитель, твоя дочь — продавец одежды. А ты вообще секретаршей пару лет за всю жизнь проработала. А сейчас — безработная!
— У меня доход от аренды квартиры! — Алла залпом выпила стакан воды, села на стул. — Я сына инвалида воспитываю!
— Кстати, где Матвейка? Мне с собой его взять?
— Издеваешься? В такой холод и на три часа?
Я хмыкнула, взяла пакет с пирогами, накинула кожаную куртку и вышла из дома. Никто не имеет права осуждать мой выбор. А за Тараса я убить готова. Жалко Матвейку. Это мой пятилетний братик. Сын Аллы и моего отца. Запрут его сейчас в комнате надолго. Не будет до него дела никому. У него ДЦП. Вроде лёгкая форма. Он до сих пор очень плохо говорит. Самое понятное его слово: «Миана». Это он меня так называет. Он ходит с трудом. Ещё какие-то проблемы с развитием. Я особо не вникаю в его болячки. А вот играть с ним, и учить новому, люблю. За Матвейкой нужен постоянный уход и присмотр. Врачи говорят, что он может вырасти обычным человеком с незначительными особенностями. Главное, сейчас не запускать. Но Алла занята только собой. На что её хватает, это ездить с ним в больницу. Он посещает много разных специалистов. А вот дома братишка полностью на мне.
* * *
По дороге я не удержалась и слопала один пирожок с капустой. Ммм, объедение. Давно я не пекла обычные пирожки. Всё какие-то изыски. Необычное печенье, торты, пирожные, заморские десерты.
Осталось пройти немного. За поворотом появится авторемонтная мастерская. Надеюсь, Тарас не сильно занят, уделит мне время. Не виделись со вчерашнего дня. А кажется прошла вечность.
Кто это впереди?
— Миланка!
— Воу! Вика? Ты откуда здесь? Ну-ка, повернись. Ну, ты реальная барби!
Передо мной стояла моя лучшая подруга Вика. Мы с ней учились вместе. После школы она уехала учиться в Москву.
— На недельку приехала. Своих навестить. Надоели эти заграницы, — чуть свысока ответила Вика.
— Поздравляю. Отыскала, значит, того самого? Ты всегда хотела богатого.
— А ты как думаешь? Естественно. У Гоши свой бизнес в недвижимости.
— Рада за тебя.
Я всегда немного завидовала Вике, когда разглядывала фотографии подруги в социальных сетях. По её довольному холёному, с каждым днём хорошеющему виду, было понятно, что у Вики всё в шоколаде. Все фото в шикарных интерьерах. Судя по подписям, она жила там, в роскошном особняке. Много фотографий возле нереально дорогих авто. На ней всегда брендовые вещи и аксессуары.
— Ты куда сейчас? Пошли со мной, прогуляемся. Познакомлю с Тарасом.
— Это твой бойфренд?
— Ну типа того.
— Интересно посмотреть, — вытягивая слова, произнесла Вика. — Но не по погоде одета, — она взглядом указала на свои модные сапоги на высоком каблуке.
Мне стало неудобно. Я в своих грязноватых и частично промокших огромных кроссовках смотрелась не очень выигрышно рядом с Викой.
— Как хочешь. Ну ты не забывай, заходи завтра. Вспомним школу. Столько новостей. О, держи пирожок. Сама пекла. Пока. Обязательно приходи.
Я сунула в руку Вике пирожок и заторопилась к Тарасу. С подружкой ещё успеем пообщаться. Странная она стала. Совсем другая. Я оглянулась на неё. Вика стояла, там, где я её оставила. Она держала мой пирог двумя наманекюренными пальчиками и разглядывала так, будто никогда раньше не видела пирожков. Я пожала плечами и завернула за угол. Вот она, родная необычная вывеска шиномонтажки. Название написано в виде граффити. Ярко, свежо и оригинально.
О, вон и Тарас мельтешит у входа. Значит, свободен. Дух захватило лишь от предвкушения общения с любимым. Обожаю его. Я прибавила шаг, мысленно находясь уже в его объятиях.
— Привет. — Я опустила глаза, стеснение вдруг накатило на меня. Хотя я совершенно открытый и не стеснительный человек.
— Здравствуй, Мила.
Мы так и стояли молча несколько минут. Я разглядывала его грязные рабочие ботинки, а он мою голову сверху. Тарас высокий и
