Читаем без скачивания Великий Эжен Дюпре. Сборник рассказов - Евгений Климкин

В двадцать лет он женился на одной глупенькой девочке лет восемнадцати, души не чаявшей в своем возлюбленном. Она была хороша собой, имела много нарядов, хорошее приданое, состоявшее из недюжинного количества ценных бумаг, приносивших каждый год очень хорошие дивиденды, и родового поместья, построенного в начале XVIII века в долине реки Луары во Франции и являвшегося бесспорной гордостью и бесценным наследием ее благородной семьи. Для него же то был лишь брак по расчету. Не будучи сведущим в финансах, привыкший жить на широкую ногу, прожив пятую часть века, он промотал более половины того состояния, которое досталось ему от родителей. Отец умер от туберкулеза примерно за два года до свадьбы своего сына; мать вскоре же последовала в могилу за своим супругом.

Он любил жить красиво, но красивая жизнь стоила дорого. И пока он тратил деньги налево и направо, его кошелек с каждым разом пустел, становясь все тоньше, а потребности и возраставший аппетит – все больше. Однажды он увидел, что такими темпами через год или два он останется почти ни с чем. Себе изменять он не собирался: продолжал ходить по дорогим ресторанам, ставил деньги на что только можно и проигрывал огромные суммы в карточных играх, от которых получал поистине колоссальное удовольствие. Бывало, он говорил: «Жизнь – это карточная игра, и я в ней главная персона!». Подобные высказывания всегда сопровождались громкими аплодисментами его товарищей, звонким смехом лакеев, а порой и одобрением недалекой части присутствовавшей публики. Многие кричали: «Браво!», когда он, проиграв очередной кон с присущей ему безразличной легкостью, выдавал одну из своих глупых, пустых фраз, приводившей многих пустоголовых зрителей в полнейший восторг. Иногда, после его очередного псевдо-интеллектуального велеречивого рассуждения о жизни, кто-нибудь, из находившихся рядом, мог громко попросить: «Месье Дюпре, не могли бы вы повторить, чтобы я записал ваше изречение?». И месье Дюпре с радостью повторял тот очередной бред, который искренне веселил публику, и который так сильно приходился по вкусу очередному бедолаге, попавшему в заколдованные сети искусного ораторского мастерства красноречивого дьявола в лице месье Дюпре.

Женитьба на молодой и красивой Сюзанне де Маршан, с которой он познакомился на одном из званых вечеров, пришлась очень кстати. О финансовых проблемах, которые только начали вырисовываться на горизонте, можно было забыть. Приданое невесты с лихвой компенсировало потери прошлых лет, о которых месье Дюпре так больше никогда и не вспоминал. Теперь денег у него было даже больше, чем во все предшествовавшие годы. Он жил одним днем, и день его был прекрасен. Он смотрел на жизнь свысока, и эта жизнь обещала ему еще множество триумфов, судьбоносных побед, памятных трофеев и незабываемых впечатлений.

Спустя какое-то время Эжен Дюпре, ибо так, мой дорогой читатель, звали героя настоящего рассказа, охладел к Сюзанне де Маршан, и вскоре совсем перестал уделять ей внимание. Бедняжка страдала день и ночь, не находя себе покоя и ища утешения у своих подруг, которые старались помочь ей, чем могли. Ее супруг все реже появлялся дома. Его все чаще стали замечать в борделях, в которых он допоздна проводил время. Часто возвращаясь вечером домой с какой-нибудь развратной девкой, он пел во весь голос пьяные пошловатые песни о своей нелегкой судьбе – судьбе молодого повесы, этакого прожигателя мирской жизни. Во все времена он был доволен собой и с улыбкой встречал новый день, который готовил для него множество новых сюрпризов и ярких впечатлений. Его счастье в гармонии с самим собой было прямо пропорционально растущему несчастью его супруги, которая с каждым днем, видит бог, увядала, покуда ее прекрасный и неотразимый Эжен Дюпре продолжал наслаждаться жизнью, проигрывая все большие суммы в карточных играх и посещая все новые и новые бордели.

Так прошло несколько лет. Хрупкое сердечко Сюзанны де Маршан не выдержало такого холодного, если не сказать бесчеловечного, отношения со стороны господина Дюпре. Говорят, погрузившись в глубокую депрессию, она слегла и через какое-то время покинула этот жестокий бренный мир, что разрушил ее девичьи грезы о любви, семье, браке, счастливой жизни и надеждах на светлое будущее. Поговаривают, что всему виной послужила корь. Кто-то же утверждает, что Сюзанна умерла от душевной болезни, вызванной несчастной жизнью с мужем. И, покуда такие вещи, как тайна кончины госпожи Сюзанны де Маршан, остаются для нас загадкой и по сей день, другие лежат перед нами словно на раскрытой ладони, на которую может взглянуть любой человек и в одно мгновенье разобраться во всем. Так обстояли дела, как вы, наверное, уже понимаете, и с месье Дюпре. Смерть Сюзанны, как и все прошлые события его жизни, пришлась ему на пользу, ведь он теперь мог навсегда позабыть о жене. Ему более не было нужды изображать из себя порядочного и верного мужа, коим он никогда не являлся, на светских вечерах перед другими людьми. Такому человеку, в сущности, на все было наплевать. Однако за прожитые годы даже ему слегка приелось играть роль заботливого супруга на публике, и потому он был счастлив, что ныне избавлен от такой опостылевшей ему необходимости претворяться кем-то иным, кем он никогда не являлся, и превратившейся для него в нечто вроде тягостного мучения.

На похоронах он не плакал: сказал лишь пару слов о том, каким замечательным человеком была его горячо любимая супруга, как тяжело ему теперь без нее, и что она навсегда останется для него в памяти верной спутницей, с которой он готов был пересечь моря и горы, взлететь на вершину самой высокой в мире скалы, и ради которой он вырвал бы себе сердце из груди и отдал бы свою жизнь не задумываясь, представ пред судом Всевышнего, только ради одного мгновенья, в котором смог бы оказаться рядом со своей музой и вновь увидеть перед собой светлое улыбающееся лицо боготворимого им ангела, которым была Сюзанна де Маршан. Последними словами речи господина Дюпре особенно прониклись женщины, которые смотрели ему в рот, пока он говорил, и думали, какой же он замечательный мужчина и как бы утешить его после такой крайне тяжелой и трагичной душевной травмы, как смерть любимой супруги. Да, господа… Право не знаю, удивитесь вы или нет, но через какую-то пару-тройку дней месье Эжен Дюпре закрутил роман с одной из этих дам, что так сильно впечатлились его проникновенной речью, произнесенной на похоронах. Интрижка завершилась быстро, не оставив после себя ничего, о чем стоило бы даже вспоминать или о чем можно было бы черкнуть пару строк в дневнике пресыщенной жизни героя нашей повести. Говорят, сердце той мадам было разбито. Хотя, может это и слухи, кто знает… Как бы там ни было, достоверно известно, что господин Дюпре как ни в чем не бывало, ни о чем не жалея, продолжил свой путь к богатству и славе, окручивая все новых и новых дев, заводя все новые и новые знакомства, окунаясь с головой в новые авантюры и погрязая все больше в том, что многие назвали бы пагубной жизнью.

Время шло. Время менялось. Вместе с ним менялся и Эжен Дюпре. К тридцати годам у него уже было приличное состояние, которое он сколотил, используя самый разнообразный инструментарий социальных навыков, состоявший преимущественно из коварной лести, циничной лжи, искусного предательства, изворотливого лизоблюдства и от природы данного ему умения нравиться женщинам. Все это, разумеется, было приправлено изрядной долей обаяния и легкой щепоткой очарования, которые словно аурой окружали с ног до головы месье Дюпре. Спору нет: все эти качества были пусты, просты, крайне поверхностны и действовали лишь на тех, кто был слаб духом. Тем не менее, все же что-то таинственное и удивительное было в этом человеке, ибо как иначе он, не имея ни малейших знаний о том, как управляться со своими финансами, как доводить себя до совершенства на избранном профессиональном поприще, которого у него, собственно, толком и не было, или о том, как жить достойно и благочестиво, умудрялся все это время оставаться на коне, только увеличивая свой капитал и влияние в обществе? Ответ на этот вопрос остается загадкой. Наверное, просто порой рождаются люди, которые получают и берут от жизни все, что могут, вопреки здравому смыслу, логике и чувству справедливости, хотя, казалось бы, со своими аморальными принципами, что они исповедуют, давно уже должны были оказаться в какой-нибудь помойной яме или иной зловонной клоаке, на самом дне общества, из которой они не должны были бы вырваться уже никогда, ибо там им самое место. Но порой жизнь преподносит нам свои не самые приятные сюрпризы, и мы видим, как какой-нибудь достойный образованный человек ведет жалкий образ жизни, а беспардонный прожигатель последней шикует, проматывая ее, как в материальном, так и в духовном смысле, однако остается при этом безнаказанным. Жизнь почему-то не карает последнего, хотя должна бы, как нам кажется. Почему происходит в нашем мире такая несправедливость и откуда тянутся ее корни? Кто знает… На это может быть столько причин… Сам я не знаю ответ на этот вопрос, хотя… Может и знаю… Возможно такие люди должны быть, чтобы мы простые смертные не тешили себя бредовыми иллюзиями о какой-то там призрачной справедливости или об идее, что мы все действительно равны. Я искренне верю, что наличие таких людей, как месье Эжен Дюпре во все времена человеческой истории, призвано закалить нас и сделать сильнее. В чем-то они являют собой недостижимый идеал властителей мира, которыми они никогда не должны были стать, однако стали. При всем том, эти люди истинно ничего из себя не представляют, ибо гонятся за материальным, а не духовным; хотят власти, богатства и денег; такие люди не обладают богатым духовном миром, и все их успехи не стоят ломаного гроша, если присмотреться повнимательней. Такие люди крайне редки, но видимо в силу необходимости они должны периодически появляться в нашей жизни затем лишь, чтобы мы не забывали о них. Они словно некий рок, высшая несправедливость, которую мы должны преодолеть и которой мы должны бросить вызов. Они то, что чуждо самой природе. Они есть то, с чем мы должны бороться, доказывая абсолютную неоправданность их существования. Да… Такие люди редки… Именно об одном из таких редких людей и ведется речь в настоящей повести. Но собственно вернемся же к нашему протагонисту!