Так же приняла, когда мать забрала Митю ее брата, сказав, что взрослая красивая дочь ей не нужна. Приняла отношения с мужиком, которого не любила, потому что он подарил ей ощущение стабильности.
Только вот она еще не понимает, что в этой стабильности можно сдохнуть со скуки. Закопаться в раковине, в которую сама села и потом жалеть, как бездарно прожила жизнь.
Я не знаю, как сложился бы этот год, останься я с Сашей. Скорее всего сел бы в тюрьму за очередное глупое преступление, а мне свезло.
Во Владивостоке наткнулся на ребят, занимающихся организацией гонок, стал заменять гонщиков за бабки, а вскоре умудрился купить свою тачку. Почти убитую, но собрал ее по частям. Было очень жаль с ней расставаться. Но я был замечен Домиником Гроули, который в тот день гостил во Владивостоке и просто не мог не посмотреть на заезд, так как являлся одним из спонсоров Формулы 1.
Это ли не удача?
Так уж вышло, что я стал его протеже, а это несло за собой огромные перспективы.
Например, вернуть Сашу не когда она станет убитой «стабильными» отношениями, а сейчас, когда в ней еще есть силы сопротивляться системе.
Я мог бы ее отпустить, если бы был уверен, что она меня забыла, счастлива и просто живет своей жизнью. Но это не так. И сокрытие своего хобби от так называемого жениха, лучшее тому доказательство.
Мне нравится на нее смотреть, даже сквозь толпу тех особей женского пола, которые считают, что засунуть мне под нос свои комариные укусу будет очень перспективно. Хотя одну пару сисек в этой забитой тряпками гримерной я бы не прочь укусить сам, особенно когда Сашка оголяется.
В ушах тут же звенит и я делаю над собой усилие, чтобы наплевать на присутствующих, сорвать к хуям этом платье и не вставить. А когда она кончит, когда ее нутро будет до отказа заполненго мною, просто сказать: "Я вернулся за тобой"
Наваждение слетает когда она виляя попкой идет на выход.
Она действительно куколка в этом обтягивающем платье, переливающимся как чешуя дракона. Тонкая, ладная, с высокой упругой грудью, соски на которой розовые и маленькие. Пальцы ведь до сих пор помнят ощущение того как они сжимаются под прикосновением. Рот наполняется слюной, когда я вспоминаю вкус ее тела. То, как вылизывал, пока она не начнет громко кончать.
Но дело даже фигуре, особенно, если смотришь на лицо. Чуть вытянутое, с раскосыми глазами и щечками и пухлыми губами, которые она так часто кусала из-за волнения. Даже сейчас, во время показа, переодевая очередное платье она пытается их кусать, пусть там и помада. А я вспоминаю, как просил ее накраситься красной перед тем, как она возьмет в рот.
Знать, что она трахается с другим не просто. Это как нож, который воткнут в спину, а если вытащить, то умрешь из-за потери крови. Но осознавать, что этот нож ты сам всадил себе, гораздо страшнее. Сам оттолкнул Сашку тогда, когда она уже готова была кинуть своего старичка, быть моей на любых условиях. Хотя, как сказать, на любых.
Для Саши не подойдет вариант «На время» Она не их тех женщин, кто готов быть второй. Она хочет быть единственной, маленькой, со всех сторон защищенной от ветра. Она хочет свою семью, которая бы не бросила, как брат или я. А Алекс не бросит, он весь такой надежный и педантичный, что меня порой тошнит. Тошнит, что и Саша может стать такой же. Что она уже не будет кричать под музыку в машине, слизывать соус с пальцев, или читать мне вслух эротические романы, которые смешили до колик в животе.
Потому что не думает мужик о том, как сильно он хочет облобызать алебастровые груди и пронзить женское естество нефритовым жезлом. Он будет думать, как сильно хочет закинуть Сашу на плечо, унести в свое логово и поставить раком. Сначала просто чтобы посмотреть, чтобы осознать, что вот это все богатство его. Что каждая идеальная клеточка в его полном распоряжении. А потом вставит по самые яйца и будет трахать, пока она не простит. Пока она не скажет, что готова сорваться прямо сегодня в Монако и кусать свои охуенные губы волнуясь за меня на гонках, что готова рискнуть такими правильными отношениями ради нашего общего будущего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Потому что я свое без нее не представляю.
Потому что в Москву я вернулся за ней и буду делать все самое мерзкое и отвратительное, чтобы вернуть ее. Потому что в моей жизни появилось все, но нет света, который она дарила одним своим присутствием.
Глава 3. Сашка
— Самойлова! Ты опоздала! — врезаюсь в худое тело и пячусь назад. Обычно руководитель модельной школы более лоялен со своими подопечным. – Ты еще не мировая звезда, чтобы твою персону ждали! Я же предупреждал, что сегодня важный показ.
— У вас каждый показ важный, — широкая улыбка, походка от бедра и бегу от тирана к команде стилистов.
Именно они из обычных московских золушек делают принцесс, маскируя все что можно и придавая яркости чертам лица и волос. Вот именя сегодня они делают похожей на куклу. Порой именно так я себя и чувствую. Просто заводной игрушкой, выполняющей то, что положено. Но только не здесь. Во время показов я дышу полной грудью, а моя улыбка не разу не фальшивая с легким налетом покорности.
Судя по суматохе, в показе будет участвовать, как минимум президент. Но меня это волновать не должно. Моя задача идеально продемонстрировать новую линейку знаменитой одежды фирмы «Voice young», после чего как можно быстрее добраться до дома, чтобы никто не догадался, чем я занимаюсь вместо кулинарных курсов.
Что не догадались, что ты завралась.
— Неплохо, — встречает меня Джулиан и осматривает со всех сторон. Когда он был просто фотографом "Юлием" и встретил меня в торговом центре, то был гораздо приятнее. Слава меняет людей, создает призрачное ощущение счастья, которое может быстро разрушиться, стоит тебе совершить малейшую ошибку. — Теперь покажи на что ты способна, детка.
Он отправляет меня на подиум, и следующие пару минут я купаюсь в ярком свете софитов, в море взглядов, в той самой возможности быть самой собой. Не думать о каждом своем жесте. Не думать о том, какой меня хотят видеть близкие. Всего двое близких. Алекс и Даша.
— Ненавижу его, – рычит рыжая Эля после пятой смены наряда Мы с первого дня модельной школы общаемся. Удивительно, но соперничества нет. Ну или пока повода не было. Хотя она не раз была замечена в конфликтах и ходят слухи о ее связи с Джулианом. Но не мне кого-либо судить. – У меня скоро вместо крови пот потечет… Даже поесть не дает…
— Главное, помни, что однажды ты будешь покорять Милан, — пожимаю я плечами, а потом мы с ней оборачиваемся на шум, который создают в углу остальные девчонки. Как курицы, честное слово. Они не плохие, просто разговаривать о том, какие все мужики сволочи мне неинтересно. Особенно, когда они вот так грубо устроили охоту на одного из них. Эля же не ноет, просто развлекает мудростью своих двадцати лет.
Я не успеваю посмотреть, на объект охоты, потому что меня уже выталкивают на очередную проходку по подиуму. Там я демонстрирую воздушный наряд персикового оттенка, для которого потребовалось снять бюстгальтер.
— Ты видела его? – толкает меня Эля, когда мы переодеваемся в последние наряды. Обтягивающие комбинезоны самых разных оттенков, в которые влезть можно с большим трудом. А когда получается, чувствуешь себя так, тебе перебинтовали каждый участок кожи.
— Кого? – Господи, как душно и молния еще не застегивается.
— Гонщика, которого взяли для рекламы новой линии. Сегодня одну из нас должны подобрать ему в пару. Господи, он просто секси.
"Заманчиво, ничего не скажешь," — пытаюсь я высмотреть лицо этого мега-гонщика. Но вижу только край широкого плеча, обтянутого белоснежной рубашкой и затылок с модельной стрижкой. Пижон, все ясно. Но какая разница, если нужно будет с ним просто поработать. Съемка для главной линии позволит лицу модели появиться на всех билбордах этой компании, магазинах и даже на телевидении. Это огромная возможность выбраться из серой массы и заполучить выгодный контракт.
