Реакция на его возглас оказалась неожиданной – человек выронил аппарат и выпрямился. Но еще до того как рука в огромной перчатке сдвинула с лица защитную маску, Дэвид сообразил, что ошибся: это был не старик, да и вообще не мужчина. Перед ним стояла женщина.
Высокая, стройная – даже старый потрепанный рабочий комбинезон на широких лямках не портил изящную фигуру – она как-то совсем не вписывалась в обстановку импровизированной мастерской, не говоря уж о сварочных работах. В общем, Дэвид очень удивился, а девушка – это была молодая особа – просто остолбенела. Она уставилась на гостя, в глазах ее застыл такой ужас, словно увидела привидение.
– Простите, ради Бога, – поспешил извиниться Дэвид, – я не хотел вас напугать.
Не хватало еще, чтобы девушка упала в обморок от страха…
– Мисс… э-э… Мартин? Так?
– Да-а… а кто вы? – спросила она почти шепотом.
– Я Дэвид Пойндекстер, хозяин «Арлингтона». – При этом, словно в подтверждение своих слов, он кивнул в ту сторону, где вдали, в бухте за скалами, находился отель. – Таким образом, я ваш хозяин, поскольку коттедж стоит на территории, относящейся к моим владениям. Тут я еще не бывал, но, просматривая документацию, наткнулся на сведения об этом доме. И вот решил пойти взглянуть… Следовало бы, конечно, предварительно позвонить и предупредить вас, – продолжил он с улыбкой, – но ведь тут нет телефона…
– Нет. Телефона тут нет, – подтвердила девушка, уже пришедшая в себя. – Извините, что я… Словом, вы меня немного напугали. Все от неожиданности. Видите ли, ко мне очень редко кто-либо заходит.
Она повернулась к гостю спиной и наклонилась, чтобы выключить сварочный аппарат, не подозревая даже, как неожиданно соблазнительно будет выглядеть эта невинная поза. Зато у Дэвида просто дыхание перехватило, но ему удалось быстро справиться с собой. Правда, осталось недоумение, – что это за реакция такая, словно у мальчишки?
Девушка выпрямилась, сняла перчатки и рывком стащила с головы маску. Ее густые, черные как смоль волосы рассыпались по плечам. Потом расстегнула металлические пряжки на лямках комбинезона, который тут же сполз вниз. Теперь она предстала перед пораженным зрелищем своеобразного стриптиза Дэвидом в джинсах, облегающих бедра, и завязанной на животе рубашке. Узел она тут же распустила так, что полы широкой рубахи свесились почти до колен. Протянув хозяину коттеджа руку, девушка представилась:
– Меня зовут Джо Мартин. Джоанна Мартин.
Тон был вежливый, почтительный, но в глазах, в этих огромных глазах цвета аметиста, обрамленных густыми длинными ресницами, царила отчужденность.
– Так что вам угодно узнать? – сухо спросила она.
Дэвид смотрел на нее и не переставал удивляться – выходит, этой голубоглазой мисс все равно, какое впечатление она производит на представителей мужского пола? Держится отстраненно, смотрит сурово, одета… Нет, она нарочно рядится в мешковатую одежду, скрывая достоинства своей прекрасной фигуры…
Он понял, что стоит все же придерживаться строго официальной линии поведения, хотя и не привык так общаться с женщинами.
– Видите ли, мисс Мартин, – начал Дэвид, – мне стало любопытно, за какую такую недвижимость мы получаем столь смехотворную плату и надо ли вообще продолжать это делать. Теперь, когда я посмотрел на коттедж, все прояснилось. Удивительно, что это строение не завалилось давным-давно.
Они как раз вышли из сарайчика и стояли перед домом, который одним боком словно привалился к скале. Казалось, что только эта опора позволяет ему выстоять против ветров с Атлантики.
– Да-а… – задумчиво продолжил Дэвид, – еще один приличный шторм, и дом останется без крыши. Смотрите, черепица ползет. Это небезопасно.
– А меня все устраивает, – заносчиво заявила мисс Мартин, гордо подняв голову. – Мне нравится этот дом!
Она толкнула плечом дверь и вошла внутрь, оставив слегка озадаченного Дэвида на пороге.
Определенно, эта Джо Мартин начинала интересовать его все больше и больше. Он и припомнить не мог, чтобы какая-нибудь женщина относилась к нему столь пренебрежительно. Даже красавица Ивлин, его нынешняя «привязанность», которая прекрасно знала себе цену, крайне редко отваживалась не то чтобы устроить ему сцену, а просто надуться. Впрочем, Ивлин уже стала ему надоедать…
Дэвид не торопясь переступил порог и с любопытством огляделся. Его взору предстало небольшое помещение – и кухня, и жилая комната одновременно; деревянные потолочные балки потемнели от старости. Часть пола, выложенного плиткой с полустертым узором, покрывал старый ковер, на котором стоял большой стол, а вокруг него стулья – почти все разные по стилю. У окна располагалась большая кухонная раковина старинного образца. В углу – массивный камин с черной решеткой, кованной явно пару веков назад.
Хотя помещение выглядело весьма убого, здесь царила идеальная чистота, а кроме того, было заметно, что заботливые женские руки пытались создать уют – на окнах красовались белоснежные занавески с оборками, на стульях лежали мягкие вышитые подушки, на подоконниках росли цветы в керамических горшках, каминную полку украшали два бронзовых подсвечника и милые безделушки.
Мисс Мартин выдержала паузу, словно давая гостю время оценить обстановку, затем спросила:
– Если вы хотите выпить кофе, могу предложить только растворимый.
Все тот же ледяной тон, все тот же колючий взгляд. Но все же правила гостеприимства были соблюдены. Она уже взяла в руки банку с кофе, и Дэвид подумал: «Сейчас запустит этой штукой прямо в меня!» Мысль его развеселила, но он не позволил себе даже усмехнуться.
– Большое спасибо, – вежливо произнес он. – Растворимый вполне подойдет.
Он прошел в комнату и, усевшись за стол, наблюдал, как девушка наливает в чайник воду, ставит его на плиту. Плита электрическая, заметил он. Хоть какие-то удобства тут имеются… Мисс Мартин достала из старинного буфета чашки, при этом то ли случайно, то ли нарочно с силой хлопнула дверцей.
Какой характер! – не переставал удивляться Дэвид. Жаль, что у меня времени в обрез: надо идти в отель и заниматься документацией, а то с удовольствием поглядел бы, сколько она еще будет злиться. Он прекрасно понимал, что враждебность вызвана опасением быть притесненной неожиданно явившимся домовладельцем. Другие стали бы заискивать перед ним, а эта гордячка задирала нос…
Сколько ей лет? – размышлял Дэвид. Пожалуй, двадцать три или двадцать четыре. Как Ивлин. Хотя сравнивать ее с Ивлин трудно. Та – холеная супермодель, над которой трудится целая армия профессионалов по наведению лоска. Эта – сама естественность. Сложена великолепно, тонкие правильные черты лица, потрясающие шелковистые волосы. Так и хочется погладить… А что за чудный цвет глаз!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
