Здоровенный негритос с третьим глазом по центру лба, дополнительной конечностью и кроваво-красный ирокезом по центру головы, попытался спрятать взгляд, но был обматерен и, с тяжелым вздохом, в ответ только развел всеми тремя руками.
— Та-а-а-а-а-ак… — Голос, устраивающий разнос, тяжело вздохнул. — Марушка… Я могу понять, что тебя оскорбили. Могу понять — климакс, нервы, первый пациент за несколько месяцев, опыт подстерся из твоих побитых временем и конфликтами, мозгов, но вот объясни мне, на кой мелкий орган ты побежала жаловаться на ПАЦИЕНТА! Да еще и кому! Балбергу! Он же — неадекват! А главное… Подруга… Ты что, в "сопровод" не заглянула? Хорошо, "сопровод" прошлепала — ладно, бывает. Но не различить хуманоида от логуруса… Зачем ты ему начала хвост отращивать, дура ты набитая!? Ушиб от ампутации отличить не судьба?!
Кошко-женщина и вовсе замоталась в хвост, оставив торчать наружу мелко подрагивающие уши.
— Балберг… В то, что тебе доверить можно только внешнюю охрану — я догадывалась. Но в то, что ПЯТЕРО твоих служак, вместе с тобой, ПОТЕРЯЕТЕ в ПУСТОЙ палате одного-единственного больного — о таком я даже догадаться не могла! Мне в голову не приходят варианты, по которым ВЫ полчаса искали человека, начисто игнорируя ЕДИНСТВЕННЫЙ активный артефакт!
Балберг, в легкой кольчуге и с крыльями, спрятал глаза за уши, тем более что глаза у него были на тентаклях, а ухи отчего-то напоминали мне персонажа из "Звездных войн", того самого Джагу-Джагу, по прозвищу "Мудила Страшный" Или "Страшило Мудрый"?! И Развел руками, мол, ну прокололся, бывает…
— Ты, глазки-то не прячь, не прячь! — Женский голос, доносящийся из пустоты над головами всей честной гоп-компании, прищелкнул языком. — А по голове-то ты его зачем бил, а?! Он же и так не шевелился, лежал себе тихонько, без сознания… Кстати… Дорогой Каррот фон Балберг… Что ВЫ и ВАШИ сотрудники должны были сделать в первую очередь, если артефакт сигнализирует ухудшающееся состояние пациента?
— Вызывать Марушку или любого дежурного лекаря… — фон Балберг высунул глаз на стебельке и посмотрел в потолок. — Оказать первую помощь, приложив лечебные артефакты…
— ВООТ! А вы — по голове приложили! Ногами! — Женщина в темноте, точнее ее голос плевался ядом. — Артефакт приложить, а не латный сапог!
— У Кальвина длинные ступни… — Попыталась заступиться за неизвестного мне Кальвина, Марушка. — Он не специально! Просто голова была слишком близко, вот и получилось так… Как получилось!
— У вас получилось ТАК… А меня теперь будут склонять во все стороны, для более глубокого проникновения во все полости тела, без единого следа смазки или применения лечебных заклинаний. А, когда я вернусь, то начну склонять — вас! Чтобы было приятно уже мне! — Женщина вздохнула. — Первый землянин за, почти две тысячи лет! А вы с ним, как с отбивной, поиграли в мячик, отрастили, отвалившийся в процессе эволюции, хвост, обиделись, что языка не знает и устроили мне глобальный пиздец!
Женщина из темноты потолка последнее слово рявкнула так, что даже я попытался вжать голову в плечи!
— Николь… — Женщина-кошка вынырнула из своего хвоста на поверхность и, поежившись, шмыгнула носом. — Ну… Мы все осознали! Исправим. Договоримся.
— Ага. — Неведомая мне Николь усмехнулась. — Это если он выживет у тебя, красавица. А если нет, то лично ты отправишься на Либну, там кошки быстро отрабатывают долги перед обществом; Логгерз пойдет под трибунал, за служебное несоответствие, Балберг — на войну, ему не привыкать, а меня ушлют так далеко, что увиденный раз в сотню лет, свет звезды будет вызывать у меня оргазм! При условии, что чему оргазмировать…!
— А я…? — Удивился доселе молчащий молодой человек странной наружности, словно его всего сунули в радугу, а потом вместе с ней и отжали, настолько он был помятый, перекрученный и переливающийся.
— А ты — станешь Седьмым директором нашего тесного коллектива…
— Точнее — седым… — Скривился Логгерз. — Потому что придется где-то искать новых преподов, ведь у старых прямой контракт Беллой-Николь и без нее они все предпочтут смыться в свои миры…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
"Помятый радугой" искренне посерел от такой перспективы.
— Ага. А еще тебе придется самому принимать экзамены… — Хохотнул Балберг.
— И лечить отличившихся на боевом факультете… — Мечтательно добавила Марушка. — Представляешь, Амаль?! Придется сперва собирать кишки, потом впихивать их в…
Посеревшая Радуга по имени Амаль закатил глазки и исчез со специфичным хлопком.
— Шутки — шутками, но ситуация и вправду плохая. — Николь тяжело вздохнула. — Был бы наш землянин студнем, могли списать на учебный процесс, но он даже не абитура — он "Соискатель"! Причем соискатель из закрытого мира, но с хорошими задатками и тремя из четырех, Стихий. Да еще и, как назло, может оказаться друидом… Предрасположенность проявляется.
— То есть… Мы в полной жопе… — Констатировала Марушка. — Нас трахнут Эльфы, нас поимеют Маги, нас поставят раком Демоны, нами попользуются Феи…
— И, на закуску, вы**ет попечительский совет. — Подытожил голос с потолка. — Будут варианты?
— Свалить, как Амаль — не рассматривается? — Полюбопытствовал Логгерз. — А что… Я просто спросил, между прочим.
— Можно его… — Марушка аккуратно села на кончик кресла, словно приготовившись прыгнуть. — "Связать"
— С кем?! — Николь-с-потолка аж всхрюкнула. — У кого 50 % — Земля, 35 % — Вода,10 % — Воздух и 5 % — Огня?! У кого? Кто вытянет хоть с 7525?! Да еще и свободная? Или ты считаешь, что наш "Бесцветный" откажется от гарема, собранного с мира по нитке? Или ты, моя дорогая, откажешься от своего дражайшего Кальвина и его толстого, пушистого, хвоста?!
— Вообще-то… Я имела ввиду ТЕБЯ! — Кошка зажмурилась и втянула голову в плечи, ожидая бури.
Которой меня и смыло из комнаты…
О, Сладкий момент пробуждения… Наверное…
В себя пришел далеко не сразу — голова кружилась, желудок подкатывал к горлу, а в голове вертелись чьи-то маты, страстные, горячие, естественные, как бег горного ручья.
Все так же, совсем не фантомно, болел копчик. Мозг толкался во внезапно уменьшившейся черепной коробке, а ноги так и норовило завернуть "коленками вперед".
В общем, так себе пробужденьице, если честно.
Потрепыхавшись со своим измученным сознанием еще пару минут, честно расслабился и попытался получить удовольствие.
Не вышло.
И до этого было плохо, но стало еще хуже!
Горела кожа, словно ее одновременно залили кислотой и обдали струей из паяльной лампы; Глаза полезли на лоб, а все суставы стали выгибаться в противоестественную сторону.
От захлестнувшего меня потока боли, сознание "сделал ручкой" и ушло в неведомом направлении, оставив меня в темноте и ворохе фантомных болей.
Не знаю, с какого такого перепуга я вдруг стал ерепениться и выныривать на "поверхность" сознания с упорством лемминга, но… Словно что-то подталкивало меня выбраться наружу и устроить там "тарарам и блины".
И, судя по звукам, что я ловил, частично приходя в себя, "тарарам" у меня получался, а вот с блинами было напряжно.
Несколько раз то ли мне казалось, то ли и вправду, но замечал языки пламени, то синеватые, словно спиртовые, то почти прозрачные, как от подсолнечного масла высокой очистки, горящего на без единого дымного облачка.
Что, скажете, что так не бывает?!
Бывает.
Я — точно знаю.
Я на такой огонек сел в возрасте 5-ти лет, обжегши зад и испортив шорты…
Потом возник голос, требующий моего усилия, чтобы ускорить поправку, но…
Знаем, проходили.
И результат такого "ускорения" — тоже знаком.
Так что на голоса у себя в голове я технично забил, мимоходом пригрозив, что если они снова возникнут, то я им устрою "Кузькину мать"!
