Завернувшись в халат и сунув босые ноги в яркие фиолетово-зеленые тапки, Поля потопала в ванную, а затем - в кухню, откуда по всей квартире разносились аппетитные запахи жарящихся оладьев.
Мужчина у плиты - зрелище, радующее не только глаз, но и душу. Полю подобная картина радовала каждый день: девушка готовить умела, но не любила, и потому ответственность за стряпню взял на себя отец.
- Эй, малая, не стой столбом, делай чай, - Артем по-хозяйски развалился на диване и жевал уже которую по счету оладью.
Виктор тут же оглянулся, смерил взглядом немного растрепанную Полю и с улыбкой отсалютовал ей лопаткой.
- Доброе утро, дочь.
- Доброе, - эхом отозвалась Леопольда, доставая из шкафчика чашки, и поинтересовалась у кузена: - А ты когда приехал?
- Недавно. Возрадуйся, малая: мне наконец-то дали отпуск.
Поля хмыкнула.
- Радости моей нет предела.
- Не дерзи старшим.
- Как скажешь, Большой Брат.
- В лоб дам, - предупредил Артем.
Девушка в притворном ужасе округлила глаза.
- Ты почто сестру обижаешь? - поддерживая игру, грозно вопросил Виктор, доставая из холодильника сметану и варенье к оладьям.
- Такую обидишь, - проворчал племянник. - Всю жизнь потом будешь на лекарства горбатиться.
Поля, ставя перед Артемом кружку с горячим чаем, поддалась мимолетному соблазну и показала брату язык. Тот попытался незаметно пнуть её под столом, но задел коленкой ножку древнего стола, в результате чего тот пошатнулся, и часть чая выплеснулась на стол.
- Вот, смотри, что ты наделала! - покачал головой брат.
Поля, вздохнув, взялась за тряпку.
- Сваливать свою вину на других - это так... по-человечески, не находишь?
- Ну, вы прямо как дети, вздохнул отец, усаживаясь за стол. - Вроде выросли уже, а все хулиганите.
- Так это же наоборот здорово, дядь Вить, - Артем, как истинный оптимист, во всем находил неоспоримые плюсы, и Поля сейчас была с ним полностью согласна. - Вот скажи, тебе было бы так весело, если бы мы строили из себя взрослых дядь и теть? Как по мне, скукота - да и только.
- Убедил, - улыбнулся Виктор. - А теперь ешьте, давайте, пока все не остыло.
Второй раз уговаривать их не пришлось: золотистые бока пышных оладушек так и манили.
После завтрака Артем заявил, что зверски хочет спать, и утопал в комнату дяди, завалился в одежде на застеленную кровать да так и уснул. Виктор же, сославшись на какие-то срочные дела, наспех собрался и умотал в неизвестном направлении.
Поля спать не хотела, и бежать ей никуда не нужно было, поэтому девушка, решив обсудить предстоящий вечер, набрала номер подруги.
Ирина ответила почти сразу же, как обычно, бодрая и веселая:
- Привет, Лев! Чего звонишь?
- Привет. Просто так звоню, скучно мне, - улыбнулась Поля, выглядывая в окно. Дождь все так же барабанил по карнизу, а низкие тучи давили, прижимали к земле, заставляя настроение колебаться в районе отметки "средней паршивости".
- А я что тебе, шут, что ли? - веселым голосом возмутилась подруга. - Это же ты у нас любительница выкинуть что-нибудь этакое.
- Что? - тут же заинтересовалась Поля.
- Ты меня спрашиваешь? Совсем прибалдела, похоже. Слушай, я в магазине сейчас, платье выбираю. Ты до вечера дома будешь торчать?
- Да? А что за платье?
- Увидишь. Я к тебе забегу потом, хорошо?
- Валяй. Я вообще-то хотела с тобой по поводу клуба поговорить.
- Что с ним? Только не говори мне, что ты не пойдешь, - испугавшись непонятно чего, предупредила Ирина.
Поля засмеялась:
- Хорошо, не скажу. Ну, зайдешь, тогда и поговорим, идет?
- О'кей. Я отключаюсь.
Поля еще несколько секунд слушала гудки, задумчиво глядя в окно. Зная Ирину, можно было с уверенностью сказать, что в магазине она проторчит еще часа два, не меньше. Сама Леопольда к шоппингу была равнодушна, исключение составляли книжные и музыкальные магазины - в них она могла торчать часами, к неудовольствию Ирины. Та постоянно ворчала по этому поводу, но сделать ничего не могла - подруга была на редкость упряма, и оттащить Полю от понравившейся вещи против её воли не представлялось возможным. И так же, как Леопольда была не равнодушна к книгам и музыке, Ирина питала страсть к шоппингу в целом, за что с легкой руки подруги и была поименована Шопоголиком.
Сейчас же Поля раздумывала над тем, как убить время до прихода подруги. Как назло, умная мысль озарять девушку не спешила, витая где-то поблизости и насмехаясь над ней, а Леопольда, сама того не замечая, хмурилась все больше и больше.
- Так и просижу два часа, - усмехнулась девушка. Частенько, когда вокруг никого не было, Поля мыслила, как говорится, "вслух". Вот и теперь, оставшись одна, девушка начала разговаривать сама с собой, чтобы разбить установившуюся тишину. Нет, Поля не боялась её, но все же немного тяготилась ею.
Так и не придумав ничего путного, девушка поплелась в комнату, но остановилась в прихожей напротив большого, в полный рост, зеркала в деревянной посеребренной раме с затейливой резьбой и скептически уставилась на своего двойника в зазеркалье.
Небольшого роста, как говорят, метр с кепкой, худая, вечно бледная и растрепанная, словно болезненный котенок, оторванный от матери, Леопольда вызывала у большинства окружающих неосознанное желание защитить такое хрупкое, нуждающееся в заботе существо. И только те, кто знал её достаточно хорошо, могли сказать: с большинством проблем девушка вполне может справиться без чьей-либо помощи.
Немного замкнутая, молчаливая, не привыкшая делиться с кем-либо своими переживаниями (исключение составляли только отец и Ирина, да и то - не всегда), прохладно относившаяся к посторонним, она также казалась людям несколько диковатой. Настороженный взгляд светло-карих, почти янтарных глаз и скрывающая половину лица светлая, почти белая косая челка только усиливали это впечатление.
Как известно, необычное либо отталкивает, либо притягивает. Так было и с Леопольдой: некоторые обходили её стороной, как будто опасаясь непонятно чего, но большинство людей её внешность и поведение притягивали, как притягивает внимание экзотическое существо - так и хочется протянуть руку и потрогать, даже если не знаешь, чем это может обернуться.
Taкoe внимaниe co cтopoны людeй Пoлe oткpoвeннo нe нpaвилocь, пoтoмy чтo пyгaлo. Дeвyшкa вooбщe нe любилa бoльшиe cкoплeния нapoдa, нo ocтaвaтьcя oднa тoжe нe гopeлa жeлaниeм. A вpaз измeнить cвoe oтнoшeниe к пocтopoнним и cтaть милoй и дpyжeлюбнoй oнa нe мoглa, кaк нe мoжeт дикий звepь ткнyтьcя xoлoдным влaжным нocoм в пoкpoвитeльcтвeннyю длaнь чeлoвeкa.
