ее рук, но чем больше я пытаюсь, тем сильнее она сжимает ее. У меня даже слезы выступают в уголках глаз.
— Ох милая, тебе наверное так больно?! — Синевато-зеленые глаза Эвреники, как пиявки вцепились в меня и ждут что же я скажу. А я не спешу с ответом, наблюдаю за ее реакцией.
— Божечки, моя милая подруга в шоке, — Эвреника отпускает мою руку и жалобно вытирает фальшивые слезы, которые словно по команде начали стекать по ее бледным щекам. И как ей удается плакать и при этом оставаться такой же красивой? — Как с ней могло такое произойти! Нужно найти ответственных и наказать! Моя Селена чуть не умерла!
Голос Эвреники полон сочувствия и возмущения. Не знай я правду, прониклась бы ее словами и решила, какая она хорошая подруга. Но я-то знаю истину и от того мне еще страшнее. Ведь я знаю на какие зверства способна Эвреника, внешне похожая на милого ангелочка. Сказать, что я в ужасе, ничего не сказать. Мой страх настолько силен, что даже пару слов связать не могу. Вдруг эта полоумная, что-то со мной сделает прямо сейчас.
— Вы уже сообщили герцогу? В его саду на леди из семьи Брукхайм, упала ветка с дерева. Как такое могло произойти? Что это за халатность? — Эвреника не останавливается в выражении своих эмоций. Она обращается к зрителям, которые собрались в гостевой спальне. Здесь стоит и семейный врач, обследовавший меня, и главный дворецкий, главная горничная и несколько ее помощниц. Все чуть ли не открыв рты наблюдают, как меня защищает Эвреника. Держу пари, они сейчас мечтают иметь такую же подругу. — Вы уже допросили садовников? Один из них точно виноват в произошедшем! Почему никто не следил за сухими ветками?
— Смею заверить Вас миледи, что случившееся будет досконально расследовано, а виновные сурово наказаны, — четко и по делу заявляет дворецкий. Все остальные тут же начинают согласно кивать. Но Эвренику такие заверения нисколько не пугают. Вряд ли кто-то станет подозревать юную леди из благородной семьи. А если вдруг такое случится, боюсь представить, что случится с этим человеком.
Я молча наблюдаю за происходящим, хотя внутри меня разгорается целая буря противоречий смешанная из желания рассказать о деянии Эвреники, и страха, что мне никто не поверит. Ведь она умелая притворщица и может ловко перевернуть все мои слова в свою сторону.
Что же мне делать? Теперь зная, что какая меня ждет судьба я совсем не хочу ее повторять. Нетушки! Я должна что-то сделать и избавиться от Эвреники. И от герцога. Ведь если я все же стану его невестой жить мне останется недолго.
Стоило вспомнить герцога, как он явился собственной персоной. Подобно Эвренике он с размаха распахнул двери комнаты и подлетел ко мне, едва не столкнув ее со своего пути. Эх судя по скрывающемуся на мгновение лицу Эвреники, это ей совсем не понравилось. Держу пари прямо сейчас она придумывает как бы по изощреннее меня убить. От этой мысли у меня внутри все похолодело.
— Герцог! — Эвреника радостно улыбается. — Наконец-то вы пришли. Наша бедная Селена… как же такое могло произойти?!
Она обращается к мужчине, которые не соизволил на нее не то, что взглянуть, но и поздороваться. Все его внимание приковано ко мне. Большие ладони мягко подхватили мою тонкую руку и ласково погладили.
— Как ты Селена? Я так испугался, — герцог говорит правду, об этом свидетельствует его обеспокоенный взгляд и виноватый вид. Мне даже его чуточку жалко. Из-за злодейки ему придется пройти множество неприятных испытаний. Но я не хочу стать жертвой принесенной во имя его становления, как героя.
Нахмурившись, я смотрю, как он нежно сжимает мою ладонь. Так не пойдет! Герцог, прямо сейчас, ты сам того не заметив подписываешь мне смертный приговор. Алло, приятель! Из-за тебя злодейка меня убить пытается, а ты даже ни сном, ни духом этого не замечаешь!
Я косо поглядываю на Эвренику, которая не увидев со стороны герцога даже толики интереса, тоже хмурится. Вот это меня это ужасно пугает. Если Кардейн и дальше будет ее игнорировать и печься обо мне, она может совершить что-нибудь страшное. От этого по моей спине в неописуемом ужасе расползаются мурашки. Надо что-то с этим делать! Я не хочу закончить свою жизнь, как оригинальная Селена Брукхайм. Я жить хочу! И если герцог катализатор ненависти Эвреники, я обязана от него избавиться. Поэтому я не нахожу лучшего решения, чем стряхнуть руку герцога и пролепетать хриплым голосом:
— Что происходит? Кто вы все такие? Где я?
2. Я ничего не помню
— Селена? — в глазах герцога застыл ужас. А вот на лице Эвреники сначала появилось недоумение, а затем неприкрытая радость, которую впрочем она быстро сумела скрыть. — Дорогая, что ты говоришь? Что с тобой Селена?
Когда он не получает ответа от меня, переключается на обслугу и врача.
— Что происходит? Почему она говорит, что не знает меня?
Доктор срывается с места и бежит ко мне, раскланявшись герцогу извиняется и взяв меня за руку сначала измеряется зачем-то пульс, а после этого достает из чемоданчика нечто похожее на лупу осматривает сначала мои глаза, а затем рану на затылке.
Не знаю, что он думает таким способом обнаружить.
— Леди Брукхайм, скажите вы знаете, где находитесь? — обращается он ко мне. Я тупо хлопаю ресницами.
— А? Кто? — переспрашиваю, делая вид будто ничего не понимаю. Доктор охает, качает головой и достает из чемоданчика, какой-то камень, протирает его тряпочкой из кармана и прикладывает к моему лбу. Я чувствую лишь легкую прохладу камешка. Что это за глупый осмотр? Кажется после того, как я вспомнила прежнюю жизнь, все происходящее тут, выглядит таким странным.
— Ваша Светлость, — доктор убирает камень и сложив руки на животе, докладывает, — похоже леди Брукхайм, в следствие удара по голове потеряла память.
— Потеряла память?! — почти вскрикнул герцог. Он ошеломленно смотрит на меня, а я продолжаю моргать, как дурочка. — Ты уверен в этом?
— Практически на 100 процентов Ваша Светлость.
— И что? Насколько это серьезно? Селена придет в себя? Память ведь вернется к ней? — герцог закидывает врача вопросами. А тот мнется видимо толком не зная, как объяснить мое состояние.
— Не могу сказать достоверно, к сожалению камень Диателя неисправен и у меня не получается полностью просканировать состояние юной леди, но судя по первичному осмотру и словам леди, у нее определенно амнезия. Точнее я буду знать, когда достану новый камень Диателя.
— Сделайте это немедленно! — повысив голос велит герцог. Я вздрагиваю,
