«Мы?» Си Джей повторила с удивлением.
— Мы, — сказал он с твердым кивком. — Вы очень нужны мне там.
«Зачем?» — сразу спросила она.
— Вы детектив, не так ли? Это был не вопрос, и он не стал ждать ответа, а продолжил: «Ну, я был детективом до того, как стал капитаном, но это было двадцать лет назад. Сбор доказательств мог измениться с тех пор. Это первое убийство, которое видел Сэндфорд, и я не собираюсь его запороть.
«Конечно, один из ваших людей…» начала Си Джей, но была прервана.
«Мой единственный детектив умер от сердечного приступа в прошлом месяце. Замену я еще не нашел, а пока один из моих младших офицеров проходит курс обучения детективной работе, он только приступил к этому. Мне нужен кто-то, кто знает свое дело, чтобы помочь со сбором улик. Итак, — он сделал паузу и поднял брови, — я полагаю, вы можете рассказать нам, что собирать и как это упаковывать, и задавать Джефферсону свои вопросы, пока вы этим занимаетесь.
Си Джей покачала головой, прежде чем он закончил говорить. «Капитан, я не полицейский. Я из отдела специальных расследований (ОСР (the Special Investigations Unit(SIU))); мы гражданская организация. Расследуем преступления копов; мы не из их числа. Мне нечего делать на месте преступления, — твердо заявила она.
— Может, сейчас вы и не офицер полиции, но когда-то были, — равнодушно сказал капитан Дюпри.
Глаза Си Джей сузились при этих словах и продолжили делать это только потому, что он доказал, что изучил ее биографию, добавив: «На самом деле, когда-то вы начинали с патрулирования, как мои мальчики, вы дослужились до детектива по расследованию убийств, прежде чем перейти в CSIS (the Canadian Security and Intelligence Service), Канадскую службу безопасности и разведки. Насколько я понимаю, вы проложили себе путь к успеху как один из лучших детективов, которые были у них до того, как вы перешли в ОСР.
Он не сказал «и стала предателем мальчиков в синем», но Си Джей услышала это между строк. Проверка полицейских на предмет коррупции или незаконной деятельности не принесло ей много друзей, поклонников. По крайней мере, не в полиции. Они, как правило, считали Си Джей и людей, с которыми она работала, предателями своих коллег-офицеров. Что касается других полицейских, то члены ОСР были на ступень выше слизняков. Или, может быть, на одну ступеньку ниже.
Си Джей не особо это заботило сейчас. Сначала так и было, но она привыкла к этому, и то, что она делала, было важно. По ее мнению, хороший полицейский был на вес золота, но в каждой профессии были свои паршивые овцы, а плохие копы могли причинить больше вреда, чем обычный грязный преступник. Она не чувствовала ни сожаления, ни вины за то, что делала.
«Хорошо?» — рявкнул Дюпри. — Вы собираетесь помочь или как? Если вы этого не сделаете, нам придется ждать детектива из полиции провинции Онтарио, который придет нам на помощь. Это может занять несколько дней, а улики имеют тенденцию исчезать, уничтожаться или быть растоптанными, если их не собрать сразу».
Си Джей знала, что когда дело доходит до пожаров, пожарные неизбежно повреждают множество улик, поскольку они пытаются потушить огонь. Но всегда лучше собрать то, что не повреждено, как можно быстрее.
— Конечно, — сказала она наконец. «Я помогу. Но я не могу собирать или упаковывать улики. Это может повредить вашу цепь улик.
«Вам и не придется. Просто скажите Джефферсону, что и как, и он это сделает, — заверил он ее, и теперь, когда он получил ее согласие, с его плеч сползла скованность. Он тут же обошел стойку и вручил ей клочок бумаги с адресом. «Вот где пожар. Вы захотите взять свой собственный автомобиль, чтобы не застрять там, пока один из нас не закончит. У вас есть GPS?
Си Джей кивнула, взглянув на адрес.
«Хорошо. Я — "
«Капитан!»
Раздражение промелькнуло на его лице при этом окрике откуда-то из задней части здания, а затем капитан Дюпри начал пятиться, говоря: «Отправляйтесь туда. Я приеду на своей патрульной машине.
Он не стал дожидаться ответа, а повернулся и поспешил вокруг стойки и через дверной проем в задней части комнаты, исчезнув из виду как раз в тот момент, когда кто-то снова окликнул его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Си Джей сложила листок бумаги и направилась обратно к своей машине. Не так она планировала начать расследование, но это ее не беспокоило. Расследование редко шло по плану. Черт, как и жизнь, если уж на то пошло, и она научилась справляться с ударами, которые обрушивались на нее. Тем не менее, участие в полицейском расследовании было несколько неожиданным, и в данном случае она не ожидала этого, поскольку дело касалось «шашлыка (пирожка)». Ее нос сморщился от термина, который они использовали в силовых структурах для описания жертв убийств, чьи останки были сожжены. У них было много прозвищ для жертв. Гражданские, вероятно, посчитали бы их бессердечными и жестокими по большей части, но когда расследуешь зверства, совершенные людьми друг против друга, нужно найти способ отделить себя от этого эмоционально, иначе это разорвет вас на части. Прозвища были лишь одним из способов, которыми они это делали.
Сэндфорд был относительно небольшим городком с населением 12 000 человек. Кому-то может показаться, что это не мало. Были и гораздо меньшие города, но 12 000 — это мало для того, чтобы иметь собственное полицейское управление. Большинство городов Онтарио такого размера, а некоторые даже с большим населением, отказались от расходов на содержание собственного отдела в пользу заключения контрактов с провинциальной полицией Онтарио. Сэндфорд до сих пор избегал этого. Но в то время как город был не таким уж большим, когда дело дошло до населения, он был намного больше по физическим размерам благодаря тому, что был фермерским городом, и потребовалось почти двадцать минут, чтобы добраться до адреса, который дал ей капитан, который в итоге вывел ее на сельскую дорогу с большими полями и редкими фермерскими домами.
Си Джей могла видеть дом с расстояния в несколько минут или, по крайней мере, бушующий в нем огонь. Здание представляло собой старый кирпичный фермерский дом, и огонь все еще бушевал, несмотря на то, что две пожарные машины и более дюжины мужчин доблестно сражались, чтобы его потушить. Си Джей подъехала к длинной веренице пикапов — она предположила, что это пожарные-добровольцы — припарковалась на обочине очень длинной подъездной дорожки и направилась по гравийной дороге к хаосу тел, движущихся вокруг пламени. Она была примерно на полпути, когда услышала «ви-у ви-у ви-у» машины скорой помощи и увидела, что она несется прямо на нее. Си Джей пришлось ступить на траву, чтобы дать ей возможность проехать, но затем она продолжила движение вперед, направляясь к единственному мужчине в массе людей впереди, который был одет в полицейскую форму.
Боль, боль, боль. Вот что разбудило Мака. Каждая частичка его тела была в агонии, от кончиков пальцев на ногах до макушки, и каждый дюйм его кожи был словно в огне. Крик агонии поднялся в его горле, когда голоса пронзили облако страданий, отвлекая его.
«Боже мой.»
— Что такое, Сильвия? Он умер? Мне выключить свет и сирену?
— Нет, Арти. Он все еще жив, но он… ну, он исцеляется.
«Что?» — спросил Арти. — Что ты имеешь в виду под исцелением?
— Он выздоравливает, — сказала Сильвия с чем-то вроде благоговения. — Волдыри… Ты должен это увидеть, Арти. Это ненормально. Притормози и…
Слова женщины замерли, когда Маку наконец удалось открыть глаза.
— Ваши глаза, — выдохнула она с изумлением, когда машина скорой помощи начала замедляться. — Они серебряные.
«Что такое?» — спросил Арти. Как теперь понял Мак, это была машина скорой помощи. Форма женщины и каталка, на которой он лежал, выдавали это.
Это означало, что он едет в больницу, понял Мак и знал, что этого нельзя допустить. Поднявшись на каталке, он вонзил свои клыки в шею женщины-скорой помощи и начал пить.
