— слишком уж быстро тот двигался. А уже в следующее мгновение стало не до того — сознание переключилось на рой выпущенных стрел, каждая из которых была пропитана силой Бездны, но при этом ещё и окутана божественным светом эллинского отродья.
Я тоже взмыл в воздух, встретив стрелы мощной волной энергии. Предполагал, что она уничтожит их все до последней, но выброса хватило лишь на то, чтобы спалить треть снарядов. Пришлось бить повторно, заодно выставляя барьер. И вот тут меня ждал неприятный сюрприз.
Сами стрелы, нацеленные в моих спутников и летящие с колоссальной скоростью, развёрнутый мной щит остановил. Но при этом обрушил на «искру» сильную отдачу, которая хлестнула изнутри шипастыми плетями боли.
Впрочем это не помешало мне обрушиться всей своей мощью на Аполлона, сдавливая его защиту. Сандал, наконец дождавшийся команды, устремился к цели, а я на всякий случай рявкнул.
— Дарья, жги его!
Но ожидаемого удара драконьей силы не последовало. Вместо этого в воздухе полыхнули чёрные клинки, которые рассекли мою силу, засыпав «искру» волной импульсов боли — та завибрировала, дестабилизируя весь энергетический каркас. А следом сразу несколько клинков устремились навстречу Сандалу. Два он развеял пламенем, ещё от пары увернулся. Но вот пятый вошёл точно в крыло дракона, рассекая призрачную плоть и заставляя того рычать от боли.
В голове яростно пискнул Мьёльнир, который запустил в противника не меньше сотни каменных копий, преобразовав в них обломки зданий. Я же, пользуясь короткой передышкой, глянул вниз, пытаясь понять, почему Рюриковна никак не отреагировала на мой призыв.
Картина, надо сказать, там наблюдалась странная. Асука застыла в напряжённой позе, держа перед собой короткий клинок. Только вот острием он был обращён к самой японке — как будто она решила вспомнить былые традиции клана и прикончить саму себя. Ульяна обеими руками обвила Прохора, буквально повиснув на бледном юноше. А Дарья стояла на коленях, упираясь одной рукой в разбитую брусчатку и смотря в никуда остекленевшим взглядом.
Окружённая водным столбом Найхва замерла в стороне от остальных, но признаков активности тоже не проявляла. За какие-то секунды, женская часть отряда разом вышла из строя.
С мужской, дело обстояло не лучше. Олег сжимал дрожащие от напряжения руки Асуки, вовсю расходуя силы, чтобы не дать деве пронзить себя сталью, на которую она сама же долго и старательно наносила руны, а потом ещё и воспользовалась помощью Мьёльнира, превратив оружие в убийственный артефакт. Прохор щедро вливал энергию в Ульяну, чей энергетический каркас бешено пульсировал, как будто собираясь взорваться. А Оболенский застыл рядом с царевной, накрыв её пологом призрачной защиты и одновременно с этим, как будто пытаясь сдержать.
Вот Измайлов оставался в строю. Но толку от истощённого схваткой молодого бога, было немного. Хотя он прямо сейчас атаковал Диониса, пытаясь то ли на самом деле достать противника, то ли просто отвлечь его внимание.
Именно тот и был источником всех проблем. Отчего-то разжиревший эллинский бог, чьё брюхо напоминало громадную пивную бочку, обтянутую тогой, тянулся своей силой ко всем нашим девам, используя свою способность воздействовать на женские разумы и состояние их тел. Только в его случае, к обычной божественной мощи примешивалась энергия Бездны. Не та, к которой я привык, а совсем иная. Ревущая, жёсткая, искажающая реальность.
В обычных обстоятельствах, Дионис мог вынудить деву желать соития или веселья. А при желании вовсе сделать блудницей, которая станет отдаваться любому мужчине, пока не прекратит действовать его божественное плетение. Но сейчас он овладел разумами четырёх богинь, что было абсолютно немыслимо. И мне даже страшно представить, что творилось в их головах.
Всё это я запечатлел за какую-то пару секунд передышки, которую обеспечил поток каменных копий Мьёльнира. А потом воздух огласил довольный рёв Аполлона.
— Как в старые добрые времена, римлянин! Мы снова режем ваши глотки и забираем ваших женщин. Только в этот раз ещё и спалим Вечный город.
Коротко хохотнув, впился в меня взглядом, удерживая стрелу на тетиве.
— Каждый раз так делаю, в любом новом мире. Не поверишь, но нет слаще удовольствия, чем сжечь Рим.
Внутри плеснуло яростью — я едва сдержался, чтобы вновь не броситься в атаку. Рано. Сначала нужно придумать план. Внизу четыре девы, что находятся под ударом и трое моих соратников, которые пытаются их прикрыть. Если не разберусь с эллинской тварью напротив, все они погибнут И если учесть, что их противником является Дионис, это будет ещё не самый худший вариант.
— Его сс-с-сила бьёт в ответ при контакте, я ничего не могу сс-с-сделать, — тонко пропищал в голове Мьёльнир.
Перед входом в портал, он снова принял форму браслета и похоже теперь был этому рад. Но вот информация была не слишком полезной — этот момент я и так прекрасно зафиксировал.
— Ищи способ пробить его защиту, — ответил я, после чего сразу переключился на второго спутника, попросив его поискать что-то подходящее ситуации среди техник переданных Тьераном.
Сандал, который сейчас спешно сращивал разрубленное крыло, укрывшись кварталах в семи отсюда, раздражённо рыкнул, что уже ведёт поиск. Я же глянул на довольного собой Аполлона, который почему-то не спешил выпускать новую стрелу. Хотя, о причине догадаться было несложно — фавново отродье видело, что мой отряд стал недееспособным и видимо рассчитывало вдоволь поиздеваться над одним из ненавистных врагов, что поставили на колени его пантеон.
Тем не менее, что-то ответить ему было нужно.
— Сражаешься с одним римским богом, при этом нося рабский ошейник с именем второго. Знаешь, это лишний раз подчёркивает, насколько вы слабы и убоги, пока не появится хозяин.
На лице эллина заиграла улыбка.
— Даже не пытайся, римлянин. В том, кому мы подчиняемся, не осталось почти ничего от римского бога. Может ты не в курсе, но он бросил гнить собственную сестру в каком-то забытом всеми мирке.
Радостно засмеявшись, продолжил.
— Хотя как ты можешь быть не в курсе, если в тот мирок отсюда ведёт целый мост.
Мьёльнир молчал — вариантов у каменного спутника не было. Связь с остальными членами отряда, была настолько слабой, что я не мог толком различить их эмоции. Воздействие Диониса мешало контакту. Зато я прекрасно понимал, что с каждой секунды сил у них становится всё меньше. Девы теряли свою энергию, отдавая её врагу и заодно высасывали её из мужчин, что пытались их поддержать. Одна Найхва каким-то чудом справлялась в одиночку. Но сколько она так продержится, неизвестно.
— Ты же понимаешь, что напав на меня, подписал
