Марк криво усмехнулся, уж очень нелепо звучало последнее слово в устах этого жалкого представителя псевдопернатых.
- Внутри у тебя так же как и снаружи? - с трудом разлепив онемевшие губы спросил Марк.
- Что ты имеешь в виду, мою внешность и мой внутренний богатый духовный мир или у тебя на уме что-то неприличное?
Марк опять попытался улыбнуться:
- Нет. Я имею в виду квартиру и паутину.
- Ах, паутину, а я-то подумала... Нет, паутина у нас только снаружи. Внутри она не выживает. Сама зараза вянет!
- Ладно. Проводи меня во внутрь, а потом... - Марк запнулся, но хмыкнув все же произнес это нелепое слово: - СЛЕТАЕШЬ!
ЕГО спина напряженно выгнулась, хвост нервно дернулся...
Внутри и правда было чистенько и уютно.
"Что же мне еще надо?!" - с тоской подумал Марк. - "Зачем я пытаюсь вести эту глупую бессмысленную борьбу? Давно пора было плюнуть на все и... получить что причитается".
Марк безвольно присел на краешек кровати.
- Ну, вот и я! - радостно объявило давно уже отлетавшее свое непутевое создание, прижимая к бесполой груди бутылку. - Так что будем пить или...
Марк исподлобья глянул на женщину, тяжело вздохнул и мрачно буркнул:
- Будем пить!
...капля яда сорвалась и стала медленно-медленно падать...
- Ты уже уходишь? - покорно спросила женщина, глядя в окно затянутое снаружи плотным слоем паутины.
Марк молча вздохнул.
- Ну, и вали тогда!!! Чего же ты медлишь?! - зло выкрикнула женщина, припав лицом к стеклу.
Марк сгорбившись проковылял к выходу, ощущая как паутина шурша волочится за ногами.
"Может у меня в запасе есть еще хотя бы один день?" - Марк выбрался на улицу и остановился в полной растерянности.
Вокруг была ночь. Неторопливая словно сама смерть, которая точно знает, что какие бы действия не предпринимал человек, их встреча неотвратимо состоится. Рано или поздно.
"Рано или поздно", - подумал Марк, - "почему это обязательно бывает рано или поздно? Почему никогда - вовремя?"
Куда идти было совершенно непонятно. Этот район для Марка был чужим, а он был чужим в этом районе. А может чужим и в этом городе, и в этом мире - с ночами оплетенными паутиной. С душой пустой холодной и черной, как эта ночь. С душой, словно это небо, где светится столько ярких, но таких безумно далеких звезд...
- Я мертв, - глухо произнес Марк, но голос его утонул в комьях спутанной паутины.
...матово блеснувшее лезвие ятагана, описав широкий полукруг, с хрустом вонзилось в ЕГО, обреченно застывшую в ожидание желанного избавления, спину.
"Завтра будет день! Завтра, наверное, будет еще один день, но ему наплевать, буду ли я. Выплыву ли я из мучительных объятий паутины или захлебнусь безмолвной музыкой ночи!" - Марк в тоске заметался по ночному городу, не видя перед собой ничего, кроме всепобеждающей всесильной паутины. Словно потерявшее от вожделения голову жалкое насекомое, он спешил на свет окон в ночи, но натыкаясь на паутину испуганно шарахался в сторону и снова бежал... Бежал, пока стремительно растущая паутина окончательно не оплела ноги.
Потом Марк некоторое время полз, хотя разумом понимал, что это уже не имеет смысла.
На какое-то время Марк впал в забытье, а когда наступило временное просветление, он вдруг обнаружил, что лежит почти полностью упакованный в серый пыльный кокон, продолжавшей расти паутины. Лежит на пороге дома, в котором живет Марта.
"Если дотяну до рассвета, значит все будет хорошо", - вяло подумал Марк, даже не замечая, как паутина проворно затягивает последнюю проплешину в плотно подогнутом сером коконе, отделяющем Марка от всего остального мира...
Яд лениво стекал в разверзнутую рану...
Рано утром Марта, выходя из дома, случайно обратила внимание на то, что в самом темном углу подъезда лежит огромный комок паутины, похожий на лопнувший пустой кокон.
Равнодушно пожав плечами Марта вздохнула: паутина сегодня была особенно обильна и крепка, но все же Марте удалось вырваться из ее смертельных объятий. Даст бог и завтра Марта тоже ее одолеет!
Почти весело Марта устремилась к выходу туда, где в дверном проеме, сквозь неровную бахрому разорванной паутины, был виден яркий солнечный свет.
Под ногами раздался громкий неприятный хруст. Марта вздрогнула, остановилась и щурясь после яркого света попыталась разглядеть, на что она, собственно, наступила.
На грязной заплеванной лестнице, покрытой толстым слоем паутины, занимая своим безобразным уродливым телом почти всю поверхность ступеньки, лежал гигантский дохлый скорпион, с огромной черной дырой, в спине. Края раны были неровными, и клочья хитинового панциря образовывали нелепый узор, словно полощущаяся на ветру разорванная сеть паутины...
Яд лениво стекал в разверзнутую рану...
Марта невольно поежилась, брезгливо отшвырнула ногой мерзкое насекомое со своей дороги и не оглядываясь выбежала из неуютного сумрака грязного подъезда в новый день.
За котором, скорей всего, придет следующий. А за ним еще и еще... И так будет много-много раз подряд.
По крайней мере, в это очень хотелось бы верить!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
