— Хороший анализ. Твои военные мозги наконец-то заработали. Им нужно оружие и снаряжение, для того, что бы противостоять империи, если она все же отправит сюда кого-либо для подавления сепаратистского мятежа.
— Что требуется от меня?
— Нам нужно привлечь внимание правительства, что бы сюда прислали эскадру с контрразведчиками на борту. Я предоставлю им сведения, и всех быстро переловят. Похоже, что в данный момент спецслужбы считают этот заговор мышиной возней, но нам следует их переубедить.
— Неужели ничего нельзя сделать самим?
— Можно и я это уже делаю. Видишь ли, друг мой, во все изделия, которые производила наша фирма, мы кое-что вставляем, за свой счет, разумеется. А если ты имеешь в виду военные или политические акции, то тут ничего не выйдет: у них все схвачено. За мной следят уже не менее полугода, а о военных, тем более в генеральских погонах вообще говорить не стоит.
— Так вы их прослушиваете!
— И просматриваем, и если потребуется, то и управление перехватим. Ну и еще кое-что, по мелочи.
— Значит, они будут заказывать все для заговорщиков, а вы сможете забрать все себе?
— Да, Ник, примерно так. Хотя я конечно же не всемогущ.
— Ничего хитрее еще не слышал. Но я с тобой. Я присягу давал империи, а не лично министру сектора. Так что я за империю, она мне генеральское звание дала.
— Ну, тогда можно вылезать, но наверху, ни слова. Говорить можно только в тех местах, где у меня глушилки стоят или колокола, такие как этот. Поищи канал связи, подумай, как привлечь внимание контрразведки. Наверху можем говорить только о чем-либо нейтральном. Все пошли.
— Одного не пойму, почему ты от жучков не избавишься?
— Тогда те, кто следит, меня подозревать начнут, и новых жучков насуют, вероятно, более хитрых. И может статься, что я их не найду.
Через полчаса мы с Ником пили хороший коньяк. В теле была приятная истома после турецкого массажа.
— Ну и костоломка! — ухмыляясь, заявил Ник, — зато потом чувствуешь себя как младенец.
— Да отличная вещь, но еще лучше после парной, когда тело мягким становится.
— Бен, тебя не затруднит показать мне мое новое поле деятельности?
— Ты хочешь осмотреть лаборатории и цех? Это можно. Собственно лабораторий три и два цеха. Каждый цех работает на свою корпорацию, и каждая лаборатория тоже. При этом они думают, что они единственные.
— Стоп, Бен! Ты же работаешь с двумя корпорациями, а откуда три лаборатории?
— Ник, а я! Должен же я иметь что-то для себя! Скажем так, для души.
Я снова поднес ладонь к уху в виде локатора.
— У меня там невинные игрушки, да и сотрудники только я и Питер. Мы скорее развлекаемся, чем работаем.
— Знаю я ваши развлечения: вы развлекаетесь, а после очередного военного монстра на рынок выкинут.
— Не стану отрицать, бывало и такое. Вот что я хочу предложить, Ник, может, начнем работать завтра. Ты с утра получишь задание от шефа, привезешь документацию, и мы приступим. А сейчас поедем в рыцарский клуб, помашем мечами или секирами.
— Ладно, Бен, раз ты не в настроении, то завтра, а в клуб поезжай сам. Ты же знаешь, что я современный солдат и мечи мне как-то непривычно держать в руках.
Когда Николос уехал, я отправился в клуб. Надо сказать, что я был одним из отцов основателей этого клуба. Я вложил в него немало денег, хотя и не больше чем другие: все-таки я не самый богатый человек на этой планете. Но зато идея рыцарского клуба принадлежит нам с Питером. Питер — это мой племянник и наследник, а так же совладелец компании. В Морли Б&П технолоджи ему принадлежит десять процентов. Так что он весьма состоятельный, но скромный и трудолюбивый и очень талантливый молодой инженер. Само по себе Б&П, в названии фирмы, означают Бенджамин и Питер.
Вообще-то племянник весь в меня, мы с ним одного роста: метр восемьдесят один, оба с темно-русыми волосами, вот только носы отличаются: мой прямой, а его с небольшой горбинкой. Частенько его принимают за моего сына, настолько мы похожи.
В клубе только директор в курсе того, что я один из шести учредителей, но ему строго настрого запрещено разглашать этот секрет. Клуб предназначен для людей состоятельных. Членство в нем стоит недешево. Но и сервис на самом высоком уровне. Каждый может почувствовать себя рыцарем, получить уроки от самых лучших специалистов, сразиться с равным партнером, поучаствовать в средневековом турнире. При этом все необходимое дает клуб. По уставу разрешаются только собственные кони и оруженосцы, если они у вас есть.
Я переоделся и отправился в рыцарский зал, любимый мной более других. Мне нравились тяжелые доспехи и тяжелые двуручные мечи. Но и с другими видами холодного оружия я тоже практиковался. Хотя одноручное оружие всегда казалось мне слишком легким. А еще мне нравились арбалеты.
Для любителя я был хорош, но на чемпионский титул никогда не претендовал. Это удел профи, а они занимаются этим ради денег, кстати, весьма неплохих. Мой клубный рейтинг был в конце первой сотни, а это означало, что при невероятном везении я мог подняться места до пятидесятого.
— Не желаете сразиться, — раздалось позади меня.
Я обернулся. Передо мной стоял крепкий мужчина среднего роста, круглолицый и светловолосый. Приятная улыбка на его лице располагала к общению.
— А каким оружием вы предпочитаете сражаться?
— Меч и щит, или чекан и щит.
— Интересное сочетание. Тогда я бы предпочел бой с равным оружием: меч и щит. Кстати, я Морли, Бен Морли, владелиц фирмы.
— Я Джулиус Кимберли, директор банка и я почту за честь, сэр, сразиться с вами.
Глава вторая — Секреты
Мне нравился Сунь-цзы. В наше просвещенное время мало кто помнит о нем. Кто-то когда-то давно, посчитал, что его книга «Искусство войны», устарела в эпоху лазерных пушек и космических сражений. Между тем эта книга учит не только войне: она учит наилучшему способу жить и принимать осмысленные решения. А его трактовка шпионской деятельности — поистине бессмертна. Ведь меняются средства, но не принципы. Кто думает иначе — обречен.
В наше время шпионы не утратили своей актуальности. Человечество стало даже более любопытным и еще более интересуется секретами своих ближних. В такой ситуации естественно возникает желание сохранить свои секреты, особенно если от этого зависит твоя жизнь.
А моя жизнь была в опасности. Кого может обмануть акула, предлагающая называть ее Джо? Это ведь только для того, что бы усыпить бдительность будущей жертвы. Исходя из этого, я занялся срочным конструированием системы абсолютной защиты от прослушивания и подглядывания. Я собрал все способы глушения самых разных сигналов и за две недели создал шедевр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
