Читаем без скачивания Клинки севера - Алина Илларионова

— Сиди, сиди пока. Для тебя новости есть. Хорошие. В скошене ты в составе посольства плывёшь в Скадар и там пробудешь до славицы будущего года…

— Зачем?!

— Что значит «зачем»? Послали, значит, поплывёшь! В этом году решено отправить с посольством подданного Его Величества не магической профессии и не людской расы, дабы подчеркнуть дружественные отношения пяти неверрийских рас. На совете из нескольких предложенных нами кандидатур единогласно выбрали твою. Причём маги за тебя словечко и замолвили.

— Кто замолвил?

— Что значит "кто замолвил"? Ему честь оказали, а он ещё и недоволен! Винтерфелл, ты в Университете личность известная, так что не удивляйся.

— Да нет, просто я думал, что назначат старшекурсника или преподавателя…

— Его Величество одобрил.

— Ясно.

— Это радует. У вас в личной охране сейчас Рэйв Гром начальник, верно? Лет через пять-семь он уйдёт в отставку, поедет к себе в имение, хлопок выращивать будет… Появится вакансия. Надеюсь, это тоже ясно? Так что, Винтерфелл, плыви, набирайся опыта в дипломатии. Кстати, в Скадаре исповедуют политеизм, вот и потренируешь силу воли, крепость духа и терпимость к иноверцам. И ещё одно… Винтерфелл, избавляйся от своих деревенских замашек. Ты вчера что сказал господину Вирту на лекции по "Истории отечественного законодательства и права"? "Закон — что дышло, куда завернёшь, туда и вышло…" — директриса прикрыла губы ладонью.

— Кхм. Да, я сорвал занятие, виноват… Но на практике так чаще всего и выходит, да и господин Вирт успел надиктовать материал.

— Ладно, Винтерфелл, свободен!.. — ещё смеясь, отмахнулась женщина. — Это приказ!

Вилль улыбнулся скромно, вежливо, с крохотной толикой смущения, дав понять, что остроумие директрисы оценено по достоинству. Момент был более чем подходящий.

— Госпожа Нэйран, а можно одну просьбу? Я хотел бы взять с собой денщика, Эданэля, а то у него, кроме меня, никого нет.

— Почему бы и нет? Прислугу с собой брать не воспрещается, даже, в некотором роде, солидно… Денщика бери, а домового оставь здесь.

— Симку?! Но…

Директриса хлопнула ладонью по столешнице.

— Винтерфелл, я всё понимаю, но Симеон тебя ославит на весь Скадар, да и всё посольство в придачу! Ладно, мы к его выходкам привычные, а они? А помимо этого, — продолжила она, — его могут украсть. Домовых в Скадаре нет, и такая диковинка пойдёт на вес золота. Оставь его, скажем, господину Белизу, он маг надёжный. Посольство отплывает в начале скошеня, так что сдавай экзамены, отдыхай, собирайся. И — в путь!

Из главного корпуса Университета Арвиэль вышел потерянным, машинально погладил крыло каменного грифона, одного из двух привратников, что вот уже более ста лет охраняли крепнущие умы студиозусов от самораспада. (А студиозусы считали, якобы в правом грифоне поселился дух Халява, и перед экзаменами клали в его клюв зачётки, дабы привлечь удачу.) Погружённый в собственные думы, Вилль и не заметил, как ноги сами вынесли его на площадь Свободы к фонтану Желаний. Он присел на бортик и достал из кармана письмо. Вздохнул. Если отправить его, то Алесса, конечно, приедет и успеет как раз к отплытию. Ради краткого мига расставания.

Нет.

Бледно-фиолетовые хлопья, кружась лебяжьим пухом, мягко осели на воду. Следом плюхнулась монетка.

***

Первого скошеня 1436 года от Слова Божия "Златый Лев" снялся с якоря и вышел из залива Четырёх Ветров. Утро выдалось ясным и безветренным, но никакой штиль не заставил бы послов Неверры отложить визит к соседям по границе. На корабле находилось четверо магов, среди которых — магистр Мариус Аттеа, сам заведующий Белой кафедрой воздушной стихии. Команда и пассажиры столпились у левого борта, прощаясь с родным берегом, столицей и горожанами.

На сей раз в состав посольства вошли не только люди, но и представители от орков и эльфов. Зеленокожие степняки умудрились протащить на «Льва» камышового кота, которого решили превратить в корабельного. Сейчас животное завывало с верхушки средней мачты, гоняя если не мышей, то хотя бы чаек. Трое посланцев Силль-Миеллона, синхронно развернувшись, удалились в свои каюты. На верхней палубе остался лишь один эльф-аватар, которого вполне устраивало творящееся безобразие. Провожающих на берегу — тоже. Жители Равенны вырывали друг у друга подзорные трубы, и лишь император Аристан невозмутимо стоял на помосте аки скала над свирепыми морскими бурунами. На его трубу посягнуть не додумались.

Проводы грозили обернуться бардаком, когда Мариус сгустком воздуха сбил животное. Кот заскользил вниз, полосуя когтями парус и обругивая всех двуногих, вместе взятых, а на палубе задрал хвост и куда-то удрал. Вилль очень надеялся, что к его сородичам. С ними он не поладил сразу из-за разницы в возрасте и, как следствие, в мировоззрениях.

Аватар тяжело облокотился на борт. Да, без Симки будет грустно. За умеренную со своей точки зрения плату господин Белиз разорвал связь хозяина и домового и взял кота на попечение.

Тем временем, поднятый Мариусом ветер свился упругим кулаком, который уверенно подтолкнул корабль на юг. Увлекательное путешествие по Бескрайнему Океану должно было завершиться в Катарине-Дей — столице Скадара, некогда врага Неверры, а сейчас приятеля по торговым делам и магическим.

В небо полетели шапки, в воду — цветы, император поднял руку, а кот объявился и вновь оседлал любимую мачту. Весело было всем. Почти.

Когда Равенна скрылась из вида, Вилль подошёл к мачте и, сощурив пожелтевшие глаза, задрал голову к солнцу.

— Назначаю тебя дозорным, новобрранец!

Кот не возражал.

ГЛАВА 2

Златень 1436 года от С.Б. Скадар

— Отвечай, ну?

— Не помню!

— Говори, смертник!

— Ни за что!

— Говори немедля!

— Можешь делать со мной всё, что хочешь, но я не скажу ни слова!

— Хорошо! — покладисто кивнул мучитель и сцепил руки в замок, что предвещало долгий разговор. — Один из ценнейших деликатесов скадарской кухни — так называемый мормор" суи. Для этого рыбу пика" суи вывешивают на солнце, и она вялится в течение пяти дней. За это время налетевшие мухи успевают отложить яйца, из которых вылупляются личинки. Так что, если увидишь на столе блюдо с рыбой и рисом — не обольщайся! Это вовсе не рис, а…

— Я скажу, скажу! Изверг…

— Я жду.

— Вилка-нож серповидной формы с зубцами на конце — для нарезки и раскладки сыра. Вилка с двумя удлинёнными зубьями — для лимона и прочих цитрусовых. Вилка с тремя зубцами — для ракушек. Вилка с четырьмя зубьями и углублением для отделения костей — для рыбы, а с тремя длинными — для МЯСА!!! — аватар хищно клацнул зубами и повалил брата на койку — подобные допросы всегда заканчивались потасовкой. Они грохнулись и покатились по каюте, но спустя пару секунд Вилль уже восседал верхом, уткнув противника лицом в пол и заломив ему руку за спину.

— Хорошо, хорошо, ты победил, как всегда, — Дан хлопнул ладонью, признавая поражение. Этого оказалось достаточно, чтобы Вилль угомонился, помог ему подняться и даже отряхнул рубашку.

— Потому что я сильнее, быстрее, ловчее и… глупее. Аэшур, я там обязательно дров наломаю!

— Э-да-нэль! Никаких прозвищ — это слишком подозрительно. И всё у тебя получится, братишка. Главное — уверенность в себе! А ваш покорный слуга, л" лэрд Винтерфелл, с величайшим удовольствием сгладит занозы на вашем стуле и прикатит пуфик.

…Вот в последнем сомневаться не приходилось. Дан готов был притвориться кем угодно, лишь бы проникнуть в Катарину-Дей с достоверной легендой. Восемью месяцами ранее туда отплыла команда активистов во главе с некой Ярини, уверенных в том, что Скадар вновь планирует вторжение в Неверру, да только на сей раз у них есть и поддержка с севера: мятежники, берберианцы, просто лихие, падкие до денег люди. Сами они называли себя Сознающими, а Вилль, посетив первое и последнее собрание в Равенне, на выходе обронил одно слово «террористы». Хоть и с благими намерениями.

Новогодняя Ярмарка, накануне которой Арвиэль познакомился с братом, ознаменовалась не только салютом, но и трагическими событиями. Восемьдесят шесть северингцев погибли в битве, развязанной колдунами, за проклюнувшийся Источник Магии. А сколько остались без крова? Заговорщики погибли все до единого, а слов лохматого двадцатитрёхлетнего паренька оказалось недостаточно, чтобы убедить в заговоре этих суровых людей в тёмных одеждах и императора, всеми силами пытавшегося сохранить мир между Неверрой и Скадаром. Считать память аватара не удалось. Мелкие бунты и всплески чёрной волшбы явлением были заурядным, и в Равенне и пригороде устроили очередную чистку. Накрыли шайку некромантов, которые в свободное время мирно разводили овечек. «Заговорщики» даже имени себе придумать не удосужились. Четвероногие продукты деятельности вскоре перемёрли, впрочем, как и маги. Едва начался допрос с пристрастием, как дым изо рта — и два десятка трупов. Эданэль же и Сознающие утверждали, что события развиваются по цепочке, на конце которой здоровенный шипастый шар, и ударит этот кистень в скором времени по Равенне…