- Алё?
- Медея! – голос Костика ввинтился прямо в ухо. Мужчина замер, пытаясь соотнести возглас с происходящим. – Трагедия Еврипида – Медея!
- Э … Я не понял, - Антон ещё раз посмотрел на дисплей. Да, определился номер сестры. – Светка в гости зашла, что ли?..
Странно, почему Костик ему сразу не сказал. Вот, они, поди, там и раздавили бутылочку красного! Ну, дают…
- Тошик, ты не представляешь, какая, оказывается, это жуткая жуть! – любовник проигнорировал вопрос про Светку и продолжал возбуждённо живописать в трубку.
- Что?
Временный шустро одевался, почти профессионально оглядывая комнату на предмет забытых вещей. Да, ему явно не впервой в почасовые гостиницы шляться. Ладно, хорошо хоть молча, молодец. Бывают такие мстительные гадёныши – так и норовят в трубку спизднуть что-нибудь, чтобы отыграться за поруганные мечты.
- Да я про Медею эту, – вот далась ему эта Медея! Антон поплёлся к креслу за одеждой. – Знаешь, ей изменил любимый муж, ради которого она там пол-Греции чуть ли не вырезала. И она, представляешь, убила их общих детей!
Он поднял с пола носок и крутил головой в поисках второго.
- Кто?
- Тошик, Тошик… - голос резко стал каким-то усталым и серьёзным. – Какой же ты невнимательный, дружок.
Антон сел на кровать, рассеянно глядя на занавешенное окно. Красно-оранжевые шторы покачивались от лёгкого ветра из приоткрытой форточки. Мужчина поёжился. Раздался щелчок - мальчишка слинял, тихо прикрыв дверь. Хорошо, что хватило ума не клянчить телефон...
Что-то было не так, Антон чувствовал это, но не мог сообразить, что.
- Котя, я тебя не понимаю, - как всегда переходя на деловой строгий тон, когда чего-то не понимал. – Что там у вас происходит? Почему ты звонишь со Светиного телефона?
Тот вздохнул, и стало ясно, что не так: в трубке было очень тихо. Когда любовник звонит из дома, там всегда бормочет телевизор, шумит чайник и немного слышно улицу за окном. Костик всегда открывает окно, даже в минус. Вечно ему жарко. А сейчас – тишина, словно в вакууме. Это напоминает… Антон уловил слабый звук автомобильного клаксона.
- Котя, ты что, в машине? – всё интереснее и интереснее. - Ну-ка, дай мне Светку.
Антон наплевал на то, что Костик может уловить в трубке его движения или дыхание, и начал скоро одеваться. Странная ситуация какая-то - он даже не знал, что думать. Сожитель вообще был одним из самых предсказуемых людей, которых Антон когда-либо встречал. Именно поэтому они и вместе уже шестой год. Он глянул на часы – комната в его распоряжении ещё чуть больше получаса. Сел в кресло. Надо было заканчивать диалог до выхода из номера. Бродить по гостинице в процессе разговора чревато: кто-то хлопнет дверью, заговорит портье – и вот тебе готовый повод для скандала.
- Как ты думаешь, измена Ясона того стоила?
Голос Костика будто звенел. Нет, он явно в машине. Правда, почему-то не слышно двигатель.
- Слушай, Котя! – Антона нервировала вся эта катавасия. Что это ещё за загадки тут?! – Я не люблю, когда мне морочат голову! И…
- … пра-авда? – судя по голосу, тот широко улыбался.
Антон подвис. С одной стороны, он мог легко забить Костика своей агрессией, с другой – необычность ситуации, в которой его Жуков мог бы так откровенно нарываться, просто выбивала почву из под ног.
- Не любишь, когда тебе морочат голову? - всё с тем же счастьем в голосе переспросил любовник.
Антон пытался уцепится хоть за что-то, чтобы понять, какого чёрта происходит с его котиком.
– Мне кажется, ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать смысл фразы «как аукнется, так и откликнется», Тоша. Или ты хочешь, чтобы мы ещё немного поиграли с тобой в игру, где тебе всё всегда сходит с рук?
Вот это ход… Такого он спрогнозировать никак не мог. И, пожалуй, впервые не знал, что ответить. Был бы это кто-то другой, быстренько бы разобрался с фраером, но его Котя?.. Его тихий, улыбчивый, всё понимающий котёнок с купированными когтями? Заранее уступающий в любом споре, готовый на любой компромисс, дабы избежать конфликта?..
- Котя… Я не вполне тебя понимаю, - мужчина закрыл глаза и надавил на них подушечками пальцев. Это какой-то абсурд. – Похоже, ты выпил и, как я понимаю, немало… Давай так – ты дашь трубку Свете, а я…
- Я задал тебе вопрос, Антон, - Костя повысил голос. Господи, кто бы мог подумать, что он может так жёстко чеканить слова! - Ты понимаешь смысл фразы «как аукнется, так и откликнется»?
- Слушай…
- Да или нет?!
Антон резко выпрямился.
- В смысле?! Конечно, понимаю! У меня русский язык родной, вообще-то!
- Но есть один нюанс, да, Тошик? Ты всегда думал, что к тебе это не относится, правда? – Костик снова понизил голос, словно недавней вспышки агрессии и не было вовсе.
- Слушай, мне не нравится, что ты устраиваешь какие-то идиотские разборки перед моей сестрой, - может, хоть так удастся его усмирить. – Я сейчас приеду. Ты можешь подождать меня максимум час, и мы продолжим эту увлекательную беседу?
- Да не торопись, - снисходительно отрезал Костя. – Спешить уже некуда, дорогой…
Антон поморщился. Что за драматичная многозначительность? Никогда не замечал за Константином склонности к театральщине.
- Ну… Есть куда или нет, а я всё-таки поеду, пожалуй.
Он встал и похлопал себя по карманам. Тоже мне, актёр погорелого театра! Спешить некуда, видите ли.
- Её там нет.
Антон заметил на тумбочке ключ-карту и задумался, надо ли её возвращать или оставить здесь?
- Кого где нет, Костя?
- Светы… И Людочки. Их нет.
Было что-то невыносимое в том, как тот это сказал. Словно ногтем по бетонной стене, аж захотелось сжаться. Стало вдруг резко темно, будто за окном тучи заслонили небо и комната стала серой и узкой. Холодной.
- Костя. Дай мне Свету.
Мужчина механически подошёл к окну и посмотрел в бледное облачное небо. Что ж так беспросветно-то?.. Словно плитой придавило.
- Что-то у нас с тобой не получается разговора, Тошик.
Любовник опять вернулся к нейтральному тону. А он именно сейчас понял, что тот был абсолютно трезв.
- Ты всё только «дай, дай»… Так не бывает, дружок, не бывает. За всё надо платить, милый…
Антон заходил по комнате. Может, он пропустил день рождения сестры и это какой-то идиотский розыгрыш? Нет, она родилась в мае, а сейчас начало октября.
- Я не понимаю тебя, Костик, - и сам не узнал свой голос: такой был тихий и потерянный.
Тяжёлый вздох на том конце провода и шуршание, затем отчётливый щелчок зажигалки. Ещё вздох и потрескивание бумаги с табаком.
- Ты что там, куришь? – почему-то это стало последней каплей. – Жуков, блядь! Ты объяснишь мне, какого хуя происходит?!
- Жуков - блядь? – искренне удивился Костя. – Ты точно нас не путаешь, дорогой? Если бы из нас двоих Жуков был блядью, возможно, этого разговора бы сейчас не было.
О как. Антон сел в кресло и начал быстро соображать, где мог проколоться. Ну, известие об измене могло сильно вышибить трепетного Котика из себя, но при чём тут Света с племянницей?
- Слушай, Кость. Давай спокойно всё обсудим, когда я вернусь. Ну, сам посуди – ну не бред всё это по телефону выяснять?
- Антон, да послушай ты меня! Нет никого дома, понимаешь? Нету! – Костик опять начинал повышать голос, раздражаясь.
- Хорошо, я понял! - он автоматически повысил голос в ответ. – Тогда, где вы? Я приеду, и мы всё обсудим.
- А что ты так рвёшься всё куда-то приехать? Ещё десять минут назад ты стоял в бесконечной очереди в налоговую вроде, не? Сурово отшивал меня по телефону. А теперь вдруг разогнался, держите его все!
- Что за бред ты несёшь, Костя?! Мне что теперь, домой не приходить?! Ты на это намекаешь?
Вот это было совсем не кстати. В квартире у Костика все его вещи, включая рабочий ноутбук. Да и жить сейчас негде. Мужчина упёрся пальцами в лоб. Да о чём он думает? Разве котёночек когда-нибудь пойдёт на разрыв с ним? Да тот сейчас же зассыт и включит задний ход, только почуяв угрозу.
