После двадцать седьмой пары я откинулась на стуле, изображая впавшую в кому, и простонала:
— Дени, я больше не могу! Пристрели меня!
— Терпи! Еще больше половины осталось!
— Тебе что, совсем меня не жалко? — я решила сыграть на ее чувствах.
— Жалко, и себя жалко, но сдайся я — ты опять уткнешься в бумаги. Так что сиди. Вон, бери пример с наших музыкантов!
— Ага. Они скоро слюной весь пол закапают.
— Кто? Мы? — дружно завопили они. — Мы тут работаем как лоси!
— Ой, только не надо! — отмахнулась я. — Играть-то вы играете, а сами еще и девушек взглядом раздеваете, хотя многие из них делают это и без вас. Можно подумать, я вас не знаю!
Эту нашу перепалку прервало появление еще одной пары девушек.
На этот раз нам, кажется, повезло больше. Одной из претенденток была статная девушка видимо лет двадцати трех. Черные прямые волосы до плеч, карие глаза, оливковая кожа, правильные, но немного жесткие черты лица. Она была идеально сложена и двигалась с потрясающей грацией.
Когда она танцевала, мы с Дени переглянулись, словно говоря друг другу: «То, что надо!»
Мы записали ее имя: Кашин Ошар, а также телефон, по которому с ней можно будет связаться. В конце Дени добавила, что ее шансы занять это место весьма высоки.
Но была в этой девушке еще одна особенность, о которой я не сказала Дени — от нее исходила сверхъестественная аура. Я такие вещи за версту чую. Скорее всего, Кашин была оборотнем, но, в конце концов, это ее тайна, и она вправе ее сохранять.
Вот, наконец-то, последняя девушка удалилась. И мы обе облегченно вздохнули. У меня аж вся спина затекла сидеть.
— Ну, — спросила Дени. — Кого берем?
— С профессиональной точки зрения тебе, конечно, виднее, ты у нас в этом деле ас, но мне кажется, что наиболее подходящая кандидатура — эта Кашин, та, с черными волосами.
— Мне тоже она приглянулась. Очень пластичная девушка. Сразу видно, что она хорошая танцовщица. Не удивлюсь, если она с детства этим занимается. Значит, ее берем?
— Если ты тоже считаешь ее подходящей кандидаткой, то да, — кивнула я.
Мы как раз вновь подошли к служебным помещениям, и я попыталась было незаметно проскользнуть в наш кабинет, но Дени разгадала мои намерения и с нетерпящим возражения тоном сказала:
— Даже не думай! Домой, домой, домой! Послезавтра к вечеру придешь!
— Но там бумаги… нужно закончить… Еще продукты должны привезти, — попыталась было возразить я.
— Ничего, я со всем разберусь, — пообещала Дени, подталкивая меня к выходу.
Ей удалось выдворить-таки меня из клуба. Уже на улице я сделала последнюю попытку, сказав:
— Ну, так я завтра зайду?
— Никаких завтра! — отрезала она. — Я же сказала — послезавтра вечером. Иди давай.
Я вздохнула и направилась к своей машине — темно-синей Вольво. Она стояла, как и всегда, всего в паре шагов от служебного входа в клуб. Это место числилось за мной, и никто больше его не занимал.
Только сев за руль, я поняла, что действительно устала. Эти бумаги выматывают хуже любой физической нагрузки. Ну ничего, душ и чашка чая (кофе я не люблю) должны мне помочь.
Через полчаса я была уже дома, в своей небольшой квартирке на четвертом этаже. Конечно, теперь, когда я стала совладелицей клуба, мои доходы изрядно возросли, и я могла бы себе позволить более просторное жилище, но я подумала, и решила этого не делать.
Я живу одна, замуж пока выходить не собираюсь, так что зачем мне хоромы? К тому же я привыкла к этой квартире, мне здесь нравиться.
Дома я кинула сумку в прихожей, включила на кухне чайник, закинула в микроволновку пару котлет и, на ходу срывая с себя одежду, поспешила в душ. Потом я сидела на кухне, пила чай и поглощала котлеты с наскоро приготовленным салатом. Капитально кулинарю я только тогда, когда на меня находит, что случается не часто. Признаю, хозяйка из меня фиговая. А стоять у плиты в кружевном фартучке, изображая фею домашнего очага: Ах, посмотрите какая я женственная! Нет уж, увольте! Я лучше лягушку поцелую!
Закончив с едой и вымыв посуду, я устроилась на диване, включив телевизор. Значит, завтра у меня выходной, да и послезавтра мне в клуб только к вечеру. Хорошо. Конечно, я понимала, что Дени все это устроила не спроста. Все дело в том, что послезавтра у меня день рождения. В этот день, двадцать девятого мая мне исполниться двадцать пять. Наверняка она что-то затеяла. Ладно, сделаю вид, что удивлена.
Да, этот день рождения… Не скажу, что я в особом восторге от данного события. В последние годы с этим праздником у меня как-то не складывалось. И все же это не повод, чтобы обижать друзей.
Именно с этой мыслью я уже собиралась лечь спать, когда раздался телефонный звонок. Это еще кто? — подумала я, снимая трубку.
Звонившим оказался Андрэ. Мой хороший знакомый, правда познакомились мы с ним весьма необычно. К тому же он тоже был оборотнем, но еще более редким, чем я. Его зверь — единорог. А еще он маг, возможно, самый сильный. Кстати, Андрэ не оставляет попыток завоевать меня, и до сих пор не понимает, почему я отказываюсь. Что ж, это его проблемы.
— Привет! Как поживаешь? — сходу начал он.
— Замечательно. Дела идут, контора пишет.
— Я всегда знал, что у тебя все получится.
— Правда? — изобразила я удивление.
— Конечно. Кстати, у кого-то ведь скоро день рождения.
— Ну и что с того? — хмыкнула я. — Я не собираюсь его праздновать.
— Почему так плохо? — искренне удивился он.
— Не твое дело, — отрезала я, а сама подумала, что даже устраивай я праздник, его бы вряд ли ожидало приглашение. Не хотела я такого нашего сближения. Так сказать, берегла покой своей души. Да, Андрэ симпатичен (Боже, кого я обманываю? Он чертовски красив), к тому же обходителен и все такое. Прям настоящий прынц. Но это не повод, чтобы бросаться ему на шею с дикими воплями восторга. Во всяком случае, я так считаю.
— Эй, ты что, обиделась? — по-своему истолковал он мое молчание.
— Нет, ничего, — немного рассеяно ответила я.
— Хорошо, — в его голосе что, действительно звучало облегчение? — Но ты все равно получишь мой подарок.
— Надеюсь, ничего магического? — стараясь казаться равнодушной, спросила я.
— Нет. Я знаю, как остро ты реагируешь на магию, — рассмеялся он и положил трубку.
Как всегда не попрощался. Но я к этому уже привыкла. К тому же, бывало, сама этим грешила.
Значит, он приготовил мне подарок. Вот блин! Ладно, надеюсь, это будет чисто по-дружески. Хотя, зная его, маловероятно. Эх! Нет, не буду я себе из-за него праздник портить. Как говориться: день рождения — праздник детства, и никуда от него не деться.
Придя к такому решению, я выключила телевизор и залезла под одеяло. Спать! Спать! Слава Богу, никому больнее не приспичило позвонить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
