Войко впереди навострил уши, тревожно тявкнул, оглянувшись на Муайто. Повернулся в сторону посёлка, прижал уши и, встопорщив шерсть на загривке, припустил бегом вперёд.
Показалось, или он действительно при этом зарычал?
Ох, не нравилось это Муайто! Он оглянулся на мелких. Подустали уже орчата. Плетутся еле-еле.
— А ну-ка, — протянул руку к Арко и забрал у него копьё, — давайте быстро за мной. Догоняйте.
Побежал, набирая скорость, лавируя между редко попадающимися невысокими кустиками колючек. Быстрее орка в степи только оркские скакуны бегают. Они хоть будут и пониже, чем кони у человеков, зато куда шустрее. Вот только воин в степи должен и без скакуна уметь быстро передвигаться. И лучших бегунов, чем кочевые орки, во всём мире не найти. Муайто рванул так, что только ноги замелькали по-над землёй.
Мелкие приотстали, но им тут уже нигде и никак не заблудиться — до посёлка всего ничего. Вон и дымы уже видно.
Только что-то много их. И цвет тёмный. Не как от дров или скотского помёта сушёного. И запах совсем не тот.
Сейчас Муайто отчётливо уловил неправильный запах дыма. Словно кто-то сдуру решил спалить шкуру сдохшего скакуна.
Сердце, и без того часто колотившееся от быстрого бега, зашлось в тревоге, затрепыхавшись подраненным хрюном. Муайто ещё наподдал и понёсся уже совсем не разбирая дороги. Но ближе к становищу замедлился и пошёл неспешно, настороженно озираясь по сторонам.
Показался посёлок, и орк скинул с плеча рогача. Не до него стало. Не зря ему дым не понравился. Плохой был дым. Дым от сгоревших шатров и не только.
Весь посёлок был усыпан телами и залит кровью. Муайто ринулся от шатра к шатру, пытаясь углядеть живых.
Тщетно. Все, кто был в посёлке — женщины, дети, старики — все сейчас лежали бездыханные, растерзанные и изуродованные.
Триска! Где Триска?!
Подскочил к шатру девушки.
Вот её мать с пробитой головой и вывалившимися из распоротого живота сизыми кишками.
Вот самая младшая сестрёнка. И трёх зим не пережила. Лежит на земле, раскинув ручонки и уставившись в небо мёртвыми глазами, с раздавленной в лепёшку грудью.
Вот вообще непонятно кто из стариков уткнулся обгоревшей головой в затухшее уже почти кострище.
Триски не было. Муайто заметался, не зная куда кинуться.
Краем уха уловил рычание. Войко. Это у человеков пёсы громкие да брехливые. Войко не пёс. Он всё тихо делает. Но Муайто его всегда слышит и понимает.
Орк кинулся на звук.
Вздыбленная шерсть, прижатые уши и нервно подрагивающий кончик приопущенного хвоста, угрожающий рык из ощеренной пасти — Войко скалил зубы нависнув над чьим-то лежащим за крайним шатром телом.
Муайто подбежал к волку. Коблитт! Спутать серокожего и низкорослого уродца ни с кем не возможно, хоть вместо лица теперь и каша кровавая. Мертвый. Рядом — убивший его старик Корто с перерезанным горлом.
Короткие напуганные возгласы где-то позади.
Орк оглянулся.
Мальцы подоспели. Кинулись к своим шатрам.
Тойто плюхнулся с разбега возле растерзанных тел близких, обхватив руками мёртвую мать.
Арко же только постоял пару секунд над своими, тихо подвывая и сжимая кулаки. Оглянулся, увидел Муайто и рванул к нему. Подбегая, заметил коблитта, подхватил с земли каменюку и, рухнув перед трупом серого воина на колени, с остервенением принялся разносить тому и без того уже помятую черепушку.
С хрустом стали проминаться кости, расплёскивая кровь и мозги недомерка. А мальчишка продолжал долбить камнем его голову, рыча при этом не хуже Войко.
Вот это орк вырастет! Если доживёт.
— Арко! — резко окрикнул его Муайто. — Арко, брось его! Беги за нашими на пастбище!
Оторвать увлёкшегося мальца еле удалось. Муайто развернул его в сторону выпаса и придал ускорение подзатыльником:
— Давай, воин, приходи в себя и поспешай! Не все здесь лежат. Похоже, забрали серые с собой некоторых. Догонять их надо. Беги!
Но Арко и без того уже уносился обратно в степь.
— Войко! И ты бросай коротышку! Пойдём! Ищи Триску!
Всё так же скалясь, зверь нехотя отошёл от трупа коблитта. Поднял голову, вглядываясь в лицо хозяина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ищи Триску! Зря она тебя что ли подкармливала!?
Волк наклонил голову вбок, выставляя вверх правое ухо, прислушиваясь к словам хозяина. Тявкнул и, развернувшись, потрусил через посёлок, изредка задирая морду повыше да принюхиваясь. Что тут можно было унюхать сквозь дым и тяжёлый запах крови — одним Ушедшим ведомо. Но Войко куда-то шёл, и Муайто надеялся, что тот знает, куда.
Среди тел родичей попадались и трупы коблиттов. Много трупов. Всё же и старики, и даже женщины орков могут за себя постоять. Но, видать, сильно большой оравой серые коротышки навалились. Не справиться с ними было.
В центре становища — разорённые и развороченные шатры вождя и шаманов. И туча вьющихся над телами противно гудящих навозных жуж. Вот где коблитты остались-таки без целой кучи воинов. И старый Киото, и Чанго с другими, все полегли. Но серых напоследок покрошили изрядно. Войко даже обошёл место побоища, чтоб не вымазать лапы в огромной луже уже густеющей крови.
Муайто же не мог пройти мимо. Шагнув к телу Чанго, бывшего ему почти отцом, он коснулся пальцами похолодевшего лба и глянул в небо. Пусть Ушедшие позаботятся о духе старшего шамана.
Это сколько же коротышек напало на становище, если даже дохлых их сосчитать трудно?
Войко уже скрылся за чудом уцелевшим, даже не обгоревшим шатром Болто почти на самом краю посёлка. Нужно догонять.
— Муайто, подожди! — это Тойто. — Я с тобой!
Интересно, воин в нём проснулся или одному оставаться страшно?
— Загляни в шатёр Болто, вдруг есть кто живой.
— Да, Муайто, — мелкий метнулся к шатру. Через пару секунд выскочил назад к охотнику, уже проходящему мимо. — Нет. Пусто.
В руках какой-то корявый каменный нож. Коблиттский, не иначе.
Волк потрусил в сторону реки. И не просто реки, а их с Триской рощицы. Не прямо напротив посёлка, куда большаки гоняли стадо на водопой. Чуть выше. Туда, где деревья росли на самом берегу, наклонившись толстыми стволами и свесив густые ветви прямо над водой.
— Мы куда? — Тойто засеменил рядом, задрав голову и пытаясь перехватить взгляд Муайто. Но тот лишь неотрывно пялился на рощу, надеясь заметить хоть какой-то обнадёживающий знак.
— Туда, — махнул он рукой в сторону деревьев.
— Ага, — кивнул мелкий и бросился догонять волка.
Муайто хотел было его остановить, но сдержался. У каждого орка есть право на смерть в бою. Даже такого маленького. Либо научится чувствовать опасность и справляться с ней, либо отправится в Туманные Пределы на попечение Ушедших.
Трава, чем ближе к реке, тем выше и выше становилась. Войко уже скрылся из глаз. От Тойто тоже вскоре одна макушка видна осталась. Да и то ненадолго. Скрылась и она. Только колыхание зарослей, смыкающихся за орчонком.
Миг, другой, и Тойто совсем пропал. И тут же раздался его негромкий вскрик.
Муайто перехватил поудобнее копье и замедлил шаг. Кинуться сейчас опрометью к мальку было бы непростительной ошибкой. Серых среди такой буйной и высокой растительности может целая орава скрываться.
И то, что волк себя никак не проявил, ещё не говорит, что опасности нет. Мог затаиться, чтоб напасть вместе с орком. Либо сбежать вместе с ним, если хозяин решит, что враг им двоим не по зубам и лучше уйти без боя. Войко волк умный. Если мелкий попал под нож, его уже не спасти. А бестолково подставляться под удары из скрыта — ни волку, ни Муайто не резон. Им ещё Триску найти надо.
Муайто выдохнул, снимая сковывающее мышцы напряжение и расслабляясь. Движения его стали медленными и плавными. Ноги почти беззвучно раздвигали траву у самой земли, прежде чем встать на неё. Глаза выискивали любую тень опасности. А слух обострился так, что слышно стало журчание неспешно текущей в реке воды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Снова мерный гудёж множества жуж и пыхтение Тойто немного поодаль.
