Доктор вышла из лифта в детском отделении интенсивной терапии. Она должна была проверить еще одного своего пациента, двухлетнего Джона Томаса, чтобы убедиться, готов ли он к тому, чтобы переехать в простой стационар. Женщина вошла в шумный и ярко освещенный коридор. Первым, что она заметила, был ритмично-музыкальный голос молодой златовласой медсестры с мудрыми зелеными глазами. Этот голос Алекс знала очень хорошо. Он принадлежал 28-летней Брин О'Нэйл – медсестре отделения интенсивной терапии, которая частенько просто так посещала хирургическое отделение. Тем не менее, кардиология была ее специальностью. Сама же она была внимательной, доброй, интеллигентной и просто теплой женщиной. Что важнее, доктор Морган обратила внимание, что когда бы Брин ни ухаживала за одним из их маленьких пациентов, они покидали больницу днем раньше, чем положено. Хирург всегда задумывалась, что бы это могло значить с научной точки зрения, что за этим стояло. Детки выздоравливали раньше, и так, просто случалось каждый раз. Об этом знала сама Брин.
Молодая медсестра была замечательной рассказчицей. Еще в начале своей карьеры она рассказывала больным детям легенды и истории, которые успокаивали боль и страх пациентов. Эта практика была настолько успешной, что она даже решила написать труд на эту тему.
Доктор Морган изучала ее маленького засыпающего пациента, после чего улыбнулась Брин. Девушка же принялась рассказывать фантастическую историю обследования ребенку.
На что хирург, вынув стетоскоп из ушей, с небольшой усмешкой сказала: – "Я думаю, что этот малыш любит ваши истории, Брин".
"Правда? Почему вы решили, что это так?" – спросила сестра, слегка покраснев.
"Он смирно спит, работа его сердца и давление – в норме, он не бледен. Думаю, что он готов к тому, чтобы переехать в обычный стационар".
"Ам… Я написала небольшую работу о положительном лечебном влиянии рассказывания историй детям после операций. Дети, за которыми я ухаживаю, способны выздороветь раньше. Но единственная причина, по которой я это делаю, это потому что я люблю создавать для них уют любыми способами, которыми я могу".
Доктор Морган улыбнулась. – "У тебя такой успокаивающий голос… Кажется, что он создан для того, чтобы творить им чудеса. И действительно… Я была бы рада прочесть твой труд. У тебя есть здесь его копия, которую бы я могла увидеть? У меня будет как раз трехдневный выходной, и я бы, для разнообразия, потратила свое свободное время на чтение твоей работы".
"Нет, но у меня есть экземпляр дома. Я бы могла забежать к Вам домой и занести его".
"Отличная идея, Брин, если, конечно, тебя не затруднит".
"Нет, конечно, доктор Морган" – мягко ответила медсестра. – "Я забегу после того, как вы закончите обходы, если вы мне дадите знать, что освободились, просто позвоните".
"Спасибо, я дам знать. А… И еще, пожалуйста, зови меня просто Алекс. Я зову тебя Брин с нашего первого ленча вместе, а ты до сих пор называешь меня доктор Морган".
"Хорошо Алекс … Я просто… Просто… Ненавижу, когда меня зовут сестра О’Нэйл. Это ужасно старит меня!"
Высокая темноволосая женщина улыбнулась. – "Брин, мне нравится твое имя".
Ситуация показалась Брин смутно знакомой. Алекс поправила спящего малыша, погладила нежно его по головке, а Брин в это время безуспешно пыталась вспомнить, где она могла видеть Алекс до этого. Это было совсем недавно. Она наблюдала за тем, как красивый доктор оказывала с каким-то особенным удовольствием помощь пациенту.
"Она не похожа на Ледяную Принцессу. Хотя так ее называли". – Думала молодая медсестра. Это было прозвище Алекс, которое ей было дано кем-то из персонала. Люди наградили ее таким прозвищем из-за ее строгого отношения к ним. Брин даже не хотела думать о других кличках, которыми называли Алекс. Например, "Захватывающая дыхание сука". Хотя, в прочем, она действительно захватывала дыхание.
"О, между прочим, я записана в телефонной книге под именем Э.Б. О’Нэйл, адрес 350 Висперинг Пайн Вэй"
"Э. Б. О’Нэйл?" – Проговорила Алекс – "А почему тут стоит буква Э? Это так и есть, хотя если не хочешь, не говори" – Она внезапно почувствовала себя пристыженной.
"Нет, все в порядке. Элизабет"
"Что же, Элизабет Брин О’Нэйл, завтра я увижу Вас после работы?" – Прекрасный хирург улыбнулась, глядя на Брин, после чего девушка почувствовала, как сжалось ее сердце.
Алекс Морган очень устала. Как только она переоделась в джинсы и длинную с не менее длинными рукавами синюю футболку, она почувствовала, как начала распространятся боль откуда-то из глубины ее грустных голубых глаз. Это не очередная мигрень. Она мучилась из-за невыносимой головной боли годами, и со временем становилось только хуже и хуже.
Открыв аптечку в ванной комнате, она взяла пару пилюль из баночки, наполнила стакан водой и выпила лекарства. Смотря на себя в зеркало, она заметила, что бледность ее лица входит в сильный контраст с ее длинными черными локонами. Прошлая неделя была совершенно изнурительной, и Алекс надеялась на длинный уикенд. Она также очень охотно думала о том, что придет Брин. За последние месяцы они пытались провести ланч вместе, когда только выдавался такой шанс. Брин была приятным во всех смыслах человеком для Алекс, которая очень уважала ее за интеллигентность, за ее преданность пациентам, как это ни странно. Плюс, она казалась очень смелой. Ее не пугала строгость темноволосой женщины. Важнее же то, что она поднимала настроение хирурга, иногда, когда никто не мог этого сделать. Алекс надеялась, что ее головная боль не создаст помех шансу познакомиться с Брин поближе.
Звон дверного звонка прервал ее мысли. Алекс поспешила к двери.
"Я пришла раньше, чем меня ожидали?" – Брин улыбнулась, заметив, что доктор Александра Морган стоит босиком.
"Нет" – Алекс покраснела. "Вы во время, просто… Простояв весь день на ногах…" – Она пожала плечами и неуклюже улыбнулась.
"Окей" – прохихикала Брин. "Я абсолютно все понимаю. Часто мои ноги просто убивают меня, особенно к концу напряженного дня".
Брин была одета в джинсы и цвета морской волны топ, зеленая клетчатая рубашка завершала картину. Она носила рубашку расстегнутой. А эти ее длинные, золотые локоны, разбросанные на плечах… Алекс подумала о том, что Брин выглядит просто восхитительно. И каждый раз, когда она смотрела на девушку, у нее возникало странное чувство dejavu.
"Заходи внутрь, Брин. Могу я тебе что-нибудь предложить? У меня есть кофе, сода, вино… "
"Я бы не отказалась от кофейного напитка, если у тебя есть".
Алекс достала две баночки кофейного напитка из холодильника и протянула один Брин. Алекс надеялась, что кофеин поможет от головной боли, которая становилась все сильнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
