Читаем без скачивания Спираль - Пол Макьюэн

Лиам утвердительно кивнул.

— Японец был разносчиком инфекции, бактериологической бомбой.

— Угадал.

— А что с остальными членами команды?

— Мэддокс мертв. Отвязался, схватил нож и заколол себя насмерть. Тыкал ножом себе в живот до тех пор, пока не свалился от потери крови. Корабельный доктор насчитал двадцать два входных отверстия. Смитсон еще жив, но откусил себе язык. Выплюнул его на пол и все время хохочет как одержимый. Судя по донесениям, там черт знает что творится. День-два после заражения — и человек сходит с ума, впадает в неистовую ярость. Один парень выглядел нормальным, пока не заперся на камбузе с четырьмя матросами. Расстрелял их в живот и потом, уже мертвых, пинал, пока остальные не выломали дверь и не прикончили его. Все одержимы дикой подозрительностью. Как только появляются малейшие симптомы, человека вяжут по рукам и ногам. Свободных коек не осталось, поэтому привязывают к стойкам, трубам — ко всему, что может удержать.

— Боже правый! Сколько человек заразилось?

— Сто восемьдесят восемь. Из них тридцать два уже мертвы. И каждый час все новые и новые трупы.

— Клинические симптомы?

— Температура понижается на один-два градуса.

— А запах откуда? Ты говорил, от них пахнет.

— Ну да. Воняет кислятиной.

— Аммиаком? Как мочой?

— Во-во.

— Мне кажется, я знаю, в чем дело. Смахивает на отравление микотоксинами. Возможно, Claviceps purpurea — спорынья. Или один из видов Fusarium.

Сцилла кивнул:

— Тебя для этого сюда и прислали. Мы все — специалисты по бактериям, но никто из нас не знает грибов. Вот мы и позвонили в Портон. Они выбрали тебя.

— А еще что-нибудь обнаружили? Какие-нибудь физиологические изменения?

— У некоторых нашли во рту спиралевидные образования.

— Такие белые и тягучие? Похожие на сахарную вату?

— Точно! Именно так их описывают.

— Сколько человек пока еще не проявляют симптомов?

— Осталось меньше сорока.

Лиам попытался мысленно объять картину происходящего. Он прежде никогда не слышал о подобной степени вирулентности. Чтобы весь корабельный экипаж заболел за четыре дня?

Сцилла вынул толстую папку из манильской бумаги с грифом «Совершенно секретно» на обложке и бросил ее на стол:

— Вот, прочитай. Закончишь, найдешь меня в рубке связи.

Лиам прочитал.

В папке находился отчет химслужбы сухопутных войск США на двенадцати страницах за подписью генерал-майора Уилльяма Н. Портера. Название без выкрутасов: «Краткое изложение свидетельских показаний Хитоси Китано, отряд 731». Дата: 2 марта 1946 года. Лиам впервые слышал о Хитоси Китано, но слухи об отряде 731 до него доходили.

Отчет начинался с краткой биографии Китано. Служил в офицерском чине в Квантунской армии, оккупировавшей северный Китай. Возраст — двадцать два года. Дядя Китано, популярная личность, подполковник, убит на Филиппинах в 1944 году. Отец с матерью погибли во время ядерной бомбардировки Нагасаки. Последние два года войны Китано проходил службу в отряде 731, занимавшемся исследованиями биологического оружия в китайском городе Харбине, в нескольких сотнях километров от Пекина, но за несколько дней до окончания войны вернулся в Японию. Англичане задержали его в Хирадо неподалеку от Нагасаки.

С этого места отчет содержал показания Китано об отряде 731. Официально отряд назывался Управлением по водоснабжению и профилактике эпидемий Квантунской армии, но на самом деле занимался подготовкой к бактериологической войне. Со слов Китано, отряд сформировали в середине тридцатых годов по замыслу японского генерала Сиро Исии. Генерал по японским меркам был необыкновенно дерзким и склочным, но несомненно высокоодаренным человеком. Он сумел убедить главных военных чиновников Японии, что победу в войне может гарантировать только новое биологическое оружие.

Отряд 731 разросся до гигантских размеров, превратился в японский вариант Манхэттенского проекта.[1] Он исследовал и опробовал разнообразные свойства боевых биологических веществ. Тысячи ученых в ста пятидесяти зданиях внутри шестикилометрового периметра решали одну задачу — создание идеального биологического оружия. Собрав коллекцию патогенов со всего мира, улучшали их качества, выделяли наиболее смертоносные штаммы и проводили испытания. По сравнению с японскими опыты англичан в Портон-Дауне и американцев в Кэмп-Детрике выглядели возней в песочнице.

Китано показал на допросе, что наиболее перспективные вещества проходили испытания в реальных условиях. В Баошане на юге Китая были сброшены «личиночные бомбы» — керамические емкости, разбивающиеся от удара о землю и выпускающие желатиновую эмульсию, начиненную бактериями холеры и живыми мухами. Желатин позволял мухам не погибнуть при ударе, после чего они разносили холеру, садясь на людей, животных, отхожие места, кухонную утварь. До бомбардировки в провинции Юннань никто не болел холерой. Спустя месяц вспышки заболевания были зарегистрированы в шестидесяти шести округах. Через два месяца число погибших достигло двухсот тысяч. Таков был эффект от нескольких бомб, наполненных желатином да мухами и доставленных одним-единственным самолетом.

Лиам был потрясен. Англичане испытывали споры сибирской язвы на острове Гринар у берегов Шотландии — привязывали овец к колышкам и взрывали рядом бомбы с отравляющим веществом, — и это казалось верхом жестокости. Но чтобы проводить испытания на людях? На целых городах? Убивать сотни тысяч ни в чем не повинных? Более чудовищных и преступных экспериментов человечество еще не видело.

В дверь постучал фельдшер с подносом в руках. На подносе — белые таблетки.

— Что это? — спросил Лиам.

— Пенициллин, — ответил фельдшер. — На случай если болезнь и до нас достанет.

— Пенициллин не поможет, — ответил Лиам. — Болезнь вызывают споры, а не бактерии.

Медбрат пожал плечами.

— Мне приказали, я выполняю. Доза для всех одинаковая: по одной таблетке каждые восемь часов. Будете принимать или как?

Лиам отказался. От спор таблетки не спасут. Чудо-лекарство шотландца Флеминга не способно остановить микологическое заражение.

Фельдшер ушел, и Лиам вернулся к чтению отчета. Последние десять страниц были посвящены выдающемуся достижению отряда 731 — открытию грибкового патогена узумаки, что в переводе означало «спираль». Китано говорил, что это оружие судного дня, на случай если родине будет грозить американская оккупация. Китано отвечал за испытание узумаки на живых объектах. Токсин обладал высочайшей вирулентностью, передавался через дыхание, слюну, желудочные соки и фекальные массы.

Китано сказал, что последняя версия узумаки хранилась в семи латунных баллончиках, а те — в опечатанной шкатулке из японского кипариса. Баллончики должны были вручить семи специально отобранным токко, членам отряда добровольцев-смертников. Получив приказ, каждый токко должен был прибыть на борт подводной лодки, закрепленной за конкретной целью, и проглотить узумаки. Как только препарат начинал действовать, его носитель заражал любого, кто вступал с ним в контакт.

Последний раздел отчета был посвящен оценке правдоподобности показаний японского офицера. О разработке боевых биологических веществ японцами в Маньчжурии стало известно еще в 1943 году. Свидетельство Китано в точности повторяло описание отряда 731, полученное из Китая. Оно также полностью совпадало с показаниями Сиро Исии. Японский генерал оставался жив-здоровехонек, торговался с американцами, требуя освобождения от суда за военные преступления в обмен на рабочие записи отряда 731. Исии не знал, что Хитоси тоже попал в руки американцев, но пока что свидетельства двух японцев почти не расходились. Эксперты считали показания Китано вполне достоверными.

Лиама вся эта информация ошеломила настолько, что, когда Сцилла вернулся, он не мог связать и пары слов.

— А как же остальные шесть подлодок? Их обнаружили? А баллончики?

Майор отрицательно покачал головой.

— Никто не верил, пока не обнаружили субмарину с Сейго Мори на палубе и не случилась беда на «Вэнгарде».

— Откуда ты знаешь, как звали матроса?

— От Китано. Я его вчера сам допрашивал.

— Погоди. Разве Китано здесь, на борту?

Сцилла кивнул.

— Уиллогби предпочитает держать его поблизости. По словам Китано, Мори взяли из Токийского университета. Он прошел подготовку камикадзе-торпедника, а затем ему поставили другую задачу — послали в отряд 731, к психопату Исии. Мори было всего девятнадцать лет.

— Зачем сейчас-то нападать? Война закончилась полгода назад.

— А если они просто не знают? Наши думают, что на подводной лодке вышли из строя какие-то механизмы или кончилось топливо. Китано говорит — лодка направлялась к Западному побережью США, чтобы нанести удар на стыке между штатами Орегон и Вашингтон. Мори собирался высадиться на берег и подорвать себя в одном из крупных водохранилищ. Представляешь? Это тебе не экипаж линкора, а целый город носителей узумаки. Возможно, все чертовы Штаты.