хотелось обратного.
В общем, ночь и утро прошли спокойно, а после завтрака началось. Для начала, ко мне в палату ворвались родители, которые сильно беспокоились о моём здоровье, но как-то не очень интересовались причинами произошедшего. Слов о том, что меня избили другие дети, хватило, чтобы они загрузились чувством вины и тревоги… за самих себя. Уж почувствовать сумбур в их мыслях было проще простого. Эмпатия работала нормально, так что ошибиться я не мог.
После того, как родственники свалили в туман, то есть на работу, ко мне нагрянули представители полиции. Бобби были одеты в полицейскую форму и вооружены резиновыми дубинками. Пока один «караулил» вход в палату, второй начал опрашивать меня о произошедшем. Как оказалось, меня пошла искать мать, которая и обнаружила бессознательное тело в луже крови в парке. А самый шик был в том, что избили меня прямо в мой одиннадцатый день рождения. Вот так подарок!
В общем, я не стал сдерживаться и выложил как на духу всю картину произошедшего. В том числе указал имена двух самых озверевших хулиганов и рассказал, что я просто бежал по парку, и тут на меня налетели, избили и отобрали плеер, который утром мне вручил отец в качестве подарка. Особо я напирал на то, что это было ограбление и попытка убийства, так как после избиения до потери сознания есть неплохой шанс вообще отбросить копыта. Достаточно одного «неудачного» удара, чтобы оставить человека инвалидом или устроить смерть от отёка мозга.
Полицейские прониклись моими словами. Я почувствовал, как в их сознании возникла мысль о необходимости решить простую и понятную проблему. Есть имена подозреваемых, жертва жива и способна описать происшествие, не впадая в истерику или соплежуйство. После этого машина правосудия завертелась, и история мира Гарри Поттера свернула на новые рельсы.
После того, как полицейские ушли, ко мне нагрянул врач. Он ещё раз поинтересовался, что со мной произошло, на что я ещё раз отмазался, что всё уже рассказал полиции. Я валялся в постели, скучал и… активно пытался настроиться на окружающий мир. Экстрасенсорика работала без сбоев, и с её помощью я пытался ощутить структуру Договора этого мира.
Договор — это ментальный образ мира, в котором описано, как этот самый мир устроен, что в нём может быть, а чего не может. Я пытался понять, что за магия есть у местных волшебников, и за счёт чего она работает. Увы, толку от этих попыток было немного. Ну да и в прошлом мире всё было не так просто. Сейчас мне нужно набраться сил, а потом встретиться с местными магами. После этого многое сразу станет понятно.
Мои думы о Вселенной и Магии были неожиданно прерваны примерно после полудня. Дверь в палату распахнулась, и в неё зашёл… Вернон Дурсль собственной персоной. Я лично не признал его, а вот мой предшественник пару раз видел этого борова в школе.
— Как ты смеешь клеветать на моего Дадли? — Выкрикнул Дурсль, нависая надо мной.
Я бросил взгляд на дверь в палату и успел заметить, как мой лечащий врач закрывает её с обратной стороны.
— Клеветать? Да твой сынок малолетний преступник. Его судьба — отсидеть срок на зоне, а потом стать типичным отбросом общества. Он напал на меня и избил. Ограбил. Почти убил! Ты что, сюда пришёл завершить начатое и добить меня, чтобы спасти своего сыночка-маньяка? Ты такой же маньяк, как он. Вы ненормальные!
А вот последнюю фразу, я похоже, сказал зря. Дурсль заревел и бросился на меня с непонятными намерениями. Вряд ли он действительно хотел убить меня, но сломать пару костей — запросто. Вот только я не стал безмолвно сносить побои.
— Убивают! Спасите! Насилуют! А-а-а-а-а!!! — Заорал я изо всех сил.
Дурсль даже не думал меня жалеть. Видать, все тормоза в его сознании сорвало, когда он избивал Поттера у себя дома. Пары его ударов оказалось достаточно, чтобы у меня помутилось в голове, а во рту почувствовался привкус крови. В ответ я схватил его за руку, которой он пытался таскать меня за волосы, сунул его палец себе в рот и укусил изо всех сил, стараясь попасть зубами в сустав. Озверевший боров заорал и дёрнул руку, а я почувствовал, как кусок мяса остаётся у меня во рту.
В палату влетела медсестра, которая попыталась оттащить мужчину, но тот пребывал в состоянии невменяемого бешенства, а сил у него было куда больше, чем у тщедушной женщины. Я уже начал думать, что меня и вправду убьют, но тут в палату ворвался полицейский. Он не стал терять время на бессмысленные разговоры, а схватил дубинку и со всех дури влупил ей Дурслю в висок. Тот рухнул как подкошенный, увлекая за собой и медсестру. Я хотел приподняться и посмотреть, что с ним стало, но неожиданно… потерял сознание и отрубился.
1.02 Внедрение
На этот раз возвращение в бренный мир было куда паршивее предыдущего. Вот теперь у меня действительно болело всё. Пару дней я даже говорить не мог. А когда оклемался, попросил позвать полицейского, которому и описал всё произошедшее, не забыв упомянуть о том, что Дурсль попал в мою палату с помощью доктора.
Тут уже машина британского правосудия лязгнула как стальной капкан, и провернувшиеся шестерёнки перемололи Дурслей в труху. Мой плеер нашёлся в доме Пирса Полкисса, а тот, как только почувствовал реальную угрозу, тут же сдал Дадли. Вина Вернона была вне сомнений, но я добавил ему ещё один камень, тянущий на дно, заявив, что слышал, как он угрожал родителям других детей, которых избивал его сыночек. После этого следователи опросили упомянутых мной личностей, и, о чудо, те тут же подтвердили попытки скрыть хулиганские выходки Дадли и его банды.
День рождения у меня был восьмого июня — в самом начале каникул. А уже в середине июля состоялся суд. Меня как раз выписали из больницы, так что я смог посетить финальное заседание, на котором объявили приговор: восемь лет строгого режима для Вернона, и по четыре года воспитательной колонии для Дадли и Пирса. Кроме того, в мою пользу была взыскана компенсация в размере пятидесяти тысяч фунтов стерлингов. Бизнес и все банковские счета Дурслей были арестованы,
