там…
Возможно, там и рельсов больше нет…
Не теряя ни минуты, я кинулся поднимать двух сонь.
— Просыпайтесь, мать вашу! — рычал я на них, шлепая по щекам, а потом схватил бородатого машиниста за виски и провел небольшую «шоковую» терапию.
Он дернулся, а затем открыл глаза.
— Ты кто⁈ Что ты тут?.. Мама!
Да уж в шлеме вид у меня просто зверский.
— Снимай блокировку окон и останавливай машину, — зарычал я, — а то мы тут сейчас все подохнем! Ну!
Он подскочил и тут же бросился к приборам. В следующую секунду раздался щелчок, и я смог раскрыть окно и захлопнуть дверь. После чего стянул задолбавший меня шлем. Наконец-то… свежий воздух…
— Останавливай поезд дурак!
— Мы что на заброшенном пути⁈ — воскликнул машинист, после чего, наконец, допер что к чему, схватился за красный кран и дернул.
Локомотив, разбрызгивая по сторонам искры, завизжал и стал резко замедляться. Я вцепился в сидение и щелкнул зубами.
Представляю какое безобразие сейчас творится в вагон-ресторане, да и во всех остальных купе, хозяева которых не удосужились убрать со столов.
— Не успеем остановиться, тормозной путь слишком длинный! — простонал машинист, указывая вперед.
Сука, впереди точно сверкала река, а над ней чернел арочный мост! И, судя по зияющей по центру дыре, давным-давно обвалившийся.
— Нам кранты⁈ — спросил я, прикидывая, как после падения в реку спасать своих, если они останутся живы.
— Идея!
Машинист кинулся к другому переключателю и налег на него. Поезд снова вздрогнул, а потом раздался чудовищный грохот, и мы оба полетели на пол.
Состав начало мотать и дергать, и кабину трясло настолько сильно, что я смог подняться, только вцепившись в поручни. Так нас болтало где-то минуту, а потом поезд, взвизгнув напоследок, встал намертво.
— Успели, сука! — выдохнул машинист и посмотрел в окно, где все заволокло клубами пара. — Чуть-чуть, и крышка!
Я выглянул наружу. Зрелище меня ждало поразительное — под нами сверкала река, а локомотив встал на разрушенном мосту, не доехав до пропасти считанных метров. Еще бы чуть-чуть, и мы бы скатились в пропасть. Одна половина моста ушла в воду, а другая держалась на честном слове и грозила обрушиться в любую минуту.
Я обернулся, а там было еще веселее. В свете тускло горевших окон вдоль поезда показалась здоровенная борозда в насыпи. И такие «раскопки» тянутся, наверное, метров на триста, а то и больше.
Свесившись вниз, я понял, что сделал машинист — откинул из бортов локомотива три ряда здоровенных зазубренных «лап» величиной с рога Тауруса и опустил их вниз до самой земли. Хорошо хоть не якорь выбросил! Впрочем, это практически одно и то же.
Интересно, зачем они вообще нужны? Чтобы сносить вокзалы, где плохо кормят?
— Неплохая у тебя машина, — повернулся я к машинисту. — Боевая?
— Да, списанный бронепоезд, но еще надежный. Другие составы и не пускают со спецрейсами, — кивнул он, суетясь вокруг приборной панели. — Сука, прилетит нам по первое число…
— Вряд ли. Весь поезд спит без задних ног. Возможно, нам сначала придется разбудить само начальство, а потом выслушивать претензии.
— С дуба рухнул с такими шутками? — и он посмотрел на меня таким взглядом, будто увидел впервые в жизни. — Так, стоп! Ты вообще кто такой⁈
— Я… барон Скалозубов! — я хлопнул машиниста по плечу. — Всегда тут как тут, когда другим грозит беда. Не боись, это была четко спланированная и, к счастью, провалившаяся попытка сбросить поезд в пропасть. Убийца правда утек, но жизни всех пассажиров мы спасли.
— Не шутишь⁈ — округлились у него глаза. — А то такой косяк… За него могут и на виселицу…
— Весь поезд уложили спать каким-то газом, сам проверь. Наверняка в системе вентиляции лежит еще десяток шашек, и вы легко их достанете как доказательство. Но давай-ка для начала разбудим твоего друга.
Я склонился над его помощником и провел такую же процедуру «возвращения» в мир бодрости.
— Кто… Где⁈ — задергался он, раскрыв глаза, и тут увидел меня. — Вы кто⁈ Здесь запрещено находиться посторонним!
Я не успел ответить, как мост тихонько заскрипел.
— А это что за херня⁈
— Так, давайте, парни, задний ход. Поблагодарите своего спасителя чуть попозже, — распорядился я, и оба тут же принялись выводить нас из опасного положения.
Через минуту поезд медленно-покатился назад. Я выдохнул только тогда, когда последний арочный зубец оказался перед носом локомотива.
— Так… — повернулся ко мне строгий машинист. — Кто вы и что…
— Андрей, он нас спас! — схватил его за плечо добрый машинист.
— Ладно, парни, я пошел, — сказал я и приобнял обоих за плечи. — Мне еще нужно найти одного крайне юркого и опасного негодяя.
* * *
— Плохая Настя… Плохая… Глупая-глупая глупышка, — рычал Красавка голосом Зубра, не отставая от нее ни на шаг.
— Отстань! Уйди, дурак! — отмахивалась от надоеды Настя, открывая дверь, наверное, уже в сотую пустующую комнату. — Я ищу Женю, а ты мне мешаешь!
Куда же делся брат? Нет, и в этой комнатке пусто. Черт бы его побрал, вечно уйдет куда-то, а на сестру плевать!
— Плохая Настя… — бормотал Красавка сзади. — Жрать!
— Я тебе дам жрать! — дернулась она на пороге очередной комнаты, но Красавка как с цепи сорвался.
— Жрать! Жрать!
Его зубы клацнули в сантиметре от ее ноги, и Настя, вскрикнув, побежала по коридорам и лестницам. Одна за другой, и все выше. Красавка не отставал.
Сука, мелкий негодник! Ну погоди, сейчас…
Так, где глефа?..
Щелк! — зубы не дали ей додумать эту мысль, и она со всех ног пустилась прочь от Красавки, который начал раздуваться в размерах. Скоро он заполнил собой весь коридор — и бежал все быстрее!
Мама! Помогите! Женя!!!
Она юркнула в дверной проем, и Красавка ударился лбом о косяк. Ага, не пролезешь, паразит!!!
— Негодная девчонка… — проговорил Красавка голосом ее дедушки. — Бросила меня одного, а сама уехала в эту дыру. Тебя нужно наказать…
И раскрыл пасть.
В ту же секунду из его глотки вырвалась ее глефа и, сверкая острием, ринулась на удивленную хозяйку.
Настя закричала и бросилась дальше по коридору. Нужно ускориться! Почему магия не работает, черт ее подери⁈
Она оглянулась, но глефа не отставала. Все быстрей и быстрей
