Глава 02.
Саша.
Когда Аленка предложила пойти в клуб, я привычно отказалась: Извини, Ален, завтра у меня мега много работы, потом пары. Ты вообще помнишь, что я устроилась переводчиком? – толкнула подружайку в бок. Она у меня классная. Но в голове такой веееетеееер.
- Шурчик, ну чего ты? – заныла подружка. – Пошли развеемся. Мы с Анькой таких пацанов подцепили, закачаешься. Харе уже сидеть мышью, принцев не существует. Тебе почти 23, а ты все веришь в сказки.
Ну-ну. В сказки я давно не верю.
Я не помню, как брат принес меня годовалую в одеяле в детдом, потому что кормить было нечем, и мы замерзали. Куда в один из дней делась мама, почему соседи никуда не сообщили? – Наверное, всем было все равно. Все детство Влад защищал меня от обидчиков, когда выпустился во взрослую жизнь, привозил мне подарки. У нас большая разница в возрасте, он старше на 14 лет. И всегда был единственным родным и любящим меня человеком. Мне было шесть, когда он забрал меня из детского дома к себе. Заставлял учиться, строго контролировал уроки и ходил в школу на собрания. Мне нельзя было гулять одной, нельзя было куда-то ходить без него. Но это было так... волшебно … Я была ему нужна.
Сказка закончилась, когда через три года он не пришел ночевать, не пришел на следующий день… а потом… нет-нет-нет, об этом вспоминать нельзя, нельзя, нельзя…
Трясу головой, отгоняя воспоминания…
- Нет, Алён, я не могу.
- Шурчик, на пару часов. Ты такая загруженная. Выпьем, расслабишься.
А, может, правда, плюнуть на все и разок сходить и проветриться? Я начинаю собираться под одобрительные возгласы подруги.
***
Я не люблю клубы. Я не люблю громкую музыку, которая бьет по ушам и ненавижу запах перегара. Но подруг у меня не так много, чтобы постоянно отказываться встретиться с ними.
Мои девчонки быстро накидываются коктейлями и теряются где-то в середине танцпола. Я не танцую и не пью алкоголь. Стою недалеко от барной стойки и смотрю по сторонам. Мое внимание задерживается на высоченном темноволосом мужчине. Он сидит в ВИП-зоне и обнимается с эффектной блондинкой. А я стою, смотрю, как дура, и мечтаю, что когда-нибудь мой принц меня найдет, влюбиться, защитит. И будет он похож на этого мужчину. Точно дурааааа... Размечталась!
Завтра надо рано встать. Очень рано. Я так мечтала получить это место, мне так нравится моя работа: сидишь, неспешно тянешь чай или кофе и пальцы летают по клавиатуре, выстукивая из слов предложения сказок. Да-да, я переводчик детских сказок. Как раз для меня.
Потягиваю через трубочку сок, когда вдруг чувствую сильную руку на своем локте. Какой-то потный лысый мужик что-то мне говорит и тянет за собой. Вырываю локоть и пытаюсь отойти. Мужик достает мобильный, смотрит на фото и на меня, кивает кому-то в зале и продолжает тащить к выходу. Да что им нужно?!
У меня паника, я кричу, чтобы меня отпустили, и я никуда с ними не пойду. Кто бы меня слушал?! Где Аленка, где охрана, черт возьми???
На улице свежо. Хоть и апрель в этом году теплый, но в футболке и юбке на улице делать нечего. Я знаю, что в рюкзачке за спиной лежит толстовка, но мне не дают даже пошевелиться, за локти волокут к машине. Я плачу и прошу отпустить, что я не проститутка… меня точно с кем-то перепутали.
- Захлопнись! – Квакает лысый, который первым подошел в клубе.
Изловчившись, кусаю его за руку и тут же получаю по лицу. Перед глазами все плывет, и чувствую, как струйка крови начинает течь по подбородку.
В панике верчу головой, пока два мудака ржут возле машины и кого-то ждут. Здесь много дорогих авто, сидят водители, курят мужчины, но никому, совсем никому нет дела до меня… Взгляд натыкается на того темноволосого из vip-ки. Он не отворачивается и я мысленно молю его: пожалуйста, помоги… пожалуйста…
- Оставь девчонку.- Его голос звучит чуть хрипло и очень властно.
Мой мучитель весело скалит зубы:
- Облезешь, Давид.
- Оставь. Девчонку. В покое. – Каждое его слово стучит в голове. Сквозь слезы ничего не вижу. Но чувствую, что меня отпускают, и я от неожиданности падаю.
Давид. Значит, его зовут Давид. И именно на его грудь я от неожиданности падаю.
Мужчина тащит меня в темный джип и садится рядом на сиденье. Черт, черт, черт, зачем я им всем понадобилась? Зачем я согласилась пойти в этот клуб? Зааачееем?!
Он что-то говорит мне, но слезы душат, а страх так сжимает сердце, что больно дышать. Я чувствую протянутую ко мне руку и стараюсь вжаться в сиденье.
- Не бойся, я вытру кровь.
Он говорит спокойно и совершенно без злости и раздражения. Но, может быть, это мне только кажется? Что-то спрашивает. Кажется мое имя, про брата…
- Как зовут твоего брата?
Зачем ему мой брат? Брата я не видела давно. И не могу дозвониться. Вообще.
После того, как меня забрали обратно в детский дом, я ревела и слушала в пол уха. Я думала, что брат связался с криминалом, он объяснял миллион раз, что прячет меня для моей же безопасности. Первое время он не приезжал, но находил возможность связаться. Редко. После моего выпуска брат примчался сразу, и хоть я осталась в Самаре, он выкраивал дни и приезжал, часто звонил. Кроме него у меня нет никого, он близкий для меня человек. Один – единственный родной.
