Читаем без скачивания На привязи - Ванесса Бук

Мой телефон вибрирует в штанине брюк, без сомнения, это опять Элисон. Она настойчивая, обычно меня восхищает это качество в женском поле, но в ней я считаю это качество надоедливым. Я опасаюсь разговора, который неизбежно произойдет, когда я наконец вернусь домой. Я понимаю, что она, наверное, рассердилась, когда я сказал ей уезжать без меня, и я могу только представить себе, о чём она думает прямо сейчас. Я не хочу причинять боль Элисон, но я должен заставить её понять, что этот брак — ошибка. В своей жизни я принимал много глупых решений, но это будет самым масштабным. Я не хочу прожить остаток моей жизни с кем-то на кого мне наплевать. Мой отец рискнул с моей матерью и обжёгся, но он любил её. Чувство, которое я не могу наколдовать для Элисон.

Нет, единственный человек, который вызывает во мне такие чувство, это та, к которой у меня не должны их быть. Когда я рядом с Ребеккой, она как будто сжигает меня. Я не могу остановить поток изумительных чувств, как будто это выстрел адреналина, бегущий через меня. Я не могу поехать домой сегодня вечером, чувствуя себя так. Я хочу и мне нужно увидеть её. Я должен увидеть её.

Я разворачиваюсь и еду назад в сторону дома Ребекки. Я могу просрать всё, делая это, но мне уже всё равно. Я не до конца понимаю, что происходит между нами, но знаю, что, будем ли мы воевать или трахаться, но я хочу проводить с ней время.

Глава 2

Ребекка

Ни хрена себе. Какого чёрта он здесь делает? Майлз делает шаг вперёд, я шаг назад, как в каком-то неуклюжем танце. Он улыбается, и от этой улыбки мой желудок пикирует вниз. Думаю, что пить все эти Мидори Соурс была плохой идеей. Я должна была съесть что-нибудь более существенное, прежде чем пить, потому что сейчас я чувствую, как эти самые напитки просятся на волю. Я смотрю, как он стаскивает с плеча большую спортивную сумку и опускает её на пол. Мне всё это кажется? Нет, не кажется. Он стоит здесь, ясно как день, в Нью-Йорке, ждущий меня у квартиры. Майлз Шторм, человек, который вырвал моё сердце из груди и бездумно отшвырнул его в сторону. Воспоминания о том дне всё еще причиняют мне боль, которая растёт с каждой секундой, что я стою здесь, глядя на него.

Я исследую каждую чёрточку на его лице, пытаясь переварить то, что я вижу. Он выглядит так же, за исключением знакомых каштановых волос, которые больше не завивались над воротником. Они коротко подстрижены и зачесаны вперёд беспорядочными прядями. Его карие глаза сканируют меня, когда он медленно подходит ко мне. Он собирается прикоснутся ко мне. Чувство страха парализует мои дыхательные пути. Дыши. Я заставляю себя медленно вдыхать и выдыхать. У меня паническая атака. Его не должно быть здесь. Почему он здесь? Он так близко, что я могу почти почувствовать запах океанского бриза, который тянется с его кожаной куртки. Моё сердце сжимается, и я молча проклинаю его за это. Я ненавижу, что он по-прежнему оказывает на меня влияние. Он ничего не значит. Он ничего не значит. Он мудак. Я закрываю глаза на секунду, и повторяю эти слова снова и снова в голове, пока не смогу собраться силами, чтобы отойти от него.

Я поворачиваюсь, чтобы сбежать, но я так ошеломлена всем этим, что не могу сделать это, а затем я почувствовала, прежде чем услышала, как он подходит ко мне сзади. Он обхватывает руками мою талию, и сжимает меня в объятьях, прижимая мою спину к своей груди. Это движение посылает волну шока сквозь меня, а его объятие будят во мне так много знакомых чувств. Я одновременно и беспомощна, и обездвижена, и физически истощена. Его кожа теплая, несмотря на явный сквозняк, проникающий с улицы. Его близость и его прикосновения заставляют чувствовать меня защищенной и любимой. Сейчас это просто ещё одно напоминание о его предательстве. Он не любил меня. Его запах заполняет мои чувства. Это землистый аромат, смешанный с кожей. Я любила, как он пах.

Время, кажется, пролетело так быстро, но несмотря на это, такое чувство, что это недостаточно. Говорят, что время лечит все раны. Но никто и никогда не заставит меня забыть, как унизительно было обнаружить его с другой женщиной, а еще хуже, как она смеялась, глядя на моё обалдевшее лицо. Воспоминание о надменной улыбки Скарлетт разжигает огонь внутри меня. Мне хочется снова врезать ей в лицо. Это будет стоить того.

— НЕТ! Отпусти. Меня. — кричу я, отталкивая руки Майлза от себя.

— Бекка, я скучал по тебе, — шепчет он поверх моей головы. Я чувствую, как его губы касаются моих волос. Он дышит мне в волосы. Через несколько минут, я подумала, что он собирается меня отпустить, но он вместо этого разворачивает меня, наклоняется и целует. Его контакт с моими губами недолгий, но он переворачивает мой желудок. Я отталкиваю его, пытаясь увеличить расстояние между нами. В данный момент, я думаю, что для меня расстояние в 3000 миль недостаточно далеко.

— Зачем ты здесь? — спрашиваю я, вытаскивая из сумки ключ от квартиры. Я должна попасть внутрь и закрыть дверь. Я не собираюсь стоять здесь и разбираться с ним.

Майлз стоит в течение нескольких минут, глядя на меня в замешательстве. — Я приехал сюда ради тебя. — Ярко-красные пятна появляются на его щеках, когда он переводит свой взгляд мимо меня на дверь квартиры. Я наблюдаю, как он медленно сглатывает. Тишина между нами становится оглушительной. Он засовывает свои руки в карманы, чтобы не прикоснутся ко мне снова. Я никогда не видела, чтобы он так себя вёл. Как будто он нервничает. Майлз нервничает? Он никогда не был нервным. По крайней мере не со мной.

— Я не просила тебя приезжать, — говорю я.

Он кивает головой в знак согласия, морщась от моего тона. — Я знаю, но я приехал сюда, чтобы сказать тебе, что я совершил ошибку. Я воспринял всё, как само собой разумеющееся. Тебя. Нас. Всё. И мне жаль.

Я позволяю словам оседать на меня, словно это пыль, прежде чем быстро стряхнуть их. Я собираюсь убить свою маму, которая дала Майлзу мои контактные данные. Он как-то нашел адрес квартиры, и я не сомневаюсь, что это она дала ему. Моя мама никогда не могла сказать ему "нет".

— Почему сейчас? — спрашиваю я.

— Что?

— Почему сейчас? — ещё раз говорю я.

— Я понял, что совершил ошибку. Что, у нас было, было особенным. После того, как ты ушла, я продолжал надеяться, что ты вернёшься. Я не хотел, чтобы ты уезжала. Я звонил твоей матери почти каждую неделю, с просьбой дать твои данные. Я понимал, что ты не ответишь на мои звонки, если я тебе позвоню. Я звонил в твой офис несколько раз, но тебя всегда не было, а я побоялся, оставить тебе сообщение. Это было до тех пор, пока я не увидел твоё фото в газете, и понял, что мне нужно прийти сюда.

— Ты видел мою фотографию в газете? — Как, чёрт возьми, она попала в газеты?

Он достает газетную вырезку из кармана джинсов и протягивает её мне. Она какая-то потёртая, словно пережила пару стирок. Я медленно разворачиваю её, опасаясь, что она может показать. Моё дыхание задерживается при взгляде на фото в статье. Это фото Николаса и меня, когда мы идем на мероприятие Lit For Kids. Папарацци, наверное, сфоткали нас до того, как мы вошли внутрь. Я совсем забыла об фотографах, которые ждали у входа на мероприятие. Я помню, что они не фотографировали какого-либо из нас, когда мы уезжали, потому что мы выскользнули через черный ход, но наверняка делали фото, когда мы входили. Интересно, видел ли фото Николас?

— Мне повезло, получить роль в мини-сериале, который снимается здесь в Нью-Йорке. Я рискнул, потому что хотел увидеть тебя, — говорит Майлз.

Я улыбаюсь при виде себя, идущей под руку с Николасом. Он выглядит великолепно. У меня всё зудит от того, как я хочу поделиться этой новостью. Бьюсь об заклад, что Кэрол будет изводить меня до самой моей смерти насчёт этого фото. Боже, мне придётся рассказать ей о том, что произошло сегодня вечером. Она не удивится. На самом деле, я думаю, что ей понравится изводить меня.

— Вы, ребята, вместе? — Голос Майлза прорывается сквозь мои мысли. На его лице читается разочарование.

— Прости?

— Кажется, вы довольно близки на фото. Ты с ним встречаешься? — Он нерешительно мнется, ожидая моего ответа. Нет, но прямо сейчас, мне хотелось, чтобы это было так. Я хотела бы ткнуть Николасом в его лицо и показать Майлзу, что он потерял, когда изменил мне. Какой же ты придурок.

— Это не твоё дело, — говорю я. Моё сердце подпрыгивает, когда знакомый сердитый взгляд появляется в коридоре моей квартиры. Николас Стонхейвен. Это, как будто боги услышали мою просьбу. Когда он выходит из тени, его костюм все еще мокрый от дождя. Его голубые глаза смотрят сначала за мою спину, оценивая Майлза, а затем на меня. Я думал, что он уехал. Николас медленно подходит ко мне, оторвав взгляд от меня только для того, чтобы одарить Майлза неподвижным взглядом. Наверное, он слышал наш разговор.