в какой бы стране они не находились. Так со школьных времён я мог путешествовать по миру, но именно из-за этого никак не мог пересечься с Аспин.
Мне нужно было знать. Знать, есть ли хоть малейший шанс, что она чувствует то же самое, что и я.
— Ты уверен, что твои родители не против, что я навязался к вам на Рождество? — спросил я Дугласа. Я любил его родителей, Дженет и Тома, но не хотел переходить черту.
— О, не парься. Думаю, они любят тебя даже больше, чем меня.
Я рассмеялся и посмотрел на свой телефон, пока Дуглас вёл машину. Мы были уже в нескольких часах езды от Омелы, и я не мог перестать думать об Аспин. Открыв её Instagram, я увидел новый пост. Она на горе со своими родителями, её голубые глаза так красиво блестели, светлые волосы были распущены по плечам, а на голове красовалась розовая шапка. Подпись к фото гласила: «Рождество с семьей, ничто не может быть лучше!»
Мне нравилось, как сильно она дорожила своими родителями. Они многим пожертвовали ради неё за эти годы, но, видимо, Аспин осознавала это, поэтому всегда вела себя достойно и помогала дополнительным заработком при любой возможности. Её семья значила для неё всё.
Впрочем, это была лишь одна из причин, по которой я любил её.
— На что ты там смотришь? — спросил Дуглас, мельком взглянув в телефон. — О, это же Аспин? Бро, я завидую. Хотел бы я, чтобы мы уже были в горах.
— Совсем скоро, друг, — я закрыл приложение и спрятал телефон в рюкзак. — Итак, Аспин сейчас с кем-то встречается?
Дуглас отрицательно покачал головой.
— На сколько я знаю, нет. У неё просто нет на это времени. Думаю, она пытается попасть в лыжную сборную США, и папа говорит, что у неё есть шанс. Кроме того, не верю, что на земле есть парень достаточно хороший для нее.
— Что ты подразумевал под «достаточно хорош»? — спросил я, стараясь говорить беспечно. Я никогда не обсуждал свои чувства к Аспин с Дугласом. Одним летом, когда мы были на озере, я почти решился, но в итоге смолчал. Время было неподходящим. Подумал: зачем поднимать вопрос, когда она все равно пока недоступна? Но теперь ей девятнадцать… А я в конце зимы закончу колледж. Всё менялось.
Но кое-что осталось неизменным — мои чувства к этой девушке.
Дуглас убавил громкость, когда начала играть рождественская музыка.
— Я имею в виду, что Аспин так невинна. Она жила в пузыре последние пять лет, и мне ненавистна мысль, что кто-то может воспользоваться ею. И её наивностью.
— Да? Но она могла встречаться с парнями, Дуглас, — я решил настоять. — Она все старшие классы провела в лыжной школе, кто знает, чем она там занималась, — я сам надеялся, что это неправда, но неконтролируемые подростки могут стать причиной целой катастрофы. Или хотя бы их вечеринки. Мне казалось, именно мой друг здесь был самым наивным.
— Ты давно её не видел, Коул. Я говорю тебе, она невинна с большой буквы «Н». Кроме того, Аспин сдержала обещание «Три «С», которое дала родителям, уезжая из дома.
Я рассмеялся, услышав об этом.
— Что за «Три «С» такое?
— Никаких: свиданий, спиртного и спайсов, — Дуглас пожал плечами, не сводя глаз с недавно расчищенной от снега дороги. — Я и правда думаю, что она сдержала обещание. Знаю, я слишком заботливый брат, но ни один парень её не достоин.
— Ни один не достоин? — я провёл рукой по своей челюсти.
— Ни один, — покачал друг головой.
Я тяжело вздохнул, думая о том не было ли ошибкой приехать сюда на Рождество. Аспин определённо под запретом. Проблема в том, что она единственное, чего я желал.
Глава 3
Аспин
Душ помог успокоить мои нервы… или, по крайней мере, убрать ноющую боль в сердце. Дав обсохнуть, я выключила вибратор и спрятала его обратно в сумку с ванными принадлежностями, а потом направилась к чемодану на кровати, стараясь выбрать во что бы одеться. Проблема заключалась в том, что я паковала вещи для ленивого и комфортного отдыха со своей семьей, а не для встречи с Коулом.
Я вытащила свои темные джинсы, которые обтягивали мои бедра, и красный свитер из синели, плотно облегающий грудь. Не слишком сексуально, но всё же подчёркивало те места, которые я хотела, чтобы Коул заметил. Нуждаясь в лифчике и трусиках, я облизала губы, расстегивая боковое отделение в своем чемодане. Прежде чем успела схватить нижнее белье, я замерла, почувствовав жар в своей киске, когда невольно посмотрела на огромный ассортимент игрушек, которые привезла с собой. Я решила, что, поскольку это отпуск, то мне нужно насладиться им в полной мере.
У меня имелся вибратор для точки G, кролик, один весьма реалистичный, двойной стимулятор и мой любимый волшебный жезл. Вздохнув, я отодвинула их в сторону, доставая подходящий красный бюстгальтер и трусики. Моя коллекция «вибраций» — единственная слабость в жизни. Я не тратила деньги на маникюр или педикюр и никогда не была из тех, кто делал себе модные прически. Зато я использовала свой бюджет на эти игрушки для удовлетворения своих желаний.
И хотя они приносили мне удовольствие, иногда я хотела разделить это веселье с партнёром. И под партнёром я имела в виду Коула. Я ведь никогда даже не целовалась с мужчиной — хранила эти моменты с мыслями о Коуле. И я приняла желание родителей. Именно поэтому держала обещание «Три «С» все три года.
Когда я видела Коула три года назад, летом, мы были на озере, и мне было всего шестнадцать. Ему уже исполнилось двадцать, и Дагги ушёл, дабы захватить нам каких-то закусок для перекуса. Плавать в озере остались только я и Коул. И когда моя нога запуталась в водорослях, я невольно вскрикнула. Он моментально оказался рядом, обвив руки вокруг моей талии.
— Это просто водоросли, — сказала я, едва дыша. Палящее солнце и кожа к коже. Его мускулистая грудь прижата к моей. Вода была ледяной, из-за чего мои соски торчали сквозь белое бикини.
— Ты напугала меня, — сказал Коул, так и не отпустив. А я и не хотела этого. Я всем сердцем желала остаться в его объятиях навек.
И несмотря на ледяную воду, я почувствовала нечто горячее. И твёрдое. Его.
Я сглотнула, желая поцеловать Коула… и многое другое. Как мне хотелось стянуть с него плавки, развязать свое бикини и избавиться от него, а потом обвить ноги
