Читаем без скачивания Леди Альмина и аббатство Даунтон - Фиона Карнарвон

Пока молодая пара стояла перед алтарем, столпившиеся за ними родственники и друзья являли собой блестящий образчик общества знатных и могущественных лиц с незначительными весьма подозрительными вкраплениями. С правой стороны восседала семья жениха: его мачеха, вдовствующая графиня Карнарвон, сводный брат эрла достопочтенный Обри Герберт [8] , семья Хауэрд, эрл Пемброук, эрлы и графини Портсмут, Батхерст и Кэдоган и друзья – лорд Эшбертон, лорд де Грей, маркиз и маркиза Бристоль. Обряд почтили своим присутствием герцогини Мальборо и Девонширская, а также лорд и леди Чартерис и большая часть лондонского высшего света.

Явился и лорд Роузбери, бывший премьер-министр. Всего четыре дня назад он совершил поездку в Виндзорский замок, дабы вручить королеве прошение об отставке. Затем ее величество попросила лорда Солсбери сформировать новое правительство. Королева Виктория, уже много лет ведущая затворнический образ жизни, не удостоила молодых личным посещением, но прислала свое поздравление. Ее связь с семьей Карнарвон существовала с давних пор: она была крестной матерью младшей сестры эрла.

Семьи и друзья невесты являлись людьми иного склада. Француженка-мать Альмины, Мари Вумвелл, урожденная Мари Буайе, была дочерью парижского банкира. Наблюдая за обеими женщинами, несложно было прийти к заключению, что невеста унаследовала живость и стиль своей матери. Сэр Джордж Вумвелл, брат покойного мужа Мари, передал Альмину жениху и ретировался. Семья Вумвеллов расположилась рядом с многочисленными представителями самой влиятельной и сказочно богатой, недавно произведенной в дворянское достоинство торгашеской знати. Тут присутствовали сэр Альфред де Ротшильд, барон и баронесса Вормс, барон Фердинанд де Ротшильд, барон Адольф де Ротшильд, леди де Ротшильд, мистер Рубен Сэссун, четверо двоюродных братьев Сэссуна, мистер Вертхаймер, месье и мадам Эфрусси [9] , барон и баронесса де Хирш. И у Мари, и у Альфреда де Ротшильда имелось великое множество друзей в театральной среде, так что среди гостей присутствовала также и знаменитая примадонна Аделина Патти, ныне мадам Николини.

Пока Альмина, положив руку на ладонь новобрачного, размышляла об ожидавшей ее судьбе, стоя перед группой известных священников, совершавших обряд ее бракосочетания, она вполне могла умирать от страха или нервничать при мысли о своей жизни в замужестве. Возможно, взгляд девушки упал на мать, и это напомнило Альмине, как высоко ей удалось взлететь. Но в таком случае опять-таки невеста должна была осознавать и тот факт, что согласно брачному контракту, подписанному эрлом Карнарвоном с Альфредом де Ротшильдом, она была защищена надежным уровнем благосостояния, купившем ей респектабельность, прием в обществе, вхождение в одну из самых видных и располагающих огромными связями семей в поздневикторианской Англии. Альмина вступила в церковь Святой Маргарет незаконной дочерью еврейского банкира, а вышла под звуки свадебного марша из «Лоэнгрина» Вагнера пятой графиней Карнарвон. Ее преображение полностью завершилось.

Этот примечательный подъем по социальной лестнице не прошел без сучка и задоринки. Даже деньги Ротшильда не могли сгладить тот факт, что Мари Вумвелл – вдова горького пьяницы и отчаянного картежника Фредерика Вумвелла и, главное, давняя пассия сэра Альфреда – не была принята в обществе.

Детство Альмины протекало между Лондоном и Парижем, ее девичьи годы прошли в доме № 20 по Брутон-стрит в самом сердце Мейфэра. Время от времени наносились визиты семье Вумвеллов в Йоркшире. Сэр Джордж и леди Джулия проявляли чрезвычайную доброту к Мари и детям даже после кончины ее мужа. Адрес в Мейфэре был превосходным, чего нельзя сказать о репутации хозяйки. Повстречавшись с сэром Альфредом, Мари пребывала в положении замужней женщины, хотя по решению суда проживала с супругом раздельно. Сэр Альфред являлся ведущей фигурой на общественной сцене: он прослужил двадцать лет в должности директора Банка Англии, был холостяком, эстетом, заядлым любителем светской жизни. Ему доставляло наслаждение тратить огромное семейное состояние на поддержание роскошного существования, включавшего устройство «званых ужинов обожания» – вечеринок для удовольствия своих друзей-джентльменов, на которых они могли встречаться с самыми известными женщинами.

Мари, возможно, познакомил с сэром Альфредом ее отец, знавший его благодаря своим связям в банковской среде, или же сэр Джордж и леди Джулия, гостившие по уик-эндам в его особняке Холтон-хаус в Бакингемшире. Альфреда и Мари объединяла страсть к театру и опере, они стали близкими друзьями, а затем любовниками. Альфред был щедрым спутником, прекрасно обеспечивавшим Мари и ее дочь. Поскольку Альфред был готов передать девушке огромную сумму, Альмина являлась серьезным конкурентом на рынке невест. Но Мари даже в самых смелых мечтах не могла представить себе, что ее дочь совершит прыжок в самое сердце высшего света.

Этот успех явно вскружил ей голову. Она настаивала, чтобы помещение для проведения свадебного обеда непременно было достаточно импозантным, дабы соответствовать уровню события. Однако это грозило повлечь за собой существенные проблемы с этикетом. По традиции празднество полагалось устраивать в апартаментах семьи невесты, но в данном случае это не представлялось возможным, поскольку репутация ее матери выходила за пределы благопристойности, а отец приличия ради именовался крестным отцом. Именно деньги Ротшильда оплачивали великолепное торжество, но его нельзя было проводить под кровом банкира.

Элси, мачеха пятого эрла и основная устроительница свадьбы, уже много недель терзалась этой головоломкой. Она писала графине Портсмут, любящей тетушке эрла: «У нас возникли семейные проблемы. Мы никогда не посещали ее [миссис Вумвелл], не принимали ее, хотя Альмина, конечно же, постоянно была с нами». Элси, наделенная природной добротой и взявшая Альмину под свое крылышко, с большой деликатностью начала наводить справки среди таких друзей семьи, как лорд и леди Стэнхоуп, надеясь на нейтральное, но солидное место проведения свадебного обеда. Были предложены различные особняки, но они не снискали одобрения, пока в конце концов мистер Астор не предложил арендовать Лэндсоуни-хаус на южной стороне Беркли-сквер, и Мари согласилась: прекрасный выбор.

Так что после церковного обряда гости направились к этому особняку в Мейфэре. Он представлял собой величественное здание, спроектированное Робертом Адамом и построенное в 1763 году со множеством комнат для приемов. Холл на входе был полон гортензий, каждое помещение украшал другой вид цветов. Как и в церкви Святой Маргарет, гостиная была обильно уставлена пальмами и папоротниками; знаменитый оркестр Готлиба, выписанный из Вены, исполнял самые последние модные вальсы. В одной комнате подавали напитки, в другой был сервирован свадебный обед с тортом в три яруса. Гостей приветствовала миссис Вумвелл в темно-пурпурном платье, в то время как вдовствующая графиня Карнарвон, которой по рангу, естественно, полагалось быть первой в ряду хозяев, выбрала шелковое зеленое платье с розовой искрой.

Свадебные подарки как жениху, так и невесте были тщательно переписаны и выставлены на обозрение гостей. От сэра Альфреда Альмина получила великолепные изумрудные колье и тиару – драгоценности, соответствующие ее новому положению – носить их следовало при приеме гостей в замке Хайклир или в городе. Ей подарили несчетное число прелестных вещиц, от хрустальных ваз до золотых флаконов для духов, и бесконечное количество objets de virtue [10] . Жениху также преподнесли красивые украшения с драгоценными камнями, от перстней до портсигаров.

После всех треволнений праздничный день прошел как по маслу. Если и были какие-то пересуды по поводу возвышения мисс Вумвелл, звучали они приглушенно. Миссис Вумвелл держалась безупречно, и все дружно замалчивали роль, играемую Альфредом де Ротшильдом. Фактически ослепительную свадьбу сочли одним из наиболее успешных событий этого сезона.

Возможно, действительно настоящее волнение охватило Альмину не в церкви или Лэндсоуни-хаус, где ее в конце концов окружали знакомые лица, но когда новобрачная отошла от своей старой жизни, своего девичества и начала путешествие в замок Хайклир. Мать должна была произнести несколько ободряющих слов и поцеловать ее, а отец – благословить. Но теперь новобрачная делала свои первые шаги на поприще жены в обществе самого настоящего незнакомца, до сих пор не проявившего желания действительно узнать ее.

После полудня, покинув своих гостей, старший кучер лорда Карнарвона, Генри Брикелл, повез новобрачных через весь Лондон на вокзал Пэддингтон, спеша на специальный рейс загородного поезда. Они должны были провести первую часть медового месяца в замке Хайклир в Хэмпшире, самом большом поместье Карнарвонов. Супруги переоделись. Эрл, как только представилась возможность, сбросил длинный официальный фрак и теперь был в своей любимой, чиненой-перечиненой синей тужурке. Выехав из города, он дополнил ее соломенной шляпой. Альмина надела очаровательное платье из газа в стиле «Помпадур», бриллианты и шляпу из Парижа от Верро.