Сети да, скучаю. Но даже удовольствие от погружения не затмит тот факт, что после включения Солнета сюда хлынут туристы и переселенцы.
– Как хлынут, так и схлынут. Сам знаешь, нам до нормальной колонии еще далеко.
– Зато снимут лимит.
Да, об этом Тея забывает. Она не знает этого ощущения секундомера, который мысленно тикает у всех биоников. Они продлевают контракт на тело каждый год. И каждый год подписка стоит все дороже. Меркантильная защита от перенаселения. Но в колониях ограничения снимаются, как только ты регистрируешься в качестве жителя другой планеты.
– Лимит можно снять и на Марсе, и на Венере, – безразлично отзывается Тея, – там и развлечений побольше. А у нас что делать?
– Ну как, – хмыкает Мишка, – экзотика. Слышал, даже парень твоей сестрицы собрался. Хороший малый.
Тея морщится.
– Что, Лайк тебе не по душе? – угадывает напарник.
– Не хочу сказать о нем ничего дурного, – аккуратно подбирает слова Тея, – но Лешка тот еще пройдоха.
– Так его Алексеем зовут?
– Ну да, а ты не знал?
– Не, я его только как Лайка знаю.
– Его все так знают. Это еще с хакерских времен.
– Легендарный был чувак.
– Брось, Миш, нет ничего легендарного в хакинге. Тем более, в дайв-хакинге. Это жутко.
– Это жутко круто, скажу я тебе. Твоя сестра, вон, до сих пор дайвит.
– Не путай теплое с мягким. Она дайв-программист, это профессия созидателя. А дайв-хакинг – это разрушение.
– Но он же завязал? Слышал, он сейчас персональных помощников разрабатывает.
– Давай не будем о Лешке, ладно? Приедет – сам с ним поговоришь о структуре личности. Он как раз к запуску Солнета обещался, на неделю раньше остальных.
Зонд тем временем достигает дна. Тея отставляет недопитую кружку чая, со вздохом откладывает вожделенную булочку – самую настоящую, Кристинка выбила с последней земной поставки, это вам не напечатанная – и берется за манипулятор.
Мишка сочувственно провожает глазами ее руки, потом отбирает манипулятор:
– Давай сам. Лопай свою булку, а то слюной мне тут все зальешь.
Тея сомневается с секунду, потом отдает управление в его руки, а сама вновь впивается зубами в шедевр пекарного искусства, с которым уже мысленно успела попрощаться. Счетчик поступления-расхода энергии в углу ее зрения наматывает новые показатели. Тея радуется, что они погружали вручную – она за утро выполнила треть плана по физической активности, меньше потом в зале потеть.
Мишка уверенно ведет дрон по дну расщелины, ловко обходит препятствия и захватывает всю поверхность.
– Вот тут останови, – командует Тея, – ага, теперь приблизь.
Она придирчиво осматривает заинтересовавший ее предмет. Но нет, очередная льдина. По ее просьбе Мишка ведет дрона дальше. Тея без особой надежды следит за экранами. И решает сыграть в любимую игру:
– Ну, по чему ты больше всего скучаешь на Земле?
– По голубому небу.
– Нет, Мишка, это скучно. Давай другое.
– По теплому ветру.
– А я – по легким платьям.
Мишка хмыкает:
– Так носи в жилом модуле, кто тебе не дает.
– Это глупо, Миш, платья на улице хороши. Когда ветер подхватывает подол, треплет волосы, когда парни вслед оборачиваются.
– Тебе и так оборачиваются.
– Ага, «смотри, говорящий кусок мяса»!
Мишка укоризненно глядит на нее, но не спорит. Глупышка, думает он, поперся бы я за тобой на богом забытое море Лигеи, пока все наши исследуют перспективные области моря Кракена, если бы ты была простым куском мяса. Тея, кажется, ждет он него ответа, но так и не дожидается, сама продолжает игру:
– Еще по кино скучаю. Сколько раз ходила с парнями, ни разу не смотрела тот же фильм, что и кавалер. Когда попадется такой, с кем выберем одинаковый, сразу выйду замуж.
Мишка смеется в ответ:
– Я тоже ни разу не совпадал. Но мне и не надо, приятнее самому бродить по истории, чем с дамой, – он немного молчит, потом вспоминает, – я бы еще на патах погонял, устал тут от полетов.
– Тоска по рельсам? – смеется Тея, – Да ты, Миша, большой оригинал!
Тея думает, что выбрать следующим и гадает, что будет интересно обсудить ее напарнику, но тут она видит что-то странное на экране и напрочь забывает про игру.
– Мишка, стой! А ну-ка, сдай немного назад. Теперь левее. Еще немного. Нет-нет, хватит, стой. Фиксируй.
Он деловито следует ее указаниям, хотя сам не видит, что привлекло ее внимание. Не видит до тех пор, пока камера дрона не фиксируется на том месте, которое указала девушка.
Тея жадно впивается глазами в изображение. Мозг ускоряется, начинает лихорадочно отметать варианты. Жаркая волна азарта заставляет сердце биться чаще. Девушка усилием воли заставляет себя не поддаваться преждевременной радости, иначе разочарование будет слишком велико.
– Достаем манипуляторы? – спрашивает Мишка, и Тея слышит в его голосе затаенное волнение. Это хорошо. У напарника холодная голова, и если даже он верит, что они нашли что-то интересное, значит, шанс есть.
– Доставай, – подтверждает Тея, – и начинай потихоньку расчищать.
Послушные «руки» дрона, повинуясь воле Мишки, порхают над объектом, расчищают его от осколков льда и наростов. Напарники не разговаривают, пристально следят за изображением с экранов. У каждого из них в душе бьется надежда. Им мало быть в первой сотне исследователей, они хотят быть первыми. Не ради славы. Ради удовольствия узнать то, что еще никто не знает.
Работа идет медленно. Первая волна азарта медленно стекает, пыл охлаждается. Но трезвый рассудок продолжает анализировать, считывать, прикидывать пропорции.
– Оно квадратное, – заключает Мишка.
– Квадратное, – подтверждает Тея, – думаешь, совпадение?
– Шансы минимальные. Какова вероятность, что обломок или глыба приняли такую форму?
Этот вопрос тоже риторический. Они продолжают расчищать. А когда работа близится к концу, Тея командует:
– Теперь попробуй приподнять. Задавай максимальное усилие, выглядит тяжелым.
Миша все делает, как она сказала. Дрон выдвигает еще два манипулятора, перемещается для более удобного захвата, фиксирует зажимы. Двигатели набирают обороты, дрон дергается вверх и неожиданно на огромной скорости взмывает к поверхности.
– Что за? – вопрошает Мишка.
– Оно легкое, – высказывает предположение Тея, – или легкое, или полое. Подтормаживай, веди к поверхности.
– Туда же, где погружали?
– Нет, там слишком узко, выводи в открытое. Встретим на берегу.
Не сговариваясь, они идут за костюмами. Миша прихватывает с собой пульт управления. Тея втискивается в костюм, силой заставляет себя двигаться медленно, аккуратно. Распаленный азартом разум подгоняет: быстрей, скорей, да пошевеливайся же. Она не слушает, знает, чего может стоить спешка. Предвестие необыкновенного пульсирует по венам. Она бросает взгляд на напарника, следит за его движениями, жестами, мимикой и приходит к выводу, что Мишка тоже возбужден.
На самом деле он взбудоражен даже больше напарницы. Он никогда себе
