много людей?
– Меньше, чем тут.
– Тогда хорошо, тут мне тяжело. И незаметно, это мой конёк. Ты же видел.
Минут 30 мы шли молча. Дошли до чёрного входа в здание. На нижних этажах магазины, кафе, офисы, а на верхних этажах гостиница для избранных. Чтобы подняться на самый верхний этаж, мы воспользовались лифтом для обслуживающего персонала. Я знал об этом месте, потому что в одно время работал тут и иногда подрабатывал, поэтому даже если нас заметят, то лишних вопросов не будет. Странное волнение охватывало меня всё больше, это же её эмоции?
– Ты волнуешься?
– Ты красивый. И ты мне понравился, настолько, что мне даже жаль, что так мало времени. Время – это такая субстанция, что когда оно есть, не знаешь куда девать, а когда его нет – откуда взять. Пожалуй, это самое удивительное измерение. Всё тут, рядом, но дотянуться невозможно. Можно только заглянуть, если очень повезёт. – Спрятала лицо в воротник куртки, но у меня появилось ощущение, что на её лице появилась улыбка: одна из тех, что как лучики. Хотя голос был наполнен сожалением и горечью. – Узнав столько, мы до сих пор ночью смотрим с обрыва, держа в руках лишь фонарик, и отчаянно вглядываемся в темноту, пытаясь изучить пространство вокруг, а вокруг всё та же бездна. Мы столько ещё не знаем! Столько всего впереди!
Сейчас, ей стало очень грустно и страшно, воздух стал вязким. Казалось, что страх пропитал его, как будто образовался пузырь, наполненный этими эмоциями.
– Может быть, лучше вернуться?
– Если я вернусь, то погибнут все, кого я знаю. Я просчитала это. Мио, это страшно, когда знаешь, что умрёшь. Ну вот, я тебя напугала. Прости, не хотела. Не всегда знания помогают найти, верный путь. Я умру не сейчас, не сегодня. Ещё есть время. Мы все умрём рано или поздно, от рождения мы начинаем движение к концу. Не нужно так волноваться, просто, говоря о времени, я вспомнила, насколько скоротечна человеческая жизнь. Что она лишь миг. Сколько всего хочется узнать, успеть, а его так мало, и ты так и не узнаешь, чем закончится эта история. Мне было бы интересно узнать, получится или нет. Вот тебе не интересно, к чему приведут новые поправки к закону о «негражданах»?
– Иногда лучше не знать финал. Мы дошли, смотри.
– Возможно, ты и прав, только вот…
Я открыл дверь на эвакуационную лестницу с прозрачной стеной, а она замолчала не закончив предложение. Солнце окрасило яркими красками закатное небо, по которому были разбросаны облака, а внизу был город, тянущийся далеко за горизонт. Она подошла к стене и положила руки, пытаясь дотронуться до солнца. Страха в воздухе больше не было, села там же, где стояла, прямо на пол. Молчание длилось, но стало понятно, что хочет, чтобы я сел позади неё. Чуть подумав, я так и сделал.
После этого, она откинулась мне на плечо, и мы сидели, смотря, как заходит солнце за здания, тянущиеся к горизонту, как просыпается ночной город, как разгорается ночная жизнь миллиардами огней. Мне кажется, что я и дышал через раз, вдыхая запах её волос. Она пахла цветами.
– Ты так волнуешься, можно подумать, что у тебя никогда не было девушки.
Если бы я не знал, что ей бесполезно врать, я бы попытался обмануть её, но это не имеет смысла:
– Не было.
– А ты хоть целовался?
– Нет. Может быть, закончим с неудобными вопросами? Они здорово смущают. – Она мило засмеялась, а затем резко развернулась и положила свои тонкие руки на мои плечи.
– У меня нулевой положительный спектр. Я не чувствую положительные эмоции, обращённые ко мне, поэтому спрашиваю. Сейчас я даже не пойму, хочешь ты меня поцеловать или нет?
– Да, хочу.
Она медленно наклонилась ко мне, сначала нежно прикасаясь к моим губам. Дальше смешалось моё и её желание. Она встала и потянула меня за собой. Но не смогла открыть тяжелую дверь. Открыл, пропуская её вперёд, думал, что она пойдет к лифту, но она остановилась около ближайшей двери, открывая её прикосновением.
– На ближайшие два дня этот номер куплен и оплачен неким Грегом. Я же эмпат, Мио. Не смотри на меня так, это для меня пустяки, пойдём.
Только на следующее утро, забирая поднос с едой, заметил, что она пьет таблетки, а на лбу испарина. Нехорошее предчувствие сдавило сердце. Нулевой спектор, они же не доживаю до совершеннолетия, а она точно старше меня. Заметив мой взгляд, ответила на не заданный мною вопрос:
– Нет. Это не каскад и не последствия эмпатии. Это уже не важно, Мио. Всё хорошо, скоро придёт он.
Когда она сказала, «он», я почувствовал неприятный укол ревности.
– Кто он?
– Майкл. Мой брат.
– Ты полна сюрпризов.
Она вымученно улыбнулась, голос прозвучал очень устало, несмотря на то что мы только проснулись.
– Ты даже не представляешь, каких! Я шкатулка Пандоры, а теперь, с твоего позволения, мне нужно кое-что написать, а ты оденься. Он тоже ревнив.
Она опустила голову к планшету, сосредоточенно набирая текст. Не прошло и 10 минут, как открылась дверь, в ней появился такой же светловолосый мужчина, как и она. В этот раз её улыбка была ещё более натянутой, было ощущение, что ей хочется заплакать и она сдерживается из последних сил:
– Ты долго, Майкл, я боялась, что не успеешь.
Мужчина, закрыв дверь на ключ, быстро пересёк комнату. Взяв её руку надел медицинский браслет. Показания ему явно не понравились. Она просунула руки под его руками, обнимая и прижимаясь к груди. Его голос прозвучал хрипло, в этот момент и я ощутил полное опустошение, что уже ничего нельзя исправить и понял, что будет происходить дальше:
– Сколько прошло времени? – Девушка отстранилась, отдавая карту памяти.
Я так и не узнал её имя. Моё она считала с удостоверения, а я постеснялся спросить.
– Уже поздно, счёт пошёл на минуты. Тут всё, что я нашла. Отдашь ему… Я указала, на флешке, он всё сделает как надо…
Девушка начала оседать, Майкл подхватил её, укладывая на пол. Я хотел подойти, но его окрик остановил меня. Пока он отчаянно перебирал препараты, вкалывая один за другим, я мог лишь молча наблюдать в углу комнаты. Ей с каждой секундой становилось только хуже:
– Давай вернёмся, я вызываю транспортник. Что-нибудь придумаю!
– Нет. Я не хочу! Если я вернусь, с моей помощью они найдут её…
– Кого?
– Её! Майкл, она действительно существовала всё это время. Мы с тобой искали клона или похожую…
Мужчина явно разозлился, стараясь не
