на радующуюся младшую сестру. Голод пока отступил. Они много дней ели только корни трав и орехи. Несколько раз Фау удавалось добыть рыбу копьём, но рыбины были небольшие, поэтому они их сразу съедали, приглушив лишь чувство голода.
Она потянулась, зевнула и устало сказала:
– Я лягу спать, а ты, Эм, нарежь мясо моим резательным камнем на тонкие ломтики, обмажь их той травяной пылью, которую мы с тобой сделали. Она даст аромат мясу, отпугнёт насекомых и не приманит к нам крупных зверей. Разложи мясо на камень на ветру, пусть хорошо провялится. Это будет наш запас. Сама тоже хорошо наешься. Только не усни. Хищники голодны и не спят даже днём. Охота идёт всегда, и мы должны быть охотниками, а не добычей.
Фау вытянулась на лежанке, на которой недавно спала её сестра. Она сильно устала, у неё была очень тяжёлая, опасная охота, но она вышла победительницей и могла теперь отдыхать и спать, как настоящий, взрослый, удачливый охотник.
Девочки уже давно были одни, ведя жизнь взрослых охотников. Они родились и жили в родовой Пещере, в предгорьях, в которой обитало их Племя с начала Времён. Как рассказывали древние, что это сначала была стая, но потом стало Племенем, потому что Вожака выбирали, или вернее сказать, одобряли все охотники и охотницы. А раньше Вожак назначал себя сам, убивая конкурентов.
Когда и как стая стала Племенем, никто уже не помнил, так как это было давно.
Охотники Племени были сильны и коварны. Не все хищники осмеливались подходить к логову кровожадных и жестоких людей. Только Летающая Смерть: эти зубастые ящеры, выжившие с древних времён, могли неожиданно упасть с неба и убить человеческого детёныша или напасть стаей на одиночку. И они всегда оставались безнаказанными, потому что люди не имели крыльев и не могли преследовать убийц до их жилищ, чтобы перебить всех своих врагов. Так говорили охотники, с ненавистью смотря на круживших в небе зубастых ящеров.
Первобытная Природа была жестока, а малейшие ошибки на охоте и в жизни карала только смертью. Но кроме гор, был ещё Лес и Океан со своими хозяевами. Там люди Племени часто теряли своих охотников, которые сами становились добычей яростных и голодных первобытных хищников.
Особенно опасен был Лес. Всех голодных и жестоких хозяев его, люди Племени не знали. Они могли только догадываться о том, КТО выходил на охоту по ночам. Грозный и голодный рёв, который они слышали ночью вперемешку с отчаянными криками предсмертной боли жертв кровавых ночных охот, внушали ужас первобытным людям.
Самые любопытные и отчаянные охотники, которые заходили далеко в Лес, чаще всего не возвращались. Но если приходили назад в Пещеру, то приносили новое оружие – огромные клыки неизвестных хищников, которые после обточки на камнях, использовались, как мечи и большие кинжалы или же становились страшными и смертельными наконечниками для копий. Были также огромные лапы с когтями, как ножи – это оружие служило дубинами для самых сильных охотников Племени. Но все эти трофеи добывались не на охоте, а брались с уже обглоданных костей жертв убитых более злыми и сильными хищниками.
Судя по размерам клыков и когтей убитых и съеденных монстров, те, кто утолил ими свой голод, были, воистину, ужасны.
Океан также был смертельно опасным местом для охоты. Плавающие чудовища с огромными зубастыми пастями и ядовитыми хвостами и шипами, земноводные зубастые хищники, которые выскакивали из океана и преследовали свою жертву на суше, не оставляли шансов людям Племени выжить.
Но человек не только выживал, а хитростью и коварством истреблял этих чудовищ. Охотники выставляли на берегу приманку в виде самого быстроногого подростка. Когда из воды выскакивал земноводный монстр, мальчишка во всю прыть пускался бежать в прибрежные скалы. Хищник, вбегая в первый проход между скалами, попадал в засаду, устроенную охотниками Племени. На него сверху обрушивался камнепад заранее приготовленных больших и острых скальных обломков. Раненых чудовищ добивали копьями охотники Племени.
Такая охота приносила много мяса, и тогда охотники разбивались на две группы. Самые сильные уносили часть мяса в Пещеру, а остальные оставались на месте и разделывали убитую добычу. Они резали тушу на тонкие полоски, раскладывали на скалах и, таким образом, вялили мясо на солнце и ветре, сохраняя еду на долгое время в запас.
Но так было раньше, но совсем недавно из глубин океана вышли гигантские крабы, которые обладали не меньшей хитростью и коварством, чем человек. А через некоторое время охотники Племени сами превратились в добычу этих быстрых и вооружённых убийственными клешнями земноводных.
Потом в Племя пришла Смерть. Она пришла не из Океана и даже не из Леса. Смерть пришла из глубины гор. Всё случилось неожиданно и быстро.
Рано утром в Пещере люди проснулись от смутного ощущения опасности. Потом начали дрожать стены, пол, а с потолка стали падать камни. Был слышен глухой, ужасный гул гор. Всё Племя выбежало из пещеры, люди метались, не зная, куда бежать от страха. В Лесу, который был ниже и дальше Пещеры, тоже стоял вой ужаса. Хищники инстинктом чувствовали надвигающую Смерть, как и люди. Потом Вожак Племени развёл большой костёр перед Пещерой, и люди понемногу стали успокаиваться. Огонь всегда защищал их от всех врагов, в нём была Божественная Сила тепла, защиты и света.
Вся еда осталась в Пещере, но идти внутрь никто не хотел, и даже Вожак Племени не осмелился пойти вниз в нарастающий гул доносившийся из глубин гор. Тогда Вожак послал всех детей Племени в Лес собирать орехи и плоды. Один из охотников осмелился выскочить вперёд и прокричать в лицо Вожаку, что дети в Лесу станут добычей, и если Вожак хочет есть, то пусть сам идёт в Лес за едой. Страшное копьё Вожака с ужасным клыком – наконечником пронзило охотника насквозь. Зарычав, Вожак поднял охотника на копье и, развернувшись, швырнул его в пропасть. Больше желающих оспаривать приказ Вожака Племени не было. Дети ушли в Лес, что и спасло некоторым из них жизнь.
Фау и Эм, как две сестры, сразу отделились от толпы детей, уйдя в сторону. Фау уже была почти охотницей, которую отец учил хитростям охоты. Поэтому она сразу свернула на каменную тропу. На камнях они не оставляли следов и вдвоём не создавали столько шума и запаха, как все дети Племени. Дойдя до Леса, Фау выбрала самое тонкое дерево, которое могло бы выдержать двух девочек, но не могло служить убежищем крупному хищнику Леса. Взобравшись на самый верх, они стали ждать
