Читаем без скачивания Харря Поттный и Чвакальное Чмошище - Сергей ПАНАРИН

Джеймс совсем приуныл. Пообвис бодро торчащий черный чуб, скривился длинный острый нос… Крепыш сплёл витиеватое заклинание и пошёл собираться.

Другое дело Молли Фригидель. Она любила Харрю Поттного чистой искренней любовью.

Такой, какой любит свою свинью пейзанин. К хрюне можно прийти и поплакаться, она ничего не поймёт, но и гнать не станет. К тому же, она почти как человек: смышлёная, хоть и тупая. Да, грязная. Да, бесцеремонная. Зато не норовит залезть под юбку или дёрнуть за косичку.

От Молли Харре нужно было одно - еды. Впрочем, как и от остального мира.

Идеально сложенная Молли совершенно не интересовалась мальчиками. Другие девочки зачитывались женскими романтическими историями вроде "Белоснежка и семь любовников" или "Русалочка и директор консервного завода". Молли штудировала историю войн. Сверстницы рукодельничали, а Молли метала ножи. Одноклассницы сдавали на отлично магию Цветов, а Молли - Искусство бесконтактного боя. Ко всему, у неё был чёрный пояс по бухгалтерии и третий дан по шоубизнесу.

Харря был грязным слюнявым щитом, за которым она пряталась от глупых девах с коровьими глазами и озабоченных пацанов с другими частями тела.

Услышав от Бабаянуса о грядущем походе, Молли с трудом удержалась от радостной пробежки по стенам. Наконец-то она будет метать кинжалы не в деревянный чурбан, а в живые цели! Скольким врагам можно будет переломать ноги! Эх!…

И Молли, и Джеймс, и Харря учились в самом прославленном колледже Хоботаста - в Виммбилльдоре, ставшем для них семьёй…

Харря плёлся по бесконечным анфиладам школы и мысленно прощался со вторым домом…

Здесь, в столовке, он съел первый хотмантикор.

В этом кабинете его выпороли за сожранную им на спор заспиртованную лягушку. Пари он проиграл, так как не успел допить спиртовой раствор, хотя условился с Беней Спайдерманом опустошить сосуд полностью (магистр Биогумус Плодовитый зашёл в класс и всё испортил). Хитрый еврейский мальчик Беня часто одерживал верх над простаком Поттным.

За библиотекой он с тем же Спайдерманом смотрел запрещённые картинки, изображающие голых русалок, оказывающих сексуальные услуги разным мифическим существам от кентавров до пресловутого Квадратного Трёхчлена.

На заднем дворе, в парке Харря попрощался со знакомыми Нельзябликами. Потом ему в голову пришла замечательная идея. Нельзяблики были сторожевыми птичками. В школе их использовали для того, чтобы ученики не могли тихо сбежать. Стоило только залезть на забор, как пташки начинали истошно орать: "Нельзя, блин!" А ведь при приближении чужака они будут делать то же самое!

Харря Потный столковался с Нельзябликом по кличке Кабысдон, всегда хотевшим попутешествовать, и посадил его за пазуху.

В Чёрном пруду плавали хромосомы. Эти рыбы умели менять цвет в зависимости от окраски дна или водорослей, возле которых они находились. Поэтому Харря не увидел ни хромосома. Он бросил несколько кусков специально припасённого дохлого суслика в тёмную воду. Вода мгновенно закипела и через считанные секунды снова успокоилась. Хромосомы любили покушать, чем и нравились маленькому волшебнику.

Поттный обернулся к зданию Хоботаста. Старинная готическая постройка, на вторичном рынке недвижимости стоит сущие копейки, но, тем не менее, дорога… Острые шпили протыкали вальяжную сизую тучу, лениво поливавшую округу противной изморосью.

Родные картинки…

Но пора было собирать рюкзак. Поттный прошептал "I'll be back" и поднял большой палец вверх. Так завещал Железный Дровосек…

Через полчаса геройская троица стояла в зале алхимии и слушала последние наставления Бабаянуса.

- …"Тульский Токарев", он же ТТ. Всего один, извините, быстро разбирают… Поэтому его не дам. Там, куда вы отправляетесь, огнестрельное оружие не действует. Сейчас, пока ректор спит, мы пойдём в его кабинет, к камину…

Харря Поттный мгновенно вспомнил, как месяц назад над ним издевался Джеймс Барахлоу:

- У ректора в кабинете есть камин. Это дверь в другой мир. Завтра мы с пацанами туда проберёмся. А тебя, Поттный, не возьмём.

- Почему? - обиженно надулся тогда Харря.

- Потому что у тебя зад не пролезет. Ладно, шучу. Возьмём. Там, говорят, дракон вход сторожит. Так мы его тобой накормим… Не дрейфь! Шучу повторно…

- Поттный! Ты меня слушаешь? - услышал Харря голос Двуликого Бабаянуса.

- Да, мастер-маг, - промямлил мальчик.

- Тогда равняйсь-смир-р-р-рно! Первый пошёл…

III

Аты-баты, шли солдаты.

Кем солдаты аты-баты?

Кто осмелится опять

нас, героев, аты-бать?

Есть много теорий о происхождении сущего. Вот пример.

На заре веков, когда не было ни людей, ни зверей, ни планет, а Вселенная ещё не придумала, чем она хочет стать, мир был един. Следует оговориться: ведём беседу о доступной нам части мира. Непостижимая матрёшечность бытия не позволяет нам рассуждать о целом, так как мы болтаемся на своём уровне вложенной "матрёшки" и не имеем системной возможности заглянуть выше.

Так вот, наша вселенная была самым натуральным паштетом с одинаковой температурой в разных точках. Затем этот паштет испортился и стал разлагаться. На его комочках образовались очаги жизни. Здесь аналогия с паштетом заканчивается и начинается научная фантастика.

Процесс гниения привёл к тому, что вселенная распалась на несколько параллельно существующих. Благодаря магии, физике и другим псевдонаукам можно открывать лазы в соседние миры. По сути, путешествие между подмирами - вопрос управления энергиями.

Не станем приводить здесь длинные математические формулы и техническое описание громоздкой установки. Нам достаточно знать, что тривиальное заклинание "Варблапук торпыздынь!", произнесённое над… А впрочем, не будем делиться с вами этим секретом, а то наступят хаос и анархия.

Ректор магической школы, великий маг и учитель товарищ Мастдай Глюкообильный варблапукнул свой торпыздынь в камин. Получилось очень удобно и эстетично. В силу темперамента и психологии Мастдая его ворожба обладала рядом особенностей. Например, пламя в камине иногда надолго замирало, затем поверх язычков огня возникала надпись "Камин совершил недопустимую операцию и будет загашен".

Школьный фонтан, спроектированный ректором, не реже одного раза в сутки заявлял, что "Поток воды не может быть оцифрован и будет закрыт", луг, выращенный Мастдаем, говорил-де "Отрос высоковато и будет перерыт", а самка школьного единорога не раз "Родила пятиногого жеребёнка и будет перекрыта".

Кристальный шар в главном зале заседаний Хоботаста норовил выйти в Высший Эфир и зарегистрироваться либо скачать оттуда таинственные апдейты. Но вернёмся к камину.

Харре Поттному действительно потребовался хороший пинок, чтобы протиснуться в иной мир. На том конце и правда топтался дракон-охранник, однако, на счастье Харри, зверь был недомерком, а мальчик настолько ускорился, что попросту налетел на сторожа и размазал его по стене пещеры.

Молли и Джеймс, появившиеся сразу за Харрей, брезгливо разглядывали окровавленного толстяка, пока тот переодевался в чистое.

Пещера была освещена вечными бездымными факелами. На потрескавшихся стенах виднелись странные надписи вроде "Achtung" и "Das Hitler Bunker" и прочие не менее загадочные. Под ногами болтались какие-то круглые ржавые металлические капсулки, невразумительная ветошь и скелеты крыс.

Поттный выбросил испачканные штаны и рубаху в угол, закинул рюкзачище за спину и скомандовал:

- Ну, пойдёмте, а?…

- Ага, ливер, - хмыкнул Барахлоу. - Только главный здесь я, несмотря на то, что там проквакал этот маразматик Бабабянус.

- Вот как? - насупился Харря Поттный. - Придётся сразу объяснить, кто тут бугор.

И он полез в карман за волшебной палочкой. Это у всяких брюнетистых пижонов палочки красивые и аккуратные, а у Харри она была кривая и сучковатая. Поэтому пока он силился достать главный магический инструмент, Джеймс выхватил свой и атаковал. Невидимый удар отбросил Харрю на стену. Поттный охнул и стёк вниз.

Тут в драку вмешалась до этого молчавшая и с интересом наблюдавшая бой Молли. Она свела руки и как бы толкнула ими воздух в направлении Барахлоу. Джеймса подхватило и впечатало в противоположную стену.

- Так, мальчики, раз уж вы не можете поделить власть, то командовать походом по любому буду я, - Молли подпрыгнула вверх и зависла в полуметре от пола, сплетя ноги калачиком. - Есть возражения?

Возражений не было.

- Вот и здорово. Тогда пошагали, - Молли кинула свой мешок Джеймсу. - Барахлоу, понесёшь моё барахло.

- Неоригинально, - скривился Джеймс.

Мальчишки, кряхтя и стоная, поднялись и отправились за плывущей по воздуху Молли. Впрочем, ей вскоре надоело рисоваться.

Неимоверно скучный тоннель вёл путников в неизвестность. Они чувствовали, что постепенно спускаются всё ниже и ниже, хотя ступеней и особо резких наклонов не было. Джеймс затянул весёлую походную песню о вещем Зигфриде. Эта нетрадиционная германская песнь нравилась ему откровенной пошлостью: