class="p1">— Гляди! — увидел Васька на скрипке выгравированную золотом надпись. — На этой штуковине написано «Волшебство в мелодии»! Вот повезло! Сыграем что-нибудь, загадаем при этом желание, и каждый день у нас будут пятёрки!
— Нет, — сомнительно покачал головой Павлик, — чуда тебе так просто не
произойдёт! Тут надо бы какие-нибудь ингредиенты добавить, чтоб оно
сработало…
— Это какие же?
— Да хотя бы листья.
— Где ж мы зимой листья возьмём?
Павлик посмотрел на верхушку высокого дерева и разглядел там несколько оставшихся засохших листочков.
— А вон там! — указал он наверх. — Наберём листьев, камушков и ещё чего-нибудь, затолкаем это всё в скрипичные отверстия, скажем заклинание вроде «абракадабра», поводим смычком — тут нам и пятёрки в дневнике!
Уверенные в успехе, мальчишки бросили скрипку обратно в футляр, и полезли на дерево. В эту минуту поблизости раздался лай щенка: маленький друг Серёжи учуял его вещь.
— Эй, а ну, положь! — крикнул Павлик сердито. — Это наш инструмент!
— Как раз мой, — сказал Серёжа, бережно погладил деревянный корпус скрипки и закрыл футляр.
— Отнимем нашу вещь у этого самозванца! — сказал Павлик Ваське.
— Волшебство должно достаться нам! — подтвердил тот, и полез вниз. Но не тут-то было! «Кр-рак!» — треснула ветка под ногой у Павлика. «Хр-рум!» — обломился сучок под рукой у Васьки.
— Э-эй, что за шутки! — обиженно завыл Васька. — Если ты обладатель волшебной вещи, то сними нас отсюда!
Серёжа на эти слова лишь презрительно прищурился:
— Не буду я вас спасать, потому что вы того заслужили.
— Значит, наша беда — это твоих чар дело?! — возмутился Павлик.
— Скорее, какого-нибудь злого колдуна, — пояснил Серёжа, — потому что добро всегда помогает, а зло — наказывает!
Произнеся эти мудрые слова, Серёжа с щенком покинул двор. А Павлика и Ваську в тот вечер снимала целая пожарная команда!
Коля имел для счастья почти всё — и книжки с красивыми картинками, и шоколадные пирожные. Не имел только здоровья. Не раз он сам пытался встать с инвалидного кресла, но ноги не держали его. Лицо у Коли такое красивое, что можно любоваться бесконечно. А как захочет куда-нибудь пойти — без посторонней помощи ему никак не обойтись. В школу он ходить давно перестал — не желал, чтобы смеялись, — и предал себя самообразованию. Сегодня он пытался изучить математику, но, ничего толком не поняв, откладывал учебник в сторону. Затем так не по-детски задумчиво глядел в окно. После, будто бы вспомнив о необходимости учёбы, он вновь открывал учебник, но ни в каких цифрах разобраться не мог. А на кухне его мама, тётя Саша, говорила маме Марины:
— Вот, сестра, какое несчастье свалилось на нас! С бедным Колей и так было плохо, а теперь ещё хуже становится: у него пропадает интерес ко всему!
— Как? — удивлённо спросила сестру мама Марины. — Даже купленные мной книги про природу ему не помогают?..
— Не знаю… — вздохнула Колина мама. — Он не имеет никаких желаний, он бледнеет и слабеет с каждым днём… Хочет лишь, чтобы я претворила в реальность его сон — а разве я, беспомощная мать, могу что-то поделать? Отец, и тот на станции служит…
Мальчик сидел, печально опустив голову, и густые чёрные волосы скрывали его лицо. Марина, забившись в угол дивана, бесцельно разглядывала книжку, картинки которой казались померкшими и безрадостными. Но тут чирикнул звонок, и девочка, прекрасно понимая, кто пожаловал, кинулась отпирать.
— Кто это? Новый врач? — спросила тётя Саша.
— Должно быть, так… — кивнула Марина, с надеждой глядя на своего нового знакомого. Тот кротко сообщил правду:
— Я самый обыкновенный человек, медицинского образования не имею.
— И как же вы собираетесь лечить моего сына? — нахмурилась тётя Саша.
— Вот этим. — Серёжа показал скрипку.
— Музыкой? — недоверчиво насторожилась тётя Саша. — Что ж, проверим, насколько эта музыка целебная.
Она завела всех в просторную кухню, рассадила по местам маму и Марину, и разлила им чаю.
— Играйте. — велела она. — А мы будем пить чай и слушать ваше лечебное творение.
От подбадривающего взгляда Марины, у Серёжи появилась уверенность, он положил скрипку на плечо, глубоко вздохнул, как это всегда делал перед тем, как заиграть, и повёл смычок по струнам. Чувственная мелодия огласила квартиру. С первых её звуков Марина и обе мамы замерли, не смея поднести к губам чашку. Музыка очаровывала, музыка переносила в неведомое, чудесное место… Вдруг Серёжа заметил, что в скрипке выскочила одна струна — волнение охватило его. Должно быть, старый инструмент был повреждён во время падения… Он, однако, продолжал играть, ведь его слушают и желают увериться в волшебстве этой симфонии. А мамы и Марина так заслушались, что им было уже совсем не до чая. Им казалось, что на улице прямо из под снега восстают цветы, а по всему небу летят из дальних стран птицы, что ласковые лучи весеннего тепла проникают даже в самые тёмные уголки, а на деревьях шумит листва, самая зелёная и свежая… Музыка с каждой секундой крепла и разливалась, и всё вновь и вновь обрывались на скрипке струны. Серёжа водил смычком со всей осторожностью, ведь каждая струна была ценна. Да и мелодия уже не лилась сверкающим ручьём, а стремительно летела белой птицей… И вот эта птица весенней симфонии скрылась в вышине — смычок в последний раз скользнул по единственной оставшейся струне. Серёжа стоял захваченный собственной игрой, не в силах прийти в себя. Но усилившийся гул аплодисментов быстро вернул его в действительность. В дверях ещё звучали тихие хлопки. Это хлопал в ладоши Коля! Уверенно стоящий на ногах, как здоровый! Тётя Саша ахнула, а Марина воскликнула:
— Коля, как у тебя получилось… прийти сюда самому?
— А этого я и сам не знаю. — улыбнулся мальчик. — Мне просто очень хотелось узнать, кто же так чудесно играет. Оказывается, я такой же сильный, как и другие мальчишки! Я могу ходить сам!
И, в знак доказательства, он подошёл к своей маме. Давно тётя Саша не испытывала такого счастья! Она обнимала Колю, лепетала что-то несвязное, и смеялась, будто девочка.
— Как у вас получается лечить музыкой? — спросила она Серёжу.
— Вероятно, единственная мелодия, которую я мог играть, несказанно подействовала на вашего сына… — смутился он от счастья. Ему приводилось исполнять многие желания детей и взрослых, но такого чуда он не сотворял ещё ни разу! А Коля, кружась в танце с мамой, тётей и двоюродной сестрёнкой, говорил:
— Я мечтал увидеть зимой природу такой цветущей и радостной, какой она бывает только в мае! Я мечтал услышать музыку, сравнимую только с весной!.. Мне снилось это во сне, а вы этот сон
