И вот сейчас… Маркус тяжко вздохнул. Один лишь взгляд на это изящное создание в мерцающих лучах света заставил его тосковать о том, чего не будет никогда.
– Джон, как ты, старина?! – раздался ее чуть хрипловатый голос, и Маркус, тотчас же вернувшись в настоящее, сделал еще несколько шагов вперед, чтобы лучше слышать разговор.
– Я справляюсь, как смогу, мисс Дани. Двое мальчиков попали на днях в переделку со стариком Говардом. Моя жена им чуть головы не оторвала.
Мисс Дани покачала головой и тихо фыркнула.
– Что ж, я ее не виню. Ведь мистер Говард угрожал натравить на них констебля.
– Я уверен, они нас прикончат. Никогда не заводите детей, если знаете, что для вас лучше.
Мисс Дани улыбнулась, и ее лицо преобразилось – из просто хорошенького превратилось в прекрасное. Маркус перевел дыхание; ему страстно хотелось обладать этой женщиной. Полное безумие, конечно же, – но ведь он был безумен всю свою жизнь…
– Тише, Джон! Нельзя, чтобы Ху слышал, что ты болтаешь, – тихо пробормотала красавица.
– Для него все равно слишком поздно! – Джон весело рассмеялся и поглядел на другую пару, ждавшую в нескольких шагах. После чего взглянул на небо и добавил: – Вы выбрали чудесную ночь, мисс Дани! Слякоть нас задержит.
Она окинула взглядом экипаж, потом рассмеялась.
– Как будто это я вызвала такую погоду! Кроме того… Проехать все еще можно.
Джон нахмурился, и красавица, заметив это, добавила:
– Не беспокойся. Ведь нас никто не заметил, никто не поднял тревогу. Вы будете на полпути к Гретна, когда они поймут, что Анна исчезла.
Маркус невольно вздрогнул; на него нахлынули воспоминания, когда он услышал это имя. Анна?! Не может быть! Хотя… Ведь в Лондоне полно женщин с таким именем. Может быть, даже ее служанку так зовут.
С нарастающим ужасом Маркус почувствовал надвигающийся конец еще до того, как разум осознал это.
Он взглянул на другую девушку, стоявшую рядом с единственным настоящим мальчишкой, вернее – мужчиной, плотное сложение которого намекало на более зрелый возраст. Тот стоял у тротуара, держа в руке фонарь, проливающий мягкий свет на черты второй девушки, всматривавшейся в ночь. Выражение тревоги затуманило ее ангельские черты, которые он, Маркус, так часто видел в последний месяц. Она сняла кепи и вертела его в руках, обнаружив светлую косу, явно заплетенную в спешке (не было ничего похожего на ее обычные прически). И теперь уже не осталось никаких сомнений: это была мисс Анна Ньюпорт, дочь одного из богатейших торговцев в Лондоне. Невеста Маркуса. Сбегавшая от него.
Маркус не знал, что должен чувствовать. «Как можно быть таким глупцом?» – спрашивал он себя. Конечно, он понимал, что это будет брак по расчету, но все же верил, что со временем она, возможно, увидит его в более привлекательном свете. Они вели дружеские беседы. Он был добр и вежлив с ней – настоящий джентльмен. А она казалась отзывчивой, хотя и немного нерешительной. Очевидно, он в ней ошибался… Теперь – вдобавок к сокрушительному поражению его ждало унижение – и даже представить было страшно, какие последствия грозили его сестре.
Тут мисс Дани повернулась к вознице и тихо спросила:
– Где же жених?
Кучер молча пожал плечами, и на его лице отразилось беспокойство. Дани же с тревогой посмотрела на Анну и подошла к ней.
– Он ведь знает, что это сегодня, правда?
Анна с дрожью в голосе ответила:
– Да, мне удалось сегодня поговорить с ним наедине и обсудить детали. Он заверил меня, что будет здесь. Джордж не из тех, кто может передумать в последний момент. Отчасти поэтому я и полюбила его.
Полюбила. Маркус подавил смешок, рвавшийся из груди. Нелепость происходящего его забавляла. Но тут же явилась мысль, заставившая его нахмуриться. Без сомнения, жених обманывал Анну, пользуясь ее детскими фантазиями, и заплатил кругленькую сумму своим сообщникам, чтобы проложить себе путь к ее наследству. Маркус легко мог представить, как нечто подобное происходило с такой наивной девушкой, как Анна, и склонялся к тому, чтобы остановить эту аферу… но не мог заставить себя пошевелиться.
Гнев закрался в его душу. Почему Анна так с ним поступала?! Неужели ей настолько была ненавистна мысль о союзе с ним, что она убегала под покровом ночи? Даже стоя здесь, зная, что они с Анной не любили друг друга, зная, что их брак был бы обычным деловым соглашением, Маркус надеялся на проявление хоть какого-то уважения. Жажда мести охватила его. Он страстно желал, чтобы предательница получила по заслугам!
Тут мошенница присоединилась к Анне и мужчине с фонарем и, оглядев улицу, заявила:
– Я уверена, он придет. Надо подождать.
Маркус тоже ждал, постепенно трезвея от гнева и наплыва чувств. Если этот Джордж действительно мошенник, так что же он не шел за своим трофеем? А может, в нем проснулась совесть? Может, он передумал?
И тут явилась совершенно неожиданная мысль: «А что, если Джордж был жертвой, а не Анна?» – потом воспоминания мгновенно превратили Анну… в его младшую сестру. Но тотчас же представил, как она возвращается в комнату, опустошенная предательством «истинной любви», или, что еще хуже, возвращается домой, обреченная на несчастливый брак.
Гнев тут же сменился участием. Что ж, если бы на месте Анны была Каро…
Сделав над собой усилие, Маркус оттолкнулся от стены, и ноги, казалось, сами понесли его к свету, но тихий окрик с места, где стояла троица, остановил его. Он отступил в тень и увидел… худую спотыкавшуюся фигуру, вышедшую из темноты. Маркус успел заметить блеск очков в свете фонаря, и тут же юнец упал, споткнувшись, казалось бы, на ровном месте.
– О, Джорджи! Любовь моя, ты в порядке? – Анна опустилась перед ним на колени.
Молодой человек с виноватой улыбкой пробормотал:
– Прости, что опоздал, Анна, но мистер Хесслер задержал меня. Раньше я прийти никак не мог.
Пока Джордж говорил, его руки метались в поисках очков, которые свалились при падении. Дани подобрала очки в нескольких футах от него и вложила их ему в руку.
– Держи, Джордж. И гляди под ноги.
– Да, мисс Грин. Скоро я привыкну к этим новым очкам.
Маркус перестал обращать на них внимание. Фрагменты головоломки в его голове, наконец, сложились в единое целое. И сейчас, когда все прояснилось, сочувствие к Анне снова сменилось ненавистью. Джордж был клерком в конторе его, Маркуса, поверенного. Джорджа посылали в дом Ньюпортов, чтобы подготовить бумаги о брачном соглашении. Мистер Хесслер иногда упоминал его и говорил, что мальчишку ждало светлое будущее в юриспруденции. Ярость Маркуса росла, и он твердо решил позаботиться о том, чтобы Джордж никогда не реализовал свой потенциал.
