- А-а-а! Мои усы! За что, Сигурэ-сан?! - не переставая вопить, Кенсей вывалился из люка и принялся скакать по комнате, легкими прыжками отталкиваясь от статуй и стен и пытаясь постоянно щелкать фотоаппаратом.
- Извращенец... - Косака, обвив ногами цепь и тем самым освободив обе руки, принялась метать колюще-режущее оружие в прыткого старикашку.
Когда стих свист воздуха, рассекаемого сталью, китаец осторожно выглянул из-за очередной статуи, ставшей ему прибежищем, и, заметив закрываемый люк, с облегчением вздохнул.
- Теряешь хватку, Ма Кенсей, - заметил продолжающий невозмутимо сидеть на полу хозяин мастерской, указывая на истыканную сюрикенами камеру.
- Хе-хе, я бы так не сказал, - радостно улыбаясь, покачал он стиснутым в руке аппаратом. - Тот был муляжом, этот настоящий, и скажу тебе по секрету, я успел сделать пару шикарных...
Его прервала прилетевшая сверху стальная звездочка, но низкорослый мастер лишь мазнул рукой перед собой и легко выдернул "подарок" из воздуха. Решив покрасоваться перед незримой отправительницей, Кенсей одновременно подкинул зажатый в правой руке аппарат и сюрикен, пойманный двумя пальцами левой, с намерением немного пожонглировать. Но каково же было его удивление, когда пролетающая перед его носом камера распалась на несколько частей.
- Нет! - по территории додзе пронесся новый вопль.
- Про это я и говорил... ну-ну, успокойся, Кенсей, в этот раз тебе не повезло, - похлопав поникшего мужичка по плечу, провел утешительные мероприятия внезапно появившийся рядом с ним Акисамэ. - Пойдем, нас ждет Кеничи, нужно посмотреть, что случилось...
- Да... ты прав! Кен-тян ждет... - воспрянул духом китаец при упоминании своего горячего фаната, - ждет новых снимков моей работы! Кен-тян, я не подведу тебя!
Нельзя было точно сказать, из-за чего именно поперхнулся пивом парень у входа: то ли из-за слов воспылавшего мужичка, то ли из-за его действий: лысый извращенец достал из-за пазухи еще одну (уже третью по счету) камеру и с маниакальным блеском в глазах уставился на потолок.
Через двадцать минут около истыканного иглами и обмотанного новым слоем бинтов паренька состоялся консилиум ведущих врачей этого города, а то и всей страны разом.
- Не вижу никаких серьезных отклонений, - задумчиво произнес Коэтсуджи - "философствующий гений" джиу-джитсу. - Даже если он не бредил в тот раз, то потеря памяти кратковременна, и скоро все вернется в норму.
- Истинно глаголете, коллега! - не остался в долгу мастер китайского кэмпо - Ма Кенсей. - Хоть ему в этот раз и досталось больше прежнего, но, скорее всего, ученик просто пошутил над Сигурэ-тян...
Сверху послышался шорох и мужичок, нервно дернувшись, тут же исправился:
- Сигурэ-доно, это шутка! Не надо так остро реагировать на оговорки старого больного человека... Скажи ей, Сакаки!
- А я-то тут при чем?! - удивился скучающий парень, стоящий в дверях.
- Ну, это же ты постоянно подзуживаешь Кен-тяна подшутить над милой Сигурэ...
Сакаки Сио - мастер карате сотого дана - слегка покраснел и кинул в наводящего напраслину китайца полной бутылкой пива, крикнув:
- Что ты несешь? Не приплетай меня к своим извращенным делишкам!
Акисамэ перехватил снаряд и перебросил его обратно владельцу, который столь же ловко поймал, откупорил и, тут же приложившись к горлышку, моментально успокоился.
- Думаю, нам стоит пробудить его и выяснить готов ли он продолжить тренировки! И так уже два часа бездельничает.
Сакаки с сомнением посмотрел на упакованную тушку ученика и ответил:
- Акисамэ, ты слишком повернут на тренировках, этот слабый стручок не выдержит такого темпа.
Дальнейшую дискуссию на любимую тему философа прервал китаец, выдернув одну из иголок из шеи больного и сказав:
- Сейчас он придет в себя.
- Как ты себя чувствуешь, Кен-тян? - осведомился Кенсей, склонившись над учеником и заглядывая ему в открывшийся глаз.
Узрев перед собой бровасто-усатого китайца, Сирахама слегка дернулся от вида сего колоритного персонажа и, заворожено глядя на блестящую лысину, спросил:
- А где медсестра? Вы не похожи на врача... - тут парень заметил еще двух человек, подошедших к нему. - Кто вы? Что со мной случилось?
- Вот это мой ученик! - с гордостью произнес мастер в зеленом, со значительным выражением на лице ткнув пальцем вверх. - Несмотря на потерю памяти, первым делом спросил про девушек в форме!
Не обратив никакого внимания на выспреннюю речь коллеги, мужчина с белесой радужкой обратился к своему пациенту, "немного" изменив трактовку событий:
- Молодой человек, раз вы нас не узнаете, расскажите, что из последнего вы помните? Не волнуйтесь, вы в частной клинике, сюда вас доставила Саори Сирахама, ваша мама, мы ее знакомые.
- А... хорошо, - согласился паренек и послушно попытался вспомнить заключительные моменты своей осознанной жизни. - Помню сестру, родителей, завтрак... вроде, я спешил в школу, потом удар, боль и... и... кажется, это все. Ах, да еще была красивая девушка... - по лицу паренька сама собой расползлась мечтательная улыбка.
- Ты про Фуриндзи Миу? - перейдя на "ты", спросил Акисамэ, который был знаком с историей их встречи, и с облегчением подумал, что, возможно, не все так плохо: раз он помнит внучку Старейшины, то вскорости вспомнит и своих наставников - мастеров из Рендзанпаку.
Надежды не оправдались.
- Фуриндзи. Миу, - Сирахама распробовал на вкус незнакомое ему имя и сделал соответствующий вывод, - нет, не знаю такую. Я про симпатичную брюнетку...
Далее от парня, начавшего впадать в забытье, посыпались хоть и полусвязанные, но не ставшие от этого менее проникновенными, комплименты в сторону "прекрасной демоницы, навеки-вечные запечатленной в его сердце". Слова про "демоницу" достигли цели, и через приоткрытый люк Косака свесила голову и стала с интересом вслушиваться в словесные перлы в ее честь, при этом прическа рассыпалась в два черных крыла, но это событие осталось незамеченным для автора сравнения, продолжающего бредить, с отсутствующим взглядом превознося красоту мастера холодного оружия.
- Мы его теряем... - с индеферентым видом констатировал Сакаки.
- Мы его обретаем! - бессмысленно уточнять автора этого пылкого высказывания...
- Чувствую, у нас появились значительные проблемы, - пробормотал себе под нос Акисамэ, что, тем не менее, не помешало расслышать его всем желающим. - Додзе не переживет появления еще одного извращенца.
- Типун тебе на язык, Коэтсуджи! Какие проблемы?! Мне новый Кен-тян очень даже нравится - ни грамма смущения! Хотя было весело, когда он грохался в обморок с носовым кровотечением от пары фоток Миу-тян в неглиже. Я чувствую в нем силу! Я передам ему свои секретные техники! - не на шутку воодушевился Кенсей, когда сознание окончательно покинуло несчастного Сирахаму.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
