просто всё обдумать. Успокоиться.
Но острая горячая игла неправильности случившегося внутри меня никуда не делась. Пожалуй, как бы я себя ни уговаривал, оставить всё так не смогу.
Миранда
Утром я проснулась на рассвете, хоть никто нарочно меня не будил, будто за тот недолгий срок, что я пробыла в гарнизоне, он приучил меня к своему распорядку. Некоторое время я просто лежала в удобной большой постели в своей милой комнате, которую для меня в доме деда подготовили заранее, и смотрела в потолок. Как-то даже не верилось, что сейчас я встану и просто пойду вниз завтракать, не встречу никого из всадников и не увижу лорда Сугроба.
Странное чувство — как будто жаль.
Решив немного потянуть время до встречи с дедом, я накинула плотный халат поверх сорочки и вышла на крохотный балкон, вид с которого открывался на все окрестности его большого графского поместья — предзимние потускневшие луга, холмы и островок небольшого городка поблизости.
День был ясный, но, если глянуть в ту сторону, откуда мы вчера прилетели, можно было разглядеть, что горизонт затянут серой пеленой ненастного фронта, который сомкнулся прямо за нами, едва мы успели проскочить его границу.
Гор не было видно в снежном тумане.
А значит, ещё долгие дни не появится ни малейшей возможности пробиться к гарнизону сквозь метель и сумасшедший ветер.
Не то чтобы я собиралась туда, но понимание того, что обратная дорога закрыта неизвестно на сколько, настроение мне не улучшило. А ещё я не попрощалась со Смерчем — наверное, он страшно на меня обиделся. Показал мне свою пещеру, сокровища, накормить хотел, а я вот так просто его бросила — некрасиво получилось.
Я поёжилась от пронизывающего ветра, который дул прямо в лицо, и вернулась в комнату. Подняла взгляд и вздрогнула — передо мной стояла служанка с самой услужливой улыбкой на губах, какую только можно было себе представить.
— Доброе утро! — прощебетала она. — Будем собираться к завтраку?
Как будто у меня был какой-то выбор…
— Будем, — кивнула я девушке и пошла умываться.
Вскоре я спустилась на первый этаж, в столовую, полностью разряженная в новое платье, которое, оказывается, дед тоже подготовил к моему приезду, как и полдюжины других — ведь весь свой гардероб из дома я, конечно, тащить не стала.
Граф уже ждал меня, сидя во главе стола. Насколько я знала, жил он один — все дети давно обзавелись своими семьями и разъехались кто куда, жена, к сожалению, покинула этот мир во время последних родов — много лет назад. С тех пор он не стал заводить новую семью: воспитал и женил сыновей, удачно выдал замуж дочь, а теперь как будто наслаждался свободной жизнью.
Выглядел он как всегда безупречно: аккуратная бородка с проседью была педантично расчёсана, волосы убраны назад от лица. Он поднял на меня ясные голубые глаза и отложил в сторону письмо, которое читал до того, как я пришла.
— Чудесно выглядишь, — улыбнулся ровно так, чтобы мне было приятно. — Располагайся. Я уточнил у твоих родителей, что ты любишь на завтрак, да и не только, так что постараюсь, чтобы ты чувствовала себя здесь комфортно. Уверен, жизнь в гарнизоне вымотала тебя — к такому даже всадники не сразу привыкают. Куда уж девице, которую вырвали из столичной жизни.
— Мне нормально жилось в гарнизоне, — я села на стул справа от него и окинула взглядом стол. — Я была занята там делом и наверняка ещё могла чем-то помочь. Что я буду делать здесь? Меня вышвырнули из Академии.
— Отправили в академический отпуск, — поправил меня дед.
— А я как сказала? — хмыкнула. — Можно было бы отправить меня в другую. Временно. Так мне хотя бы не пришлось прерывать обучение.
— Я поговорю с ректором Академии Каменного Раскола. Возможно, у них найдётся свободное место для тебя на кафедре…
— Артефакторики, — подсказала я.
Он даже не знает, где я училась! Ему совершенно всё равно, чем я буду заниматься — да хоть помру с тоски, он и бровью не поведёт.
— Пусть артефакторики, хорошо, — кивнул дед. — Но уверяю тебя, пока тебе не стоит об этом беспокоиться.
Я нахмурилась, когда почувствовала, как в ушах нарастает странное напряжение, будто я нырнула в воду, и их заложило. Подвигав челюстью, я попыталась согнать это неприятное ощущение, но оно лишь усилилось, пока не превратилось в отчётливый тоненький звон.
— Моя учёба очень меня беспокоит. И раз уж на то пошло, в Драконьей Скале я имела возможность узнать что-то новое. И более того — применить на практике! — начала я злиться. Есть совсем расхотелось.
— Ещё чего не хватало! — фыркнул дед. — Я уже всё тебе сказал по этому поводу. Нечего тебе там делать. Здесь ты отдохнёшь пару дней, приведёшь себя в порядок, а то осунулась, скоро на смерть станешь похожа. А затем потихоньку вольёшься в местную светскую жизнь. Здешнее общество не столь придирчивое и злобное, как столичное. Так что, уверен, в самом скором времени мы найдём тебе подходящего мужа.
— Что⁈ — я уронила вилку. — Какого мужа?
От мысли об этом мне стало нехорошо. Я ещё от предыдущей помолвки не отошла — после всего, что устроил Люциан, и повторять этот опыт в ближайшее время не планировала. Вот ещё! Уж лучше смотреть на вечно хмурого лорда Сугроба, чем знакомиться с новой партией потенциальных женихов!
— Ну, а чего ты хотела? — начал терять терпение граф. — Для чего, думаешь, родители отправили тебя сюда? Чтобы ты любовалась пейзажами и слушала пение птичек? Они поручили мне устроить твоё замужество. Чтобы общество наконец перестало трепать твоё имя на всех углах.
— Нет, — я встала. — Я не собираюсь замуж!
— Прости, но никто не спрашивает, хочешь ты или нет. Когда ты поступила так, как тебе хотелось, всё обернулось катастрофой! — дед хлопнул ладонью по столу. — Сядь! И позавтракай! У тебя должен быть здоровый вид!
Но вместо того, чтобы подчиниться ему, я закрыла уши руками — не потому что решила закатить истерику — просто наполняющий их звон стал невыносимо визгливым. В один миг он усилился до каких-то невероятных высот, а затем что-то хлопнуло, и стол засыпало сотнями мельчайших голубых осколков.
— Что? — растерялся дед и опустил взгляд на опустевшую оправу резонара, который ещё мгновение назад висел у
