и номера, но тут так совпало, что было хорошо видно людей, сидящих внутри.
И я застыла, потому что на фотографии штрафа за превышение скорости, за рулём сидел мой муж, а рядом с ним была воспитательница нашего сына. Взгляд тут же начал выискивать число. Две недели назад. Что они делали вместе в машине? А ещё, почему воспитательница так странно была наклонена к рулю? Так, будто она прямо в машине делала моему мужу...
2 глава
Аккуратно сложив штраф, убрала его в сумку. Сердце в груди билось как бешеное. Хотелось тут же позвонить Мише, он как раз должен был уже прилететь, и даже, возможно, заселиться в гостиницу, но не стала.
Теоретически ничего странного могло и не быть в том, что они куда-то ехали вместе. Этому могло быть множество объяснений. Муж увидел Екатерину Алексеевну где-нибудь на остановке, предложил подвезти, или ещё что-то... А наклонилась она, чтобы что-нибудь поднять, а не потому, что делала ему минет, прямо пока он был за рулём. Просто‚ видимо я слишком испорченная, и мысли сразу не туда шли.
Но внутри неприятно царапало. Если это ничего не значило, почему он мне не рассказал? Очень к месту было бы когда-нибудь за ужином услышать от него:
«Кстати, я сегодня воспитательницу Саши подвозил...»
Все эти мысли бесконечно крутились у меня в голове, пока я ехала к дому сестры. Вообще, я должна была забрать сына, и поехать с ним домой на машине Миши, но планы мои резко поменялись.
Когда Таня открыла мне дверь, то сразу определила, что что-то было не так.
- Не поняла. Что успело случиться? — С порога задала она вопрос, а улыбка медленно сползла с её лица при виде меня. На заднем фоне визжали радостно наши сыновья.
Моему сыну Саше было пять лет, а Таниному скоро должно было исполниться шесть. У них была разница восемь месяцев. А мы с сестрой были погодками. Поэтому обрадовались, когда получилось, что и у наших детей разница будет небольшой. Это была большая радость иметь кого-то настолько близкого рядом. В детстве ты это не понимал, а во взрослом возрасте уже очень ценил.
- Я не знаю. — Дернула я плечами, и нервно улыбнулась. Внутри всё было будто под напряжением, а я сама чувствовала себя натянутой, как струна. Казалось, малейшее движение, и она могла порваться, начав разрушительный процесс.
- В смысле? — Нахмурилась Таня. — Так, давай, заходи и на кухню. Я попрошу Славу за ребятами посмотреть. Расскажешь, что там у тебя.
На кухне Таня тут же начала возиться, поставила кипятиться чайник.
- А есть что покрепче?
- А что, есть повод? Восьмое марта только послезавтра, и ты, кажется, за рулём, и Сашу собиралась забрать.
- Ну да. — Кивнула я, глядя расфокусированным взглядом на столешницу.
Я «очнулась», когда передо мной на столе оказалась дымящаяся чашка.
- Ромашку тебе заварила. Успокоиться немного. Давай, рассказывай. Что могло случиться за час? Ты ко мне заезжала, довольная была.
- Как ты думаешь, Миша мог мне изменить? — Нахмурилась я, глядя на сестру.
Та молчала, и меня это напрягало. Мне хотелось, чтобы она сразу начала меня убеждать, что такого никогда не могло произойти.
- Не думаю. С чего вдруг такие вопросы? Или у вас проблемы какие-то в семье? - Сестра села тоже за стол, смотря на меня, и явно ожидая каких-то ещё объяснений.
- Я думала, что нет. А сегодня нашла вот это в машине мужа. — Порывшись в сумке, я выудила сложенный вчетверо лист со штрафом, и положила перед сестрой.
Та взяла бумагу, и начала внимательно читать.
- Я не понимаю. Что это такое? Штраф за превышение скорости? И что?
- Да ты не читай, ты на фотографию смотри с камеры. Смотри кто внутри машины.
Таня сощурилась, чтобы присмотреться к черно-белому фото. Оно было не совсем чётким, но рассмотреть лица было можно.
- Погоди, это ваша воспитательница, что ли? — Брови Тани поползли наверх.
Воспитательницу она знала, потому что её сын ходил в тот же садик, что и мой, только был в другой группе, чуть постарше.
- Угу. Екатерина Алексеевна. И я ума не приложу, какого чёрта она делала в машине мужа. Он мне ничего не рассказывал, как и она. Даже не упоминала, что когда-то куда-то с ним ездила.
- Она ему что, сосала там? Что за поза? Офигеть... Надо не гадать, а Мише звонить и спрашивать.
- Ты что, не знаешь Мишу? Он уехал по работе, у него в поездке всё расписано по минутам, и он сильно будет нервничать, если я позвоню и начну его отвлекать. Тем более, вдруг окажется, что это просто глупость. Она могла для чего угодно наклониться.
- Свет, ну тебе не пять лет же, а? Твоему мужу на фотке почти отсасывает воспитательница твоего сына, а ты о том, чтобы муж не нервничал, думаешь?
Я замолчала. Аргументов у меня не было. А Таня и так постоянно мне говорила, что я слишком часто ставила интересы мужа выше своих. Просто для меня так было удобнее, а она этого не понимала.
- Это может быть не тем, чем кажется.
- Свет, ну, не хочешь мужу звонить, позвони воспитательнице. Ей-то ты же можешь позвонить?
- Могу. Наверное. И что я у неё спрошу? Что вы делали в машине моего мужа две недели назад?
- Да, именно так и спросишь. Что тут такого? Не фиг ездить в машинах чужих мужиков. Звони давай. А то ведь не уснешь сегодня, пока не выяснишь. Да и я не усну. Звони.
Я вздохнула, и полезла за телефоном. Чуть подрагивающими руками набрала номер воспитательницы. Мы виделись с ней совсем недавно, когда я забирала сына, но мне не показалось, что она вела себя странно. Может, мы реально разогнали панику из-за ничего?
Мне никто не ответил.
- Не отвечает. А если ей сообщение написать? Ответит, когда сможет.
- Чтобы она успела если что Мише позвонить, и договориться о том, что они будут тебе врать? Нет уж, в таких делах самое важное не дать времени опомниться. Надо спрашивать, и пусть говорит, как есть.
- Ладно. — Кивнула я, ещё раз набрав номер воспитательницы. Но вместо ответа опять были лишь длинные гудки.
- О, у меня идея! А у Миши в машине ведь видеорегистратор висит?
