в мире немного – гораздо меньше, чем немцев или французов. Пора кончать ещё и ещё уменьшать наше число. Иначе мы однажды просто исчезнем.
Бывший сослуживец ожёг его яростным взглядом.
– Вот, значит, как ты заговорил…
– Да, так, – спокойно ответил Горан. Даже не смотря на трагедию, случившуюся с ним, и с Дучичем, он был уверен, что лучше для всех было бы остановить эти затянувшуюся на десятилетия войну. Поэтому спокойно встретил взгляд бывшего сослуживца. Несколько мгновений они бодались взглядами, после чего Дучич отвернулся и обмяк, будто из него выпустили воздух. Они некоторое время молча сидели, смотря в разные стороны, а потом бывший сослуживец глухо заговорил:
– Ты, наверное, прав, Горан, но-о-о… если я предложу тебе отомстить не хорватам и косоварам, а тем, кто на самом деле развязал эту войну.
– А разве её развязал не Милошевич? – криво усмехнулся бывший майор. – Не его неимоверная жажда власти и попытка сохранить то, что уже разваливалось?
– А ты что, счастлив, что наша страна развалилась?
– Нет, – мотнул головой Горан, – я хотел бы по прежнему жить в большой и сильной стране, но разве попытки сохранить её насильно привели к чему-то хорошему? Или, наоборот, загнали нас в пропасть?
Дучич досадливо сморщился. Он никогда не был ни дураком, ни фанатиком, поэтому понимал, что проигрывает этот спор.
Ладно, я тебя понял, – бывший сослуживец махнул рукой и, ухватив рукой бутылку ракии, разлил её по стопкам.
– Давай хоть помянем наших любимых. А потом попрощаемся. Ты всегда был добрым человекам, Горан, и дай тебе бог побольше добра и удачи в твоей жизни. Кому ещё ему такое давать как не тебе? – и Дучич широко улыбнулся. Бывший майор удивлённо покосился на него.
– Ты как будто себя хоронишь…
– Ай – не бери в голову! – Дучич залихватски махнул мотнул головой. – Пусть у тебя всё будет хорошо. А я скоро встречусь со своей Радмилой. Ну и твоей Гордице привет от тебя передам, – и он одним движением замахнул полную стопку. Горан несколько мгновений молча смотрел на него, после чего молча поставил свою стопку на стол и коротко бросил:
– Рассказывай.
Дучич вздохнул.
– Да нечего рассказывать… бомбить нас скоро буду, Горан.
– Нас?
– Ну да – сначала войска в Косово, потом Белград, потом всю страну – мосты, станции, заводы и так далее. Вбомбливать в каменный век, так сказать.
– Кто?!
Дучич насмешливо посмотрел на него.
– А что – так много вариантов?
– Но-о-о… как? – бывший майор замолчал и замер. Вот оно значит что… – Так ты не уволился!
– Уволился. Подпуковник запаса, – усмехнувшись, отрекомендовался Дучич шутливо отдав честь.
– Но я не понимаю как тогда…
– Вот так, Горан, вот так… На нас вышли одни люди. Не сербы. Но кто – я тебе не скажу. И даже не намекну… Короче есть шанс больно ударить по этим тварям. Но рискованный. По существу – дорога в один конец. Нас таких всего две сотни. Разных… Есть бывшие военные, но есть и студенты, и врачи, и инженеры, и крановщики со слесарями. Объединяет нас таких только одно – жить нам больше незачем…
Бывший майор молча выслушал, что ему рассказал бывший подпуковник Дучич, а потом недоумённо спросил:
– Но я не понял – я-то тебе зачем? Или у тебя внезапно обнаружился лишний ЗРК на заднем дворе дома? Потому что как автоматчик или, там, пулемётчик – я откровенно слаб. Ну ты же знаешь…
Дучич довольно усмехнулся.
– Всё что надо – у нас будет. Не совсем законным путём, но будет. Можешь мне поверить. Причём, такое, что ты пока ещё в руках не держал, – он мечтательно закатил глаза. – На таких высотах и дальностях работать сможешь, что ахнешь. Но как – я тебе пока сказать не могу. Операция секретная. Даже Милошевич не до конца в курсе.
Горан задумался, после чего осторожно уточнил:
– Не до конца, это действительно не до конца или-и-и… совсем не в курсе?
Дучич усмехнулся.
– Не до конца – это действительно не до конца. Потому что, если у нас всё получится – то в игру тут же вступят… короче, вступит кое-кто ещё. А там уже потребуется санкция с самого верха. Детали, извини, только после того, как ты решишь присоединиться…
Бывший майор задумался. Он всегда предпочитал хорошенько обдумать свои действия. Даже если, на первый взгляд, всё было очевидно. Именно поэтому его и прозвали «Кудесником атаки». Ибо когда она начиналась – он оказывался готов практически ко всему, что могло при этом произойти. Широкополосные помехи, направленные помехи, удары «Shrike» или «HARM», нападение вражеских диверсантов, сбой электропитания – на всё у него был свой, продуманный ответ, позволявший выполнить учебную или боевую задачу. Вот и сейчас он думал не столько о самом предложении, сколько о том, всё ли учли те, кто делал ему подобное предложение. И какие у этого предложения подводные камни… То есть всё ли подпуковник и его соратники продумали, дабы не облажаться в последний момент. Впрочем, один вопрос, всё-таки, следовало прояснить заранее.
– Какова вероятность уцелеть?
Дучич широко улыбнулся.
– Никакой. После того, что мы там натворим – нас добьют. Разнесут на клочки. Точно!
Горан едва заметно улыбнулся в ответ.
– Ну тогда я в деле…
– Майор! – Горан выплыл из воспоминаний и приподнялся, развернув голову в ту сторону откуда его позвали. К нему подошёл улыбающийся Дучич. Ну да – они все были здесь. Все две сотни тех самых, которым было уже незачем жить…
На полигон под русским городом с режущим сербское ухо названием «Astrahan» их привезли в конце января. Офицеров ПВО в составе их «двух сотен» было всего шестеро. Из них офицеров наведения – двое. Бывших, естественно… Рядовых и сержантов – три десятка. Остальные были кто кем. Так что им пришлось осваиваться с ноля… Впрочем, почему только им – всем. Горан слышал о российской системе С-300, но, так сказать, «держать её в руках» пока не доводилось. А вот тут, наконец, довелось. Ну что сказать… это оказалась система совершенно другого уровня. Она не просто умела стрелять дальше и по большему количеству целей – она делал это совершенно по-другому! Так что он просто выпал из жизни… Да они все выпали – вцепившись в шанс врезать по
