Но если учит нас природа, если в ней поместил Бог Свои уроки, советы и подсказки, то отмахиваться от этой науки сложнее. Видимо, поэтому Моисей брал в свидетели небо и землю, говоря: Внимай, небо, я буду говорить; и слушай, земля, слова уст моих (Втор. 32, 1).
Люди, бывшие свидетелями, могут умереть, не передав следующим поколениям важных знаний. Люди могут быть забывчивы, легкомысленны, наконец корыстны. Из свидетелей они могут превратиться в лжесвидетелей. А вот небо и земля никуда не исчезают, всё помнят и продолжают быть свидетелями верными. Нужно лишь изучить их язык, чтобы уроки природы стали внятны для сердца и разума.
Один урок предложим нынче общему вниманию. Связан он с рекой Иордан.
У вас в школе могла быть двойка по географии. Вы можете не знать названия главных водных артерий планеты, но об этой речушке вы слышали наверняка. Собственно, она не такая уж и речушка. Общая протяженность Иордана – двести пятьдесят два километра. На своем пути она впадает в два больших озера-моря: Галилейское и Мертвое. Первое озеро многоименито. Это – озеро Генисаретское, или море Тивериадское, которое упоминается в Евангелии. Евреи называют его Кинерет. Этот водоем кипит жизнью. Его берега покрыты буйной растительностью, а воды богаты рыбой. Будучи озером, этот водоем ведет себя временами как настоящее море и вспенивается высокими и опасными волнами. А дальше, вытекая из Кинерета и пройдя еще сто километров, Иордан впадает в Мертвое море. Этот водоем действительно мертв. В нем нет не то что рыбы, а даже моллюсков и водорослей. Это, как говорят справочники, самый низкий участок земной поверхности. Словно сходя к аду, Мертвое море хранит на своем дне то, что осталось от Содома и Гоморры.
Мы предприняли такое пространное вступление, чтобы приступить наконец к уроку, заключенному в этих деталях палестинской географии. Генисаретское озеро принимает в себя воды Иордана и отдает их, поэтому оно живо, причем с избытком. А Мертвое море принимает в себя пресные воды Иордана, но никуда их не отдает (Иордан никуда из Мертвого моря не вытекает), и оно мертво. Напрашивается формулировка закона: жить – значит принимать и отдавать. Принимать и не отдавать – значит умереть.
Это универсальный закон. Если глаз принимает свет, но не посылает импульс в мозг, человек ничего не видит. Если желудок принимает пищу, но не переваривает ее, не отдает энергию всему организму, человек болеет и мучится. То, что справедливо для организма отдельного человека, справедливо и для общества.
По большому счету, все, что у нас есть, не совсем наше. Многое, хорошее и плохое, мы получили по наследству. Это касается талантов, способностей и склонностей, из которых одни подобны благословению, а другие – наказанию. Самодостаточен только Бог. Все остальные, включая людей и ангелов, зависимы. Справедливо спрашивает апостол Павел: Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил? (1 Кор. 4, 7).
Мы, например, неоплатные должники своей первой учительницы. Если бы она не научила нас «буквы ровные писать тонким перышком в тетрадь», не получили бы в дальнейшем никакого образования. Не был бы врач врачом, а инженер – инженером. Все богатство человеческой мысли было бы для нас задернуто плотной завесой нашего невежества. И список тех, кому мы должны, можно продолжить.
Нас родили, кормили, лечили, учили, защищали, наставляли, наказывали. Все это – разновидности блага, которым мы пользовались. Тот, кто высоко взобрался по лестнице общественной значимости, не имеет права этого не понимать.
От первого урока переходим к уроку второму. Он звучит более кратко: делиться надо.
Нельзя только получать не отдавая. Знаниями, силой, навыками, деньгами нужно делиться. Во-первых, просто для того чтобы жить (согласно первому закону), а не умирать духовной смертью. А во-вторых, из благодарности к сотням простых людей, без которых богатый не был бы богат, известный – известен, а умный – умен.
Допустим, некто из людей, отличающихся богатством и облеченных властью, решил делиться. Мы уже обрадовались, но… Попридержим радужные ожидания. Дело не так просто, как кажется Емеле, лежащему на печи.
Сам богач не будет входить, согнувшись, в хижины бедняков с милостыней в руках. А если и будет, то не уверен, что его надолго хватит. Милосердное движение сердца у богатого человека рождает нужду в помощниках, в тех, кто исполнит благую волю начальника или господина. Здесь нас подстерегают проблемы.
Генерал умен, и солдаты храбры. Чего, казалось бы, недостает для успешного ведения военных действий? Мы еще не знаем, каково среднее звено – сержанты, старшины, прапорщики и младшие офицеры. От них зависит все. Они – немножко солдаты и немножко полководцы. Лавры в случае победы получат генералы. Тяжесть войны вынесет на плечах солдат. Но совершенно ясно, что победа возможна лишь при качественном уровне среднего звена.
Чем сложнее цивилизация, тем сложнее механизмы взаимодействия между группами, классами, прослойками. Если царь добр, но к нему не добраться, если приказ мудр, но телефон испорчен, тогда – катастрофа.
Ангелы служат, принося людям веления Божии и вразумления и относя к Богу наши молитвы и просьбы. Любой посредник должен быть ангелом. Если он не ангел, то – демон.
В Четвертой книге Царств много говорится о пророке Елисее. У этого великого мужа был слуга по имени Гиезий. Словно живое пророчество об Иуде, который был близ Господа Иисуса Христа, но деньги любил больше, и этот слуга Елисеев был стяжатель. Когда пророк исцелил сирийского военачальника Неемана от проказы, то в награду не взял с того ничего. А Гиезий, не утерпев, побежал за колесницей Неемана и выпросил подарки. Елисей спросил слугу, куда он ходил. Тот ответил: Никуда не ходил раб твой (4 Цар. 5, 25). Но пророк продолжил и сказал, что сердце его сопутствовало Гиезию и не утаилось дело слуги от Елисея. Последние слова пророка были следующими: Пусть же проказа Нееманова пристанет к тебе и к потомству твоему навек (4 Цар. 5, 27).
Далеко не каждый благотворитель – Елисей. Зато опасность стать Гиезием подстерегает всякого посредника и распорядителя чужих богатств. Чужое добро липнет к пальцам, как мед. И чем дальше конкретный адресат помощи от глаз приставника или чиновника, тем легче и удобнее воровать, не думая при этом, что ты настоящий вор. «Не младенцев от груди отнимаю, не копейки из шляпы слепца, просящего милостыню, выгребаю», – думает человек и тем удобнее запускает руку в различные фонды и кассы.
Так что богач, вдруг захотевший разбогатеть добрыми делами и благословениями тех, кому решился помочь, найдет ближайших врагов в людях, поверенных в его делах, имеющих доступ к распределению средств. Высшая мудрость богатого человека – умение окружить себя людьми правильными. Правильными – то есть профессионально грамотными и хотя бы относительно совестливыми. Во все дела вникать все равно не сможет никто. Многое придется доверять и поручать в надежде на честность, исполнительность. И главная тревога – как бы не приставить (по недосмотру или по скудоумному безразличию) волков за овцами глядеть.
Есть в житии святого Ефрема Сирина иллюстрация этих слов.
Во время голода владельцы хлебных складов традиционно взвинтили цены. Святой обратился к ним с горячим словом обличения. Те смирились и согласились помогать бедным. Но высказали одну просьбу, а именно: пожаловались на отсутствие людей, кому можно было бы не боясь доверить раздачу хлеба беднякам. И просили преподобного Ефрема заняться этим лично. Тот согласился, взял деньги на еду и стал попечителем бедных. Отсутствие нужных людей как раз и означает отсутствие людей честных, без которых любые благие порывы милосердных богачей превратятся в насмешку над их стремлениями. Деньги растекутся по карманам приближенного ворья, а бедный останется ни с чем.
Итак, делиться надо, иначе умрешь злой смертью, и навеки. Но, желая делиться, нужно вначале озаботиться подбором помощников по принципу исполнительности и честности.
Так сложно богатым делать ближнему добро. Бедный копейку свою при случае из рук в руки отдаст. А богатый этой роскоши лишен, потому, как ни странно, может умереть, не имея за спиной никаких дел милосердия.
Весь евангельский текст, а значит и все значимое в земной реальности, пронизан упоминанием денежных знаков. Это и лепта вдовицы, и сребреники Иудины, и дидрахма храмовой подати, и таланты из притчи. Таланты, как мера веса благородных металлов, а не как особые дарования.
Постоянно упоминаются и богатые люди. Один богач назван безумным, и посреди тревог о разрушении одних житниц и строительстве новых ему сказано: В сию ночь душу твою возьмут у тебя (Лк. 12, 20).
Другой, из притчи о богаче и Лазаре, ходил мимо покрытого гноем бедняка, пока не оказался в аду и не стал просить Авраама послать этого же бедняка остудить ему язык.
